Без шанса...на оплошность
Шрифт:
– меня ни для кого нет! На меслеречь отвечать не буду. Пока я сам из храма не выйду, туда никто не должен войти. Ясно?
– а Луи, если он прикажет?
– это уже Гных.
– если только сам не выйду к завтрашнему ужину, тогда да. Понятно?
– мы всё поняли ваша светлость!
Я ещё раз посмотрел на Гныха, хмыкнул и вошёл в тёмный просвет открытых орками дверей храма. Прохладно. У озера намного теплее, а у костра и подавно...
Глубоко
Наши ребята ещё трудятся, у всех трудовой порыв, а Дана только информацию считывает. Герцога в лагерь не пускают, а эту язву, пожалуйста, уши распустили лопухами, а о последствиях кто-нибудь подумал, уж очень въедливая эта дамочка, точно шпион!
Успокаиваемся! Если она на меня так действует, то бедный Мартин как ещё выдерживает, а она его факт привязала к себе, невзирая на его хвалёную невосприимчивость к козням женского пола, а тут гляди ж ты, тают баррикады, сдаётся постепенно крепость. Ведь точно, после Даниной выходки у алтаря, братик на девчонок почти внимания не обращает, во всяком случае, воздерживается. Тут правда и решение Стива голову остужает, но все-таки! У-у-у, Змея, с большой буквы "З"!
А теперь постараемся вспомнить, как выглядел артефакт портала. Вспоминаю! Как хорошо когда есть выработанная способность держать полное изображение в голове перед переносом его на чистый лист бумаги, при постоянной работе с записной книжкой. Всё повторилось, как и в первый раз, трёхмерное изображение точной копии артефакта перед глазами, разросшаяся светящаяся плазма достигающая краями окна пола, дикое нежелание соваться в это беснующееся марево. Но первые шаги сделаны, над головой промелькнул овал окна, и опять падение с алтаря в сугроб головой.
– привет малыш с прибытием!
– родная смеющаяся рожа бобика свесившаяся с алтаря, и мои слёзы счастья, я дома...
Через некоторое время...
– ...не ел давно! Спасибо, что не забыл обо мне, даже мяса захватил и за вино тоже спасибо...
– мы сидели на слабо святящемся алтаре, было тепло. От алтаря родное мягкое обволакивание, словно известную траву в тлеющий костёр кинули, и запах горящей марихуаны дурманит разум. Спокойно и радостно на душе.
Бобик слушает мои рассказы о путешествии, долго рассматривал колечко с тёмным камешком, но ничего не сказал. Дал ему книгу Валуа посмотреть, увы, не открыл. Посидели хорошо. Я сбегал, прихватил кое-какие вещицы, что в ближайшее время мне могут понадобиться. Оставил на хранение меч графа, наёмного убийцы, что просил спрятать герцог Ивалье, и спустя пару часиков приятной беседы засобирался обратно, спать тоже надо.
Возвращение прошло штатно, уже в храме припрятав в вещах привезённый хлам, скинув верхнюю одежду улёгся на сооружённую Сержем лежанку, закутался в одеяла, и пожелав себе самому спокойной ночи, отключился.
"* Отступление седьмое *"
Дана
Неужели она волнуется? Конечно, волнуется! Скоро есть не чего будет! Даже у герцога на столе постная непонятная похлёбка, разве что воды вдоволь.
И снова мысли возвращаются к этому бесстыжему выскочке. Наемник, а ведёт себя как минимум граф в изгнании, а это...стоп!
Граф в изгнании! Интересно...такие мысли сами собой не приходят...интуиция? Очень похоже, а если граф, то кто? У нас в империи бегающих графов его возраста нет. Она бы, во всяком случае, знала, может из другого он государства. Ну-ка прислушаемся к себе, что дар скажет? Молчит! Значит не то, но то, что в изгнании и благородный это точно, а раз так...получается, я сделала правильный выбор?
Дана, сама себе усмехнулась.
Ведь когда она так опрометчиво дала клятву этой верности она совсем другого результата ждала, а вышло...
Её все всегда любили, и даже отец признал свою незаконно рожденную дочь и брат от неё без ума, в детстве всегда слушался, да и сейчас если она в столице не одно его решение без её одобрения не принимается. Весёлое детство, окончившееся в двенадцать циклов после первого взросления, школа магии с её дисциплиной, строгостью и страхами. Конечно, ей делали большие поблажки, но она сама себе их не позволяла. Второе взросление и академия. Вереницы ухажёров и подлиз, вечные слухи и сплетни, распускаемые родственничками из старших курсов. Успешная сдача экзаменов, блестящая защита и практика как мага на границе с эльфами. Великолепные отзывы и страстное желание матери выдать её замуж за представителей правящей династии империи Дранх.
Фу-у! не то чтобы он был ну очень безобразен, нет, даже мил, наверное, но сам факт её продажи вызывал в душе чувство омерзения. Она устроила дома скандал, вытребовала у отца право самой решать за кого выходить замуж и...успокоилась. А зря!
Мама! Да-а-а!! Мамочка у неё ещё та... "Железная леди империи" и это полуофициальное звание навсегда прикрепилось к ослепительно красивой графине, лучшей, а попросту единственной подруге императрицы. Подруге, но и матери дочери императора...как такое может произойти, зная буйный нрав тёти? Что-то тут не чисто. И сама Дана не чувствовала сильного родства с официальным отцом! Они, наверное, с герцогом Ивалье больше родственники, чем с императором, но свои выводы она всегда держала при себе. Коль император нашёл возможность признать её как свою дочь, значит, для этого были причины и тётя, императрица, её искренне любила, а такое не сыграть. Голова шла кругом от таких непоняток!