Библия G-модератора
Шрифт:
В результате — истину он не нашел и даже не смог построить сколь-нибудь убойную систему охмурения сапиенсов с помощью своей хваленой индукции.
Блез Паскаль (1623–1662) — французский ученый-универсал, любитель логики, философии, физики, литературы и математики одновременно. Вел острую полемику с упырями-иезуитами, что отразилось в его остроумных "Письмах к провинциалу". Сочинил трактат: "О геометрическом уме и об искусстве убеждать". В нем попытался обосновать на основе своих достижений в математике теорию доказательства и ее роль в укоренении
То есть: дружище Блез считал, что убойность убеждения зависит от некоей «истинности» содержащихся в информационном пакете сведений.
Опять тупиковый замысел (идущий еще от гениального путаника Аристотеля) — найти независимые от ситуации истины, которые, мол, сами по себе сделают из плута, бандита и ворюги мирного, честного и послушного обывателя.
Увы, то, что эффективно в геометрии Евклида и в формальной логике, почти никогда не приносит пользы в столь сумасшедшой каше, каким является наш социум.
Все подобные мертворожденные теории не учитывают такого факта, что поведением сапиенсов руководит не только разум, но еще и масса других, расположенных в организме командный центров, стимулируемых подсознательными влечениями, страхом, тоской, любопытством, яростью, обидой и пр.
Все куряки и алкаши мира знают о вреде употребления никотина и этанола.
Однако даже миллион самых маститых научных светил Вселенной не смогут убедить наших добровольных жертв рака легких и цирроза печени завязать к едрене-фене со столь вредными привычками.
Так что, влиять на пиплов лучше, не взывая к их разуму, а используя скрытые желания и неосознанные мотивы.
Антуан Арно (1612–1694) и Пьер Николь (1625–1695) — французские философы и логики. В своем труде "Логика, или Искусство мыслить" подошли к интереснейшей теме: самоконтролю перца над тем, как он думает.
Хотя, я считаю, главное — о чем думать.
Но для того времени и вопрос "как?", был весьма свеж и оригинален.
Более того, уверен, что вопрос о структуре и направленности внутренней речи человека, зачастую называемой «мышлением», чрезвычайно актуален и для нашего XXI века.
Все больше электроники подчиняется человеческому голосу.
А наш внешний голос — прямое отображение внутреннего.
И с каждым годом любая ошибка нашего замусоренного бредовыми монологами «Я», отраженная в звуках речи будет все более и более опасна, поскольку будет мгновенно исполняться послушной автоматикой.
Хорошо поставленный внутренний голос легко отразит все атаки на разум. Правда, бывает, что он начинает подчинять себе волю носителя и расщеплять его сознание.
Но, что поделаешь, ничего в этом мире не приобретается даром.
За все надо платить. Иногда — и шизофренией.
Правда, предупрежденный мной бдительный пипл заплатит меньше в дважды. А то — и в трижды.
Вернемся, однако, к нашим французам.
Увы, вместо учебника с методикой развития навыков рационального управления собственным рассудком, они вытащили на свет Божий весьма замшелые мысли типа: "Из-за пристрастности или недобросовестности противнику
Плюсом той винегретно-компотной каши, которую вывалили на читателей Арно с Николем является то, что они, тем не менее, попытались назвать вещи своими именами.
По их мнению: есть настоящая логика — инструмент чистой науки.
И есть некая «паралогика» — умение добывать убедительные доказательства и связывать их между собой в крепкий монолит.
Казалось бы, следующим шагом у Арно и Николя должна была стать концепция паралогики (псевдологики), искусства софистических умозаключений, блоками уложенных для использования в дискуссиях и выступлениях-монологах.
Но этого, к моему глубочайшему сожалению, не произошло.
Готфрид Вильгельм Лейбниц (1646–1716) — немецкий философ, логик, математик и физик. В логике Лейбниц ставил перед собой довольно глобальную цель. Он хотел добиться решения всех проблем человечества (в политике, экономике, дипломатии, этики и пр.) с помощью вычислений.
Основой таких действий, считал Лейбниц, служат ясность и непротиворечивость рассуждений.
Лейбниц впервые сформулировал закон достаточного основания, одновременно проанализировал разновидности недостаточных оснований и приемы, позволяющие их скрыть или представить в качестве достаточных, например, при разводке словоблудами-политиками лохов-избирателей.
Идеи старины Лейбница актуальны и для нашего время. Попытки отбросить присущий каждому представителю рода человеческого субъективизм и с помощью одной только компьютерной техники решать стоящие перед современной цивилизацией задачи становятся с каждым десятилетием все более продуктивными.
А еще Лейбниц интересен тем, что защитил отвергаемую еще с Возрождения схоластику, требуя, чтобы отработанные столетиями приемы использования силлогизмов не пропали зря.
Эта мысль проходит красной нитью в "Новых опытах о человеческом разумении автора системы предустановленной гармонии": "Я думаю, что изобретение силлогистической формы есть одно из прекраснейших и даже важнейших человеческих открытий человеческого духа".
Иммануил Кант (1724–1804) — наш земляк, коренной житель Калининградщины, философ, логик и наверняка любитель хмельного кваса, печеной картошки и сисястых доярок.
Моня Кант взамен обычной логики придумал свою — «трансцендентальную».
Формальная логика изучает, как утверждал наш умненький зема, реальные ситуации. А так как у каждой ситуации свои специфические черты, то происходит путаница и в ней гибнет истина.
Трансцендентальная же логика, как считал ее создатель, опирается на нечто общее, на то, что присуще всем ситуациям данного класса, даже если ни одной из них еще и нет в помине. И это, дескать, дает возможность заранее (априорно), не изучая конкретику проблемы, решить ее, основываясь на вечных, независимых от реальности, чистых и незамутненных личным опытом истинах…