Бездна

Новиков Александр Александрович

Двигаясь по графику, в два часа с минутами «Мегаполис» миновал Тверь. Стояла ночь, почти все пассажиры спали. В спецвагоне, прицепленном к составу последним, ехали четверо сотрудников комитета «Кобра». Они обеспечивали секретную, особой важности, перевозку. Один из сотрудников бодрствовал – сидел за столиком, играл на компьютере в «Убить Обаму». Игра давно уже вышла из моды, но офицеру нравилось ощущать себя белым снайпером, который охотится на черную обезьяну… Трое других спали. Эти четверо работали вместе уже давно, сопровождали грузы почти по всей территории РФ и до сих пор никаких ЧП у них не было… Поэтому они постепенно прониклись уверенностью, что так будет всегда.

В

одном из купе восьмого вагона поезда ехали трое пассажиров, которые так не считали – группа Кота. Они тоже давно работали вместе.

В 2.54 Дервиш, Студент и Глеб были в километре от переезда, где предстояло рандеву с «Мегаполисом». Чтобы не светиться раньше времени, остановились в лесочке. Дервиш взял в руки радиостанцию, вызвал Кота: мы на месте, ждем.

На станции Спирово «Мегаполис» остановки не делал. В 2.59, когда поезд находился в семи километрах от Спирово, Кот сказал: ну, п– пошли, что ли? – Пошли.. По одному они покинули купе, прошли через предпоследний, девятый, вагон и собрались в тамбуре. В купе остались уже не нужные дорогие чемоданы – их использовали, чтобы создать впечатление респектабельности и пронести «багаж» – оружие и легкие бронежилеты.

Кот достал рацию, вызвал Дервиша: выезжайте на исходную. Через две минуты начнем.

Дервиш скомандовал Студенту, который сидел за рулем: давайте, Саша.

– Есть, – ответил Студент. Как всегда перед операцией он испытывал некоторое возбуждение. Он включил передачу, вывел УАЗ из лесочка и покатил в сторону переезда. «Нива» с Глебом осталась в лесу.

Стучали колеса, поезд покачивало. В тамбуре девятого вагона трое надели бронежилеты, натянули маски. Руки еще перед посадкой на поезд были обработаны специальным лаком «Перчатка». Кот вытащил из-под рубашки оружие – ТТ и наган. Трехгранным ключом, которым обыкновенно пользуются проводники, Горин отворил две двери – одну, ведущую в переход к последнему вагону, другую – боковую, наружную. В тамбур ворвался жаркий даже ночью воздух и колесный перестук. Горин достал из кармана фонарик, высунулся из поезда и стал вглядываться вперед по ходу движения. Немой в это время перекусил пассатижами проволоку, который была привязана ручка стоп– крана, а потом вошел в переход между вагонами и оказался перед дверью последнего вагона. Дверь была не совсем обычная – глухая, стальная, без признаков замка. На самом деле замок был, и Немой даже знал, что это очень надежный и прочный электрический «цербер». Немой достал из кармана веревку в полиэтиленовом чехле, ножом отрезал кусок длиной полметра, полиэтилен снял, скомкал и засунул в карман. Он ловко наклеил на дверь последнего вагона кусок самоклеющейся «веревки». В действительности это был «Сим-Сим» – пластиковая взрывчатка для «отпирания» дверей. Немой прилепил к «веревке» взрыватель и сказал Коту: у меня готово.

Кот все это время просто стоял в углу тамбура, держал в обеих руках оружие. В правой – пистолет, в левой – револьвер. Немой часто поглядывал на часы.

– Вижу их, – крикнул, перекрывая стук колес, Горин. – Стоят у переезда, мигают.

Он направил фонарик вперед по ходу поезда и трижды мигнул в ответ. Сделал паузу, повторил.

Кот произнес:

– Ну, господа голодранцы, приготовьтесь.

Как обычно на операциях, он совершенно не заикался. Немой и Горин вытащили пистолеты.

Немой посмотрел на часы и сказал:

– Начинаю отсчет… Десять!

