Бессмертные
Шрифт:
— То есть если я во время битвы с якудза испытаю точно такую же эмоцию экономии энергии, как и при сильном холоде, то расход импульсов сократится вдвое, так?
— Совершенно верно, Кадзицу. Точное значение я не могу сказать, но примерно так и есть. Если разузнаем всё об импульсах, устройствах ИСУЯ и секторах ИСУЯ, то сможем более точно всё это проверить. — Рэйден резко повернулся к снежным горам. — О, сейчас начнётся!
— Что начнётся?
— Увидишь, Кадзицу, — улыбнулся предводитель Бессмертных.
Мужик всегда улыбался, как будто
— Что, с… у… к-ка… а-а-ах… — выдохнул я. — Прости, Рэйден, я не хотел так выражаться при тебе. Что это было?
— Тот самый короткий, но очень пронизывающий холодок. Мы его назвали «Мёртвый ветерок». О, сейчас вторая волна пойдёт.
Я смог выдержать четыре таких волны, после чего телепортировался на землю.
Рэйден поддержал меня.
— Для первого раза ты очень много впитал в себя «ужаса», Кадзицу. Согласись, что было страшновато? Я в том плане, что не будь у тебя импульсов, ты бы сразу подумал, что сейчас умрёшь, а так отделался только страхом. Но и страх создан искусственным путём, можно сказать, поэтому на понижение твоих вибраций не повлиял. Ты доверяешь тому, что я сказал?
— Д-да, — неуверенно ответил я.
На самом деле я думал и о словах Рэйдена, и о том, насколько необычные вещи придумываются, чтобы получить хоть какой-то контроль над импульсами.
Что же, в целом я одобряю такой выбор, но будет не так просто наладить дружеские отношения с «Мёртвым ветерком».
— Я дал тебе начальные знания, а дальше всё зависит от тебя самого, Кадзицу. Прежде чем я оставлю тебя наедине с твоими мыслями, не хочешь ли ты мне что-то сказать?
— Ты про что?
— Ты знаешь, о чём я, но сейчас забыл, потому что увлёкся тем, что для тебя стало важнее… чему я рад, признаюсь.
Я действительно не понимал, о чём Рэйден хотел, чтобы я его спросил.
— Когда Юкио упомянул название лаборатории, что-то в тебе изменилось, Кадзицу…
— А, точно!
Я поведал предводителю Бессмертных всё, что думал насчёт Ризруида, исходя уже из тех данных, которые получил.
— Вот поэтому я и считаю, что он какой-то необычный репт, — завершил я.
— Ты ему не хочешь доверять, но в прошлой нашей беседе ты говорил то же самое, Кадзицу. Видимо, в прошлый раз ты пообщался с Ризруидом и тебе стало ясно, что он не предатель. Теперь ты снова усомнился в его преданности, когда сложил два плюс два, взяв Ёри Сато, Призирагдара и те знания, которые получил за всё время нахождения на «японских землях». В следующий раз ты ещё что-то обнаружишь, что даст тебе новый повод усомниться в его верности. Я не говорю, что он на сто процентов чист, но поверь моему опыту: за пятьсот лет я не раз усомнился в преданности своих воинов, но они не подвели
— Почему?
— Потому что мёртвый не может предать.
Ответ меня не только озадачил, но и напугал.
— Ты всех убил?
— Нет, Кадзицу. Но я взял катану, крепко сжал её обеими руками и представил, как отсекаю голову тому, к кому у меня нет полного доверия. Я ни разу не почувствовал лёгкости, когда представлял это. Естественно, я ни разу не отсёк голову тому, в ком усомнился. Я не могу навязывать тебе такой метод, но если ты прислушаешься к нему, то катана сама подскажет, стоит ли тебе отрубать Ризруиду голову. Моя катана сказала, что не стоит. Но это твой друг, поэтому послушай свою катану.
Я проглотил слюну. Мысленно я прокрутил этот момент без катаны, но уже почувствовал, что не смогу отрубить Ризруиду голову, чего мне хватило на первом этапе не думать о предательстве со стороны ящера.
— Фух!.. Давай замнём эту тему. Я, если честно, не знаю, зачем я всё это рассказываю тебе, но твои советы действительно помогают… не всегда они приятны на слух, но помогают постоянно. — Я сделал глубокий вдох… выдох… — Хотел спросить ещё одно, а потом тебя отпущу…
— Спрашивай, — снова улыбнулся Рэйден. Ну явный наркоман, который «замедитировался» на своих сакурах и деревьях-гигантах.
— Твоя молния… я тоже чем-то таким могу обладать?
— Если бы ты знал, чего ты хочешь, чем бы ты хотел обладать, то при встрече с теми инопланетными цивилизациями, которые подарили нам бессмертие, можно было бы дать этому начало, некий зародыш, который ты бы развивал в себе. — Рэйден положил руки на мои плечи. — Кадзицу, чем бы ты хотел повелевать?
— Временем, — сразу же ответил я, даже не думая о том, нужно ли мне именно это. В этот же момент ко мне пришла толика адекватности, и я добавил: — Вообще, я не знаю. Мне нужно подумать над этим вопросом. В следующий раз скажу, хорошо?
— Вот когда ты сможешь дать ответ так же быстро, как со словом «время», тогда ты будешь готов развить это, а пока что практикуй то, что пригодится тебе сейчас — восстановление импульсов и их «экономия» при использовании. — И Рэйден оставил меня одного под снежным гигантом.
— Что ж, Дима, на сегодня с «Мёртвым ветерком» ты закончил, а вот с моментом «здесь и сейчас» можно продолжить, но только на нашем любимом месте, — сказал я сам себе.
Обновление 79
Уже через час я сидел на вершине знакомого мне гиганта. Именно здесь я чувствовал огромный прилив сил и вдохновения.
Так всегда бывает, когда первый раз приходишь куда-то, но понимаешь, что ты лох в этом. Проходит день, два, неделя, и ты чувствуешь себя профессионалом в этой сфере… даже задаёшься вопросом: «Как я мог считать это чем-то сложным и непонятным?» Вот и для меня первый гигант у озера стал тем местом, где я мог расслабиться, помедитировать, выйти на связь со своим космическим другом.