Бездна
Шрифт:
— Тихо, партайгеноссе. Этот викинг заслужил, чтобы дань уважения его отдыху после боя отдал САМ Вождь Германии — Адольф Гитлер…
…После осмотра поля боя все руководители Рейха вновь собрались в подземном кабинете Рейхсканцелярии. Гитлер непривычно долго молчал, затем решительно поднялся со стула и выпрямился:
— Господа! Я принял решение. Гесс!
Тот вскочил и выбросил руку в партийном приветствии.
— Вы немедленно вылетаете в Москву.
— В Москву, мой фюрер?!
— Да, в Москву! Ваша задача — договориться с маршалом Сталиным о личной встрече. Моей и его. И ещё — немедленно прекратить ВСЕ боевые действия на русско-германском фронте. Всех пленных отправить через линию фронта назад, в Россию. Вам ясно?
Он
— Так точно, мой фюрер!
— Всем оставшимся на линии фронта частям немедленно объявить перемирие с противником. Впрочем, я думаю, что уже не с противником, а с союзником…
…Рядовой Владимир Петров до рези в глазах всматривался в предрассветные сумерки. День обещал быть очень жарким, и из близлежащего оврага стелился туман. В такую погоду легче всего незаметно подкрасться к вражескому часовому и захватить его. Или — убрать… А поэтому лучше всего — бдить в оба глаза и слушать в оба уха. Внезапно сзади раздались шаги.
— Стой! Кто идёт?
— Воронеж.
— Вологда. Проходи…
Это был разводящий с новой сменой. Забросив за плечо винтовку Владимир послушно поплёлся следом за сержантом в своё блиндаж, где располагался его взвод. Мысли уносили его на месяц назад… Тогда, в Ленинграде, он долго стоял на облицованной гранитными плитами набережной Невы и курил, переживая обман девушки, которую искренне считал своей невестой. Затем подхватил свой вещмешок и зашагал к метро, чтобы вернуться обратно, на линию обороны. Город был пуст, поскольку часы уже давно перевалил за полночь. И хотя комендантский час не вводили, горожане старались после темноты на улицы не показываться. Петров от быстрого шага даже вспотел, да и невесёлые мысли отошли на задний план, когда сзади послышался шум мотора легковушки. МАШИНА? Это удивило капитана больше всего, поскольку топлива не было даже для танков, а тут кто-то рассекает по ночному городу на «эмке». Через мгновение мелькнул свет фар, и Владимир едва успел отскочить в сторону от несущейся не соблюдая никаких правил машины. Выругался вслед, и тут послышался удар, затем слабый крик. «ГАЗ-М1» резко затормозил, затем сдал назад, хлопнула дверца. И тут же мотор взревел и машина тронулась с места, вновь набирая скорость. Но Владимир уже успел разглядеть изломанную женскую фигурку у стены дома и не долго думая выхватил из кобуры револьвер:
— Не уйдёшь, сволочь! Ответишь перед законом!
Он тщательно прицелился и выстрелил вслед «эмке». Один раз, другой, третий… Одна из пуль видимо догнала водителя, поскольку машина вдруг вильнула и врезалась в гранитное ограждение. А затем… Затем был кошмар… На легковушке каталась так называемая «золотая молодёжь». Сынок кого-то из генералов, его приятели, девицы лёгкого поведения. Все — пьяные до изумления. И пуля Петрова вошла одному из них, сыну главы «ЛенГорТорга», сидевшему за рулём, точно в затылок… Труп старушки таинственно исчез… Трибунал. Разжалование. Отправка на Запад. В стройбат. Затем — внезапная война… Горечь отступления. У них даже винтовок не было… Потом всё же разжился оружием, после налёта на колонну его, вместе с остальными уцелевшими забрали в качестве пополнения в стрелковую роту и уже неделю он дрался с немцами, цепляясь за каждый холмик, окапываясь у каждой речки… И вот, неожиданная тишина… Обычно в это время начинала бить артиллерия. Потом шли в атаку танки. И бесплодные попытки пехоты врага взять их позиции…
Владимир споткнулся о вылезший из стенки хода сообщения корень и упал. Стал пониматься, и вдруг предрассветную тишину разорвал гнусавый голос из громкоговорителя:
— Ахтунг! Ахтунг! Внимание! Русский зольдатен! Не стреляйт! Предлагаем перемирие! Русский зольдат! Не стреляйт! Сегодня ночью фюрер германского народа Адольф Гитлер предлагайт русский вождь Иосиф Сталин мир. Не стреляйт, русский зольдат!..
Владимир поднялся с земли и выругавшись, стал отряхивать испачканные землёй колени,
— Не врут, вроде, товарищ сержант?
— А может, провокация?
— Кто знает… Ладно, пока не стреляй. Подождём, что сверху скажут…
Сталин смотрел на высокого немца настороженно. Ещё бы! Неизвестно как, впрочем, вполне объяснимо, тот на разведывательном «Юнкерсе» высоко пробрался почти над всей территорией СССР и посадил свою машину прямо на один из подмосковных аэродромов. Слава Богу, охрана не дремала, и едва винты машины замерли на месте, как на неё были нацелены стволы всей роты аэродромного обслуживания, а взлётная полоса перегорожена телегами. В днище открылась овальная дверца, и на бетон спрыгнул этот самый немец. Медленно поднял руки. Затем, тщательно выговаривая слова, произнёс:
— Я есть парламентёр.
Следом из самолёта вылез не менее высокий эсэсовец в поношенном, но тем не менее относительно чистом белом парадном мундире, носившем следы спешного приведения в порядок и вынув из кобуры длинноствольный «парабеллум», аккуратно положил его себе под ноги. Примчавшиеся особист и переводчик, услышав ИМЯ парламентёра, оба выпучили глаза и едва не лишились дара речи. В то же, что Рудольф Гесс, глава «Гитлерюгенда» Третьего Рейха, не лжёт и ДЕЙСТВИТЕЛЬНО прибыл с ОФИЦИАЛЬНОЙ миссией подтвердило множество известий со всех участков советско-германского фронта о том, что противник прекратил всякие активные действия и призывает к перемирию…
Сталин поднялся со стула и, глядя на немца, дал знак переводчику из ведомства Берии, затем произнёс:
— Мы вас внимательно слушаем.
Гесс сглотнул, затем чётко отчеканил:
— Мой вождь Адольф Гитлер предлагает русскому вождю Иосифу Сталину немедленные ЛИЧНЫЕ переговоры о мире между нашими державами в любом назначенном ВАМИ месте.
Коба ожидал ЧЕГО угодно, но только не такого, и на мгновение растерялся. Но только на мгновение. На немца смотрели не менее удивлённые Ворошилов, Шапошников, Молотов, Малиновский, Берия.
— О мире?
— Да. О мире. Мы согласны признать любые условия, но нам нужен МИР. Впрочем, как и вам. Согласитесь, что воевать на одни фронт ЛЕГЧЕ, чем на два.
— СССР — ОЧЕНЬ большая страна. И мы МОЖЕМ себе позволить воевать на ДВА фронта…
Сталин блефовал. Отчаянно и безнадёжно. Но ему НУЖНО было доказать этому немцу, одному из РЕАЛЬНЫХ вождей Третьего Рейха что РОССИЯ не боится этой войны. И кажется, что Гесс купился… Поскольку ответил:
— Двое суток назад Германия подверглась вероломному нападению со стороны Англо-Французской коалиции. Воспользовавшись подписанным протоколом о транзите своих войск, они напали на нашу страну практически во всех ключевых точках. Мы имеем многочисленные жертвы среди мирного населения. Наша промышленность фактически парализована. Более того, мы ВЫНУЖДЕНЫ отозвать почти ВСЕ войска с ВАШЕГО фронта, чтобы отбить нападение. Поэтому наш Фюрер считает необходимым ЗАКЛЮЧИТЬ МИР.
Сталин уже успокоился. Вот оно! Значит «Травля Лисы» не блеф! А обычная политическая и военная АВАНТЮРА! Полностью провалившаяся… Враг моего врага мой друг? Он чиркнул спичкой, раскуривая трубку, и указал Гессу на свободный стул:
— Вы пока присаживайтесь… товарищ Гесс… Мне нужно подумать. Немножко…
…А это — шанс! Шанс одним махом прихлопнуть зарвавшихся французов и англичан. Распространить влияние СССР на Запад. Получить новейшие технологии и технику, так тщательно скрываемых Западом. И, главное, ослабить этот невыносимый для страны военный натиск… А встреча с Гитлером, что же… Это встреча ПРОСТО необходима. Жаль, что нам не удалось встретиться с ним ДО ВОЙНЫ. Может, её бы просто не было, и весь ход мировой истории пошёл бы по — другому?