Стучали колеса и теплый ветер, врывающийся в тамбур, проникал сквозь маски, трогал шершавыми пальцами кожу.

– Девять…

Горин положил руку на рукоять стоп– крана…

– Восемь…

В

нынешнем составе группа Кота провела больше двух десятков операций.

– Семь…

Никто из них не знал – не мог знать – как пройдет нынешняя.

– Шесть…

Психологически все они были готовы к тому, что каждая операция может оказаться последней. И каждый надеялся, что нет, что еще поживем.

– Пять…

Дверь в тамбур вдруг отворилась и выглянула проводница – немолодая, заспанная. Увидев мужчин в черных масках, с оружием в руках, проводница широко распахнула глаза, а потом произнесла: ах!.. Кот молча затолкнул ее в вагон, захлопнул дверь.

– Три! – сказал Горин. Время сделалось тягучим. – Два…

– Рты откройте, – напомнил Немой.

– Один!

Горин рванул рукоятку стоп– крана вниз. Одновременно Немой подал импульс на взрыватель. В тамбуре грохнуло, блеснуло. Завизжали тормозные колодки. Лязгали сцепки, из-под вагонов летели искры, шипел сжатый воздух. В вагонах падали с полок пассажиры и чемоданы. Стальная дверь спецвагона с вырванным замком распахнулась. Внутри спецвагона офицер «Кобры» перелетел через все пространство рабочего купе, ударился лбом в стену и на несколько секунд потерял сознание – по крайней мере, в глазах у него потемнело.

Поезд еще двигался, лязгал, фыркал, шипел, а двое из тамбура девятого вагона уже ворвались в спецвагон. Первым, разумеется, был Кот. Вторым – Немой. Немой остался в тамбуре, а Кот двинулся вперед. Навстречу ему выскочил из купе мужчина в трусах и футболке. Кот выстрелил из нагана, всадил пулю в голову. Мужчина упал. Работая только «наганом», Кот очень быстро перестрелял ошеломленных и не готовых к нападению сотрудников «Кобры». Он сделал всего четыре выстрела. Все – в голову. Убедившись, что больше в вагоне никого нет, Кот жестом подозвал Немого: заходи.

– Эти ящики? – спросил Немой, указывая на семь деревянных ящиков вдоль стены, подрывник. Шесть были одинаковые по размеру, седьмой – значительно меньше и сделан из фанеры.

– А что – есть другие? – отозвался Кот.

– Нет… Но все равно надо проверить, что там внутри. – Немой убрал пистолет, вытащил откуда-то из-за спины небольшую фомку. Он ловко отодрал доску у одного из ящиков. Внутри увидел ажурную металлическую конструкцию черного цвета, упакованную в полиэтилен. Он снова обернулся к командиру: – Похоже, оно.

Из тамбура выглянул Горин, сказал:

– Давайте быстрей, ребята уже подъехали.

– Не спеши… надо все открыть. И посмотреть, есть ли сопроводительные бумаги.

Они вскрыли все ящики. В шести были одинаковые металлические конструкции, в седьмом две картонные коробки. Одну из них вытащили, вскрыли. Немой разочарованно произнес:

– Тьфу ты! Шлемы, блин, армейские… И на хрена козе баян?

Кот пожал плечами:

– Да ладно, возьмем. Глядишь, пригодятся когда.

Из тамбура вновь выглянул Горин:

– Ну что – скоро?

Кот ответил:

– Да, начинайте погрузку.

Немой и Горин вынесли из вагона шесть ящиков – они были легкие, погрузили их в потрепанную «буханку», которая уже стояла рядом с вагоном. Последним в «буханку» закинули ящик со шлемами. Кот в это время обыскал трупы «гестаповцев», собрал документы, жетоны, оружие.

Вскоре все участники налета погрузились в «буханку», уехали. С того момента, как Горин сорвал стоп– кран, прошло всего полторы минуты.

В Тверском территориальном управлении комитета «Кобра» сообщение о налете на спецвагон получили через шесть минут после того, как группа боевиков уехала с места налета. Немедленно была объявлена тревога, объявлен план «Капкан».