Беттина

Стил Даниэла

— Ну и что? Ведь ты не можешь отказаться от своей мечты ради этого человека. — Мэри сердито смотрела на Беттину. — Бетти, он мой друг, и ты — моя подруга, но мне кажется, что Джон ведет себя смешно. Будь я на твоем месте, я бы не упустила свой шанс и полетела бы в Нью-Йорк.

Беттина улыбнулась сквозь слезы и шумно высморкалась.

— Наверно, ты так говоришь, потому что устала от детей.

— Ничего подобного, я обожаю их. Но я — не ты. Помнишь историю про райскую птицу? Серенькое оперение нелепо выглядит на тебе, Беттина. Тебе не место здесь, я это знаю. И ты знаешь, и Сет, и даже Джон — вот

почему он из кожи лезет, чтобы удержать тебя. Видимо, он просто боится навсегда тебя потерять.

— Но я-то знаю, что ему нечего бояться, — жалобно проговорила Беттина.

— Ну и скажи ему об этом. Может быть, это все, что ему нужно, а если и после этого он станет упрямиться — пошли его к черту, собери чемоданы и уезжай вместе с Александром в Нью-Йорк.

Однако по походке Беттины, возвращавшейся к себе в дом, Мэри поняла, что та не решится на такой шаг. Бетти слишком верила в правоту мужа.

Днем Беттина то смотрела в окно, то читала одну из книг, написанных отцом. Раздался телефонный звонок. Это был Айво.

— Ты лишилась разума? Совсем с ума сошла? Зачем ты приезжала в Нью-Йорк, если не собиралась выходить из своего подполья?

— Я не могу, Айво… Пожалуйста, не будем спорить, мне и без того тяжело.

— Еще бы легко — быть замужем за слабоумным.

— Айво, прошу тебя…

— Хорошо, хорошо. Но, ради Бога, Беттина, обдумай все еще раз — ведь ты всю жизнь мечтала об этом, и вот удача сама идет к тебе в руки, а ты отворачиваешься…

Она понимала: все, сказанное им — правда.

— Может быть, позже у меня будет еще один шанс.

— Когда позже? Когда твой муж умрет? Когда ты станешь пожилой вдовой? Господи, Беттина, ты только подумай: твою пьесу берут на Бродвей, а ты приговариваешь себя к безвестности. Ты сама себе подписываешь приговор.

— Знаю, — произнесла Беттина почти шепотом. — Не могу больше говорить об этом. Позвоню завтра.

Повесив трубку, она вновь залилась слезами. Если бы Джон знал, чего ей стоит отказаться от своей мечты.

Утерев слезы рукавом, она опять взялась за чтение. Давно она не читала эту отцовскую книгу, а тут нашла ее в книжном шкафу у Мэри. Как успокаивали слова отца! Словно он написал их специально для нее, зная, в каком она состоянии. Беттина как бы ощущала живое присутствие Джастина. Вот, например, это место! Папа часто цитировал его. Когда-то он услышал эти слова из уст своего отца…

«Поймав мечту в сеть, тяни ее и смотри не упусти… Не давай никому оборвать веревку, за которую ты вытягиваешь сеть. Держи крепче, не сдавайся, а если все-таки мечта уплывет — смело бросайся за ней в погоню и плыви, покуда хватит сил, и не отступай…»

Беттина закрыла книгу. На сей раз она не только плакала, но и улыбалась сквозь слезы. Пройдя на кухню, она набрала номер Нортона. После разговора с ним Беттина стала ждать возвращения мужа. Вечером она спокойно и решительно сказала ему, что едет в Нью-Йорк.

Глава 36

— Обещай хоть иногда звонить, — печально проговорила Мэри.

— Обещаю, — сказала Беттина и поцеловала Мэри и ее детей. Они все поехали провожать ее в аэропорт.

Вслед за мамой из машины вылез Александр, помахал друзьям на прощание и взялся за руку Беттины. Она объяснила сыну, что им придется несколько месяцев

провести в Нью-Йорке, где он будет ходить в новую школу, увидит настоящие спектакли для детей, познакомится со старыми друзьями дедушки. Александр огорчился, что папа не едет с ними, но понял — тот должен помогать больным. Ему и с мамой неплохо, а папе он оставил на прощание большой рисунок. Накануне вечером Александр быстро собрал свои любимые игрушки. Утром, когда он встал, отца уже не было дома. Видимо, в больнице неотложные дела, раз он ушел так рано. Тетя Мэри отвезла их в аэропорт. Все было очень хорошо, вот только мама и тетя Мэри плакали слишком много.

— Что случилось, мам? — спросил Александр, робко улыбнувшись.

— Ничего, все прекрасно, милый. Ты как? Беттина тревожно смотрела по сторонам, пока шла к турникету. Джон ушел сегодня утром, когда она еще спала, и Беттина надеялась, что он все-таки подъедет проститься. Она оставила для него письмо, в котором написала, что любит его, потом несколько раз звонила к нему на работу, но к телефону никто не подходил, даже сестра, а дежурный по больнице отказался разыскивать его. Так и не увидев Джона, Беттина и Александр поднялись на борт самолета.

Для Александра все было в новинку. Он с удовольствием играл в проходе между креслами в игрушки, которые дала ему стюардесса. В самолете оказалось еще трое детей, и они быстро нашли общий язык. Однако, наигравшись, он вскоре заснул у Беттины на руках. Айво на этот раз не смог приехать в аэропорт, но прислал машину.

Беттина наслаждалась давно позабытым комфортом. Шофер доставил их к отелю, указанному Беттиной. В этот приезд она решила остановиться поближе к Центральному Парку, чтобы удобнее было гулять там с Александром. Обивка стен и обстановка гостиничного номера радовала — яркой расцветкой. В комнатах было много света — в окна лилось сентябрьское солнце. Рассыльный поставил ее сумки, и Беттина увидела три громадных букета с записками: от Нортона, от Айво и от продюсера — красивые розы и всего несколько слов: «Добро пожаловать в Нью-Йорк».

Вечером они с Александром обустраивались, отдыхали и, перед тем как лечь спать, решили позвонить папе, но его не оказалось дома, тогда они позвонили Сету и Мэри.

— Уже соскучилась по дому?

— Пока не успели, просто хотим сообщить, что долетели хорошо.

Однако Мэри догадалась, что Беттина беспокоится о муже, а ведь ей теперь надо отбросить все тревожные мысли и думать только о пьесе. Наверно, когда она втянется в работу, так и произойдет. Кто знает, может быть, Джон еще передумает и полетит к ним в Нью-Йорк. Мэри поделилась своими надеждами с Сетом, но тот с сомнением покачал головой.

Беттина уложила сына в постель и через большую красивую гостиную прошла к себе в спальню. Она с легким вздохом опустилась на кровать. Ну вот, вещи распаковала, завтра осталось только встретиться с няней Александра и зайти в школу, куда он будет ходить эти несколько месяцев.

Управившись с этими делами до часа, Беттина заехала в офис Нортона Гееса. Он радушно встретил ее и распорядился, чтобы в кабинет принесли легкий обед.

— Теперь вы готовы?

— Совершенно. Няня у моего сына — просто прелесть, и ему понравилось в новой школе. Итак, можно переходить к делу. Когда начинаем?