Без лица
Шрифт:
Мария улыбнулась:
— Значит, за все эти годы ничего не изменилось.
Кэрол улыбнулась ей в ответ, наконец почувствовав, что напряжение потихонечку спало.
— Никаких перемен, подруга. Но ты знаешь, я не думаю, что он видится с Джейсоном. Я слышала, что дети живут у кого-то в Уэллсе. Несколько лет назад я виделась с твоей мамой.
— Ну и как она?
Кэрол пожала плечами:
— Нормально, как всегда. Ведет себя, как будто ничего не произошло. Как будто она не имеет к тебе никакого отношения. Знаешь,
Мария ничего на это не ответила.
— Где находится этот гимнастический зал?
— Спиталфилд. Ты без труда найдешь его. Там огромная грязная вывеска, на которой написано: «Гимнастический зал Пэта». Все оборудовано по последнему слову.
Мария улыбнулась:
— Почему меня это совершенно не удивляет?
Кэрол крепко сжала ее руку:
— Ты знаешь, дорогая, мне на самом деле очень приятно видеть тебя. Давай как-нибудь ночью прошвырнемся вместе, как когда-то в молодости?
Мария осторожно высвободила руку.
— Нет, все это больше не по мне. Те дни безвозвратно прошли, и я хочу, чтобы все осталось так, как есть.
Лицо Кэрол нахмурилось, и в ее взгляде появилась озабоченность.
— Ну хорошо. Но каким же образом ты собираешься жить?
Мария медленно отпила свой кофе.
— Мне обещали помочь получить работу и найти место, где я временно могла бы жить.
Кэрол закурила еще одну сигарету и через нос выдохнула дым.
— То есть ты хочешь сказать, что собираешься работать на заводе за несколько фунтов в неделю, в то время как можешь заработать за ночь намного больше?
— А что? — удивилась Мария. — Там, в тюрьме, я получила диплом, а еще я изучала компьютер. Я смогу прожить.
Кэрол была по-настоящему шокирована услышанным.
— Ты! Ты получила диплом? Ради бога, диплом кого? Специалиста по оральному сексу?
— Нет, я получила диплом по английской литературе. Я являюсь специалистом в этой области, и у меня есть даже сертификат. Таким образом, если бы я хотела, я могла бы даже преподавать.
— Да, я знаю, что на сегодняшний день у нас существенная нехватка учителей, — с ухмылкой проговорила Кэрол. — Но даже если так будет и дальше, они вряд ли возьмут к себе на работу человека, который совершил двойное убийство. Разве я не права?
Мария ничего не ответила. Она только посмотрела на нее своими темно-голубы ми глазами, которые, казалось, проникли Кэрол в самую душу.
— Извини, ради бога. Я просто сама не знаю, что говорю, — нервно сказала Кэрол.
Мария встала:
— Это правда. И против правды ничего не попишешь. Но я буду нести свой крест до конца. Я свяжусь с тобой, договорились?
Кэрол кивнула:
— Если тебе что-нибудь понадобится, Мария, ты только скажи.
— Я знаю, подруга, спасибо.
Выходя из дома на улицу, Мария была абсолютно уверена, что Кэрол сверлит глазами
Мария сидела в офисе Аманды, и та с интересом смотрела на нее. Будучи комендантом учреждения по реабилитации, Аманда повидала огромное количество убийц. Разных убийц. Но Мария Картер была на них совершенно не похожа. Что-то здесь было не так.
Длительное заключение не могло не наложить на нее свой отпечаток. Но в ее случае это выглядело совершенно по-особенному. Все те женщины, которых Аманда знала раньше, вели себя так, будто жизнь остановилась для них. Но Мария преодолела этот барьер.
— Как дела в центре по трудоустройству?
— Все в порядке.
Аманда не сразу поняла, что подобный вопрос был равносилен попытке вырвать у человека зуб без анестезии. Мария не особенно охотно отвечала на вопросы. Аманда глубоко вздохнула, а затем добавила:
— Вы отсутствовали довольно долго.
— Я прогулялась. Я не была на свободе очень долго, поэтому побродила по округе, заглянула в магазины…
— Я все понимаю. Ну и как? Вы приспосабливаетесь к жизни?
— Да, все нормально. Просто сначала немного трудно.
Аманда одобряюще кивнула:
— Ничего, скоро будет легче.
Мария ничего не ответила.
— Может быть, вы хотите меня еще о чем-то спросить? — поинтересовалась Аманда.
— О моих детях.
Мария не сразу осознала, что именно она произнесла. Аманда ждала этого вопроса. Она удивлялась, что он вообще не был задан одним из первых. Она снова улыбнулась, на этот раз несколько неуверенно.
— К ним обращались с просьбой. Оба ваших ребенка отклонили предложение встретиться с вами. Мне очень жаль…
Мария понимающе кивнула. Ничего другого в принципе она и не ожидала. Она встала и взяла свой пакет.
— Думаю, мне лучше снова пойти прогуляться. Это ведь не возбраняется? Я попытаюсь получше познакомиться с районом.
— Конечно, конечно. Но не забывайте, что для вас действует комендантский час, который начинается в шесть тридцать.
Мария ничего не ответила. Вместо этого она вышла из офиса и спокойно закрыла за собой дверь.
Слезы градом покатились по ее лицу. Да, все было именно так, как она и предполагала. Но легче от этого ей не стало. Они отказались от нее. Ее собственные дети не захотели ее видеть. Разве могла она их в этом винить?
Люси закончила работу и направилась к автобусной остановке. Сзади нее притормозила красная машина, и она увидела Микки Уотсона, своего друга.