Безумие
Шрифт:
– Может быть, дело в том, что логосы слишком логичны? Ведь человеку свойственна известная алогичность поступков.
– Эта мысль уже давно вертелась у меня в голове, и я ожидал одобрения, но Гранин осуждающе покачал головой.
– И ты, Брут! И ты погряз в этой трясине мещанских суждений о человеческой алогичности!
– Мещанских? Да такими суждениями полны все современные науки, начиная от психологии и кончая кибернетикой!
– Не все верно, что часто повторяется. Вдумайся, это же чистокровный научный оппортунизм! Если действовать по твоему рецепту, то логосов надо делать с расчетом на безумие.
– Ох, и любишь ты утрировать!
– Наоборот! Я стараюсь всячески смягчать резкость своих суждений, Сергей потер лоб.
– Хм, алогичность человеческих поступков - чушь, выдуманная человеконенавистниками. Просто у человека не одна, а несколько логик действия. Одна логика диктуется социальным самосознанием, другую определяют законы продолжения рода, третья опирается на инстинкт самосохранения. При известных обстоятельствах эти разные логики начинают противоречить друг другу, и тогда при желании действия человека можно истолковать как алогические. Только и всего. Нет, дело не в логичности. Собака зарыта в другом месте.
– В каком!
– А черт его знает!
Мне почудилось легкомыслие в его словах. Я осуждающе покачал головой.
– А мне жаль Шпагина.
Сергей плюхнулся рядом со мной на диван и заговорщически понизил голос:
– Пути назад отрезаны, мосты сожжены, и Рубикон перейден, Николенька. Отныне мы с тобой не сотрудники института, не какие-то несчастные кандидаты наук, а, - Сергей торжественно поднял палец, - де-тек-тивы! Да-да, мы находимся сейчас в положении Шерлока Холмса, который, обнаружив совершенно свежий труп респектабельного джентльмена, не может отыскать ни единого следа преступника. Как поступает Холмс в подобных ситуациях.
– Думает. И курит трубку, расходуя за вечер не меньше полфунта крепчайшего табаку.
– Верно, курит и думает. Но ты все-таки немного вынес из жизнеописания великого сыщика. Прежде чем курить и думать, он дотошно расспрашивает прямых и косвенных свидетелей преступления. Всех, кто может оказаться к нему причастным!
Я усмехнулся.
– Кого же нам вызвать на допрос? Подстанцию, которая питает ВИВК электроэнергией?
– Ну! Как ты можешь опускаться до такого вульгарного материализма? Мы должны работать гораздо тоньше и деликатнее. Надо с пристрастием допросить все науки, которые так или иначе причастны к проблеме логосов. Кстати, у тебя нет знакомых биоников!
– Кого?
– удивился я.
– Биоников, этих мутантов второй половины двадцатого века - устойчивых гибридов биологии и техники.
Подумав, я ответил:
– Представь себе, есть!
– Шутишь.
– Да нет, серьезно.
У меня в самом деле был знакомый бионик, совсем зеленый парень, новичок в науке. Это был Михаил Синенко, мой земляк и сосед по улице, который в прошлом году закончил институт и остался в аспирантуре. В свое время он звал меня дядей Колей, хотя дяде тогда было едва ли двадцать лет. Когда, закончив школу, Михаил поехал учиться, его родители в слезном письме просили меня позаботиться об их ненаглядном чаде и не дать ему свихнуться. Скоро чадо явилось ко мне, и я только ахнул - Михаил перерос меня головы на полторы и обрел такой бас, что оконные стекла жалобно дребезжали, когда он слегка форсировал голос.
Михаил оказался серьезным
Когда все это я коротко изложил Сергею, он, к моему удивлению, пришел в восторг.
– Бионик! Молодой способный парень без предрассудков и научного консерватизма. Да это как раз то, что нам требуется!
Я непонимающе смотрел на него.
– А собственно, что требуется?
Сергей сокрушенно вздохнул.
– До чего ты все-таки черствый человек, Николай, - удивительно! Неужели непонятно, что ты должен купить свадебный подарок, отправиться к молодоженам и поздравить их с законным браком!
– Какой подарок, если свадьба была два месяца назад?
– опешил я.
Но Сергея понесло, и возражать ему было просто невозможно.
– Пусть это будет послесвадебный подарок. Какая разница? Важно то, что для вручения подарка ты явишься к своему протеже. А там между делом поговоришь о логосах, конфиденциально, конечно. Я устало вздохнул.
– О логосах? А что я о них буду говорить?
– Обо всем понемногу, неужели непонятно? Введи в курс дела и узнай его мнение. Полюбопытствуй, нет ли у него в работе аналогий машинному безумию, не набредал ли он на какие-нибудь идеи на сходном материале. В общем, поговори по душам.
– А подарок?
– Подарок мы купим вместе. И расходы пополам. Еще вопросы есть?
Я засмеялся, махнул рукой и согласился.
4
Михаил жил в новеньком пятиэтажном доме, как две капли воды похожем на десятки других таких же домов недавно выросшего города-спутника. Поднявшись по тесной лестнице на пятый этаж, я позвонил. Щелкнул замок, дверь распахнулась, и на пороге появился Михаил - длинный, худой, носатый и большеротый. Русые волосы его были спутаны и прилипли к потному лбу, рукава старенькой рубашки засучены выше локтей, на груди - женский передник из синтетики. Секунду он недовольно вглядывался в меня, щуря близорукие глаза, потом моргнул, и его лицо вытянулось от удивления.
– Николай Андреевич?!
Я улыбнулся и развел руками. Михаил обернулся, и протодьяконским басом прогудел через плечо:
– Зина, кончай стирку! Гости пришли!
Он помог мне раздеться и потащил в комнату. Я чувствовал, что Михаил опасается, как бы я не вздумал заглянуть на кухню.
Комната выглядела довольно оригинально. В ней размещался великолепный дорогой сервант, дряхлый книжный шкаф, роскошный диван, на котором при нужде смог бы разместиться целый взвод, несколько развалин-стульев и подозрительный стол, накрытый чудесной скатертью. На одной стене висел сильно стилизованный офорт, на другой - дешевенькая литография с изображением "Девятого вала". В общем чувствовалось, что малогабаритная квартира находится в начальной стадии обживания.