Биотеррор
Шрифт:
— Можешь идти.
— Мы еще не закончили.
Главный Механик покосился на меня, иронично вздернув бровь.
— Тебе мало?
Мне было много, но сдаваться я не собирался.
— Вы сильнее, кто бы спорил. И не обязательно было демонстрировать это вот так. Но сила не делает вашу позицию более обоснованной.
— А что мне прикажешь делать, если доводы логики на тебя перестали действовать? — крикнул Мастер в неподдельном отчаянии. — Ты заразился в этом логове дикарей какой-то формой тупости!
Я поймал себя на том, что прячу руки за спину и гляжу в пол, закусив нижнюю губу.
Ну уж нет! Мне не десять лет, в конце-то концов!
— Вы сказали, что в этой операции я должен сам разрабатывать стратегию и принимать решения. Сам! Что вы доверяете мне! И я принимаю решение: буду защищать Алису в любом случае. Будет она нам помогать или нет. И не позволю давить на нее.
Главный Механик нахмурился. Без ложного героизма признаюсь, у меня от его взгляда все внутри заледенело.
— Ты осознаешь, что может произойти, если катрены попадут к дикарям?
— Да.
— И все равно стоишь на своем?
— Да.
— Ты дурак?
— Я сделаю все, чтобы не дать луддитам завладеть чертовой центурией. Но для этого нет никакой необходимости мучить Алису. Она не хочет искать — и прекрасно! Луддиты верят, что только Избранная может найти недостающие катрены. А значит, им и в голову не придет самим искать катрены: вы знаете, как серьезно они относятся к пророчествам. Достаточно просто не дать им захватить девушку. Чем я и собираюсь заняться.
Моя речь не убедила старика, не успокоила. Наоборот. Он вскочил, врезал по столу кулаком и разразился тирадой, общий смысл которой сводился к неблаговидной оценке моего нравственного облика и умственного состояния. После упал назад в кресло и спокойно произнес:
— Вон.
— Не волнуйтесь так, Мастер. Я вполне смогу защитить Алису.
— Вон!
— Хорошо. Но хочу предупредить — если твердо решили остановить меня, сделайте это сейчас. Своими руками. Не надо присылать за Алисой чистильщиков. Я буду рассматривать их как врагов. И действовать буду соответственно. А вы знаете, что будет в этом случае…
— Во-о-он!
Я послушно покинул кабинет, но внутренне возликовал. Если бы Мастер и впрямь решил действовать жестко, он прибил бы меня собственноручно. Он лучше чем кто-либо знает, что я не блефую. Но у него рука не поднялась.
Что, впрочем, не означало поддержки, за которой я, собственно, приезжал. Похоже, старик рассердился всерьез, и выкручиваться мне предстоит в одиночку.
— Нам нейтрализовать его?
Наемники стояли на пороге кабинета. Женщина смотрела на Мастера, мужчина контролировал удаляющегося по коридору
На лице гиганта не осталось ни намека на гнев, он вполне благодушно взмахнул рукой