Безжалостный
Шрифт:
Я сказал об этом полковнику. Он одобрил мой план и велел позвать Жака, Гирланда и Джерри. Когда все собрались в комнате, Дуглас указал на окно.
– Быстро! Уходим через окно по очереди. Брюна несут Берт и Гирланд.
В это время Брюн заворочался на стуле.
– Стоп, полковник! – крикнул Смит. – Действие препарата начинается. Оно будет длиться не более пяти минут. Вторую дозу его сердце не выдержит.
Дуглас беспомощно огляделся.
– Пусть все уходят, мы допросим его, – сказал я. – Идите и вы, полковник. Я постараюсь вас
– Нет! – Дуглас покачал головой. – Кто-то должен остаться еще. Если тебя убьют, то он по крайней мере сообщит нам имя их шефа.
В дверь постучали.
– Быстрее, – прошептал я. – Со мной останется Гирланд.
– Оставайся, Марк, – кивнул полковник. – Встречаемся у Дуга Феррари.
3
Стук в дверь повторился. Гирланд открыл шкаф в прихожей и достал ручной пулемет с двумя дисками.
Я склонился над Брюном. Он бормотал без остановки. Это было похоже на бред.
– Я помню, в детстве жил у родственников в бунгало… – Его просто распирало от желания выговориться.
Гирланд тем временем запер дверь в смежную комнату.
– Кто шеф вашей организации? – настойчиво повторял я один и тот же вопрос.
Брюн оставался глух к моим призывам. Дверь пытались открыть, но делали это методично и тихо. Они знали, что уйти нам некуда, и не торопились.
Я взял Брюна за глотку, приподнял и ладонью наотмашь треснул его по физиономии.
– Кто руководит вашей организацией? – повторил я.
– Я… я не знаю…
Оплеуха, однако, возымела действие. Говорил он недолго, не более минуты, но этого было для нас достаточно.
Дверь, затрещав, накренилась и рухнула, и в комнату ворвались пятеро здоровенных «качков». Увидев меня и Брюна, они сразу же бросились к нам. Они не заметили Гирланда, и в этом была их ошибка. Он, стоя за дверью, спокойно расстрелял их из пулемета, прежде чем они успели что-либо сообразить. Комнату заполнил дым.
Гирланд выглянул в коридор.
– Никого! Можно попытаться уйти этим путем.
– Нет, Марк! Нужно догнать своих.
Я подбежал к окну и высунулся наружу.
Где-то наверху раздалась автоматная очередь. Затем послышались пистолетные выстрелы.
Ловушка, понял я. Засада на крыше…
Мимо меня с крыши пролетело чье-то тело. Мне показалось, что это был Жак, но в этот момент мне было все равно. Сердце словно окаменело. Сейчас я знал только одно: я должен прикончить их босса во что бы то ни стало.
– Через крышу идти нельзя! – Я обернулся к Гирланду. – Попытаемся прорваться здесь!
Тот, ни слова не говоря, снял с вешалки плащ и завернул в него пулемет. Мы выскочили из номера и побежали к лифту. К счастью, кабина лифта стояла на нашем этаже, и мы вскочили в нее. Мы почти достигли первого этажа, и тут я вспомнил, что у меня наверху осталось еще одно дело. Я вновь направил лифт на третий этаж. Гирланд вопросительно посмотрел на меня.
– Все их внимание сейчас сосредоточено на крыше, – сказал
Лифт остановился на третьем этаже. Оставив Марка в кабине, я побежал к номеру, откуда мы только что ушли. Брюн все еще лежал, связанный, на полу, но уже пришел в себя и пытался освободиться. Я злорадно посмотрел ему в глаза.
Достав из кармана гранату, я выдернул чеку, положил гранату рядом с Брюном и бегом бросился из комнаты. Когда я добежал до лифта, раздался взрыв.
– С Брюном покончено! – выдохнул я. – Теперь можно прорываться.
Лифт пошел вниз. Когда он остановился и двери открылись, мы увидели в холле следующую картину: портье стоял с поднятыми руками, а вокруг него толпилось человек восемь бандитов.
Гирланд среагировал мгновенно. Он разрядил в них весь диск пулемета. Когда он стрелял, от плаща, в который был завернут пулемет, только клочья летели. Смерть всех была мгновенной, разрывные пули крупнокалиберного пулемета не пощадили никого. Погиб и портье, совершенно случайно попавший в колесо политической машины и поплатившийся за это жизнью. Пули попали ему точно в голову, раскроив череп, и теперь он лежал в общей куче окровавленных тел.
Перезарядив оружие, мы пробежали через холл и выскочили на улицу. Перед дверями отеля нас поджидали четыре черных автомобиля и десятка два боевиков с оружием.
Гирланд упал на землю и начал стрелять. Я бросился рядом и, перекатившись на газон, швырнул две гранаты в гущу людей и машин. Раздался взрыв, затем еще и еще. Видимо, рванули бензобаки.
Все было в плотном дыму. Я вскочил и побежал к автомобильной стоянке. Правая бровь была рассечена, и по лицу текла кровь. Когда я добежал до стоянки, двое бандитов бросились мне навстречу, но я уложил их из пистолета.
Я устремился к ближайшему автомобилю. Мне повезло, дверца была открыта, и я воспользовался универсальным ключом зажигания. Один из бандитов, опустившись на колено, целился в меня из винтовки. Я нажал на газ, и его тело, после удара о капот, отлетело в сторону.
От отеля со всех ног ко мне бежал Гирланд. Пулемета у него не было, он отстреливался из пистолета. Он прыгнул в машину, и я понесся сквозь пелену дыма. В зеркальце я видел, что нас преследуют две машины. Гирланд выбил заднее стекло и стал стрелять. Вдруг впереди я увидел «Мерседес», поставленный поперек улицы. Я принял вправо и, протаранив его переднюю часть, проскочил дальше.
Послышался оглушающий рев полицейской сирены. Я нажал на акселератор до пола. Нужно уходить, сейчас здесь будет полно полицейских.
Я ехал к окраине Парижа. Нас преследовала только одна машина, но и она понемногу стала отставать.
– Нам крышка, если у них в машине есть рация, – сказал Гирланд.
Я лишь согласно кивнул. Нужно избавиться от преследования. Мы шли на предельной скорости, они тоже, но у меня было то преимущество, что я знал о своих дальнейших действиях, а они могли только об этом догадываться.