Бессмертные

Малиновский Дмитрий

— Ага, то есть эти парни ходят с наличкой, но и они эту наличку контролируют, получается?

— Получается, что контролируют, да, — улыбнулся Рэйден. — Весь преступный мир контролирует большую часть налички, а все эти расфуфыренные петушки с миллиардами не имеют и ста миллионов налички. Конечно, на планете не одни якудза без аватаров, но все якудза без аватаров. Вот такой вот тавтологический парадокс, Кадзицу.

— А зачем нам весь мир, если ты сказал, что аватары только в Японии?

— Япония только звучит, что она — Япония.

Есть в этом мире и другие участки, где «осела Япония», особенно якудза. Я осознаю, что ты не всё сейчас понимаешь, но серые участки на карте, которые я тебе покажу, — это и есть та самая «осевшая Япония». — Один из самураев вытащил из-под доспех карту. — Везде есть люди, нелюди, «существа», отдельно можем взять и якудза, чтобы проще было сориентироваться, однако якудза тоже представляют из себя и людей, и нелюдей, и «существ».

— Серые участки — якудза, которые расширили своё влияние?

— О, красиво сказано, Кадзицу. Да, именно так и есть — якудза распространили свою «Японию» на многие земли. Серое — преобладают якудза; красное — преобладают репты; зелёное — свободные люди, которые сопротивляются чипированию; жёлтые и белые — пока что оставлю в тайне, ибо не пришло ещё время тебе об этом узнать.

Карта меня поразила, потому что сильно отличалась от той, которую я привык видеть. Теперь я понимал, почему Аш не хотел мне всё это сразу показывать: я бы, наверное, охренел со всего того, что натворили репты своими технологиями с нашей планетой за эти двадцать лет. Да я и так охренел, если мягко выражаться.

— Ладно, раз мы не можем говорить об этом, тогда давай вернёмся к наличке: где мы её будем брать? Я хотел спросить иначе: каких якудза мы будем грабить?

— Думаю, мы ограбим склад с наличкой нескольких бригад вакагасира клана Такаяма-кай. Это достаточно интересное место. Заодно и попрактикуешь то, что мы начнём изучать сегодня.

— Сегодня?!

— Ещё только полпятого, Кадзицу. Мы вполне успеваем встретить рассвет, сидя на вершине одного из шести гигантов.

— То есть мы сейчас домой? — уточнил Ризруид.

Рэйден кивнул.

Он посмотрел на меня и сказал:

— Помнится, кто-то хотел первым делом обучиться двум вещам: уменьшению расхода импульсов и ускорению восстановления импульсов…

— Да-да-да, так и есть, — заулыбался я. — Ризруид, срочно летим домой.

— Конечно, конечно. К тому же Сергей, думаю, не против скушать на завтрак оякодон.

Обновление 78

Рассвет мы встретили на «снежном» гиганте — втором могучем волшебном дереве. Так я его назвал только из-за близких отношений со снежными горами.

— Как такое вообще возможно, то есть как такое могущественное дерево растёт вплотную со снежными горами?

— Обычное волшебство, — улыбнулся Рэйден. — Кадзицу, а как это дерево добилось такой высоты?.. А как это дерево парит над землёй? Конечно, всему

есть своё объяснение, но раз ты попал в деревню Бессмертных, то будь добр уважать происходящее. Не задавай те вопросы, на которые ты сам знаешь ответ, но этот ответ тебя не удовлетворяет, поэтому ты пытаешься найти логическое объяснение всему. Да, я люблю логику, но лучше всего находить Золотую Середину, чтобы и логика, и чувства могли взаимодополнять друг друга.

— Хорошо, я тебя понял. — Я постарался найти подходящий вопрос, чтобы сменить обстановку: — Почему мы сегодня на этом дереве, а не на нашем первом?

— А вот это очень хороший вопрос, Кадзицу. Дело в том, что восстанавливать импульсы можно в любом месте, где ты способен пребывать в моменте «здесь и сейчас». А вот научиться экономно пользоваться ими можно там, где твоё тело испытывает стресс.

— Если с первым я разобрался, что, пребывая в моменте «здесь и сейчас», импульсы быстро восстанавливаются, то со стрессом я немного не догоняю.

— Ты и с первым не догоняешь, Кадзицу, — посмеялся Рэйден. — Всё-таки ты самый потешный самурай, которого я знаю. Мне это очень нравится. Ты поднимаешь мне настроение, а это делает мой момент «здесь и сейчас» более мощным, чем обычный момент «здесь и сейчас», улавливаешь?

— Кажется, что улавливаю, — посмеялся и я. — То есть момент «здесь и сейчас» можно якобы разделить на уровни, и чем выше уровень, тем быстрее восстанавливаются импульсы, так?

— Именно. Если я пребываю в моменте «здесь и сейчас», при этом я очень и очень рад, что рядом со мной один потешный самурай, то мой уровень момента «здесь и сейчас» гораздо выше того уровня, когда я сижу один возле озера, следовательно, импульсы восстанавливаются гораздо быстрее.

— И сколько ты можешь восстановить, пока говоришь со мной?

— Не знаю. Но не так много, как хотелось бы. А если сравнивать с максимальным значением, то и вовсе мало.

— Была бы у нас информация о том, как следить за своими импульсами, то всё было бы проще.

— Хорошее замечание, Кадзицу. Именно поэтому мы и хотим разузнать всё про сектор ИСУЯ и другие тайны. Это поможет нам экспериментировать с прокачкой восстановления импульсов.

— Значит, с первым я разобрался, будем считать, — всё зависит от меня лично, поэтому я буду стараться находиться в моменте «здесь и сейчас» на более высоком уровне…

— Ты для начала просто начни в нём находиться, а уже потом будешь экспериментировать с повышением уровня. Без фундамента ты не построишь дом.

— Я тебя понял. Хорошо. А что с экономией?

— Представь, что холод способен вызвать в тебе чувства экономии энергии, ибо организм понимает, что, чтобы не покинуть этот мир, нужна энергия, которая согреет твоё тело, это если совсем простым языком говорить. Тебе необходимо запомнить это чувство и сознательно вызывать его каждый раз, когда используешь импульсы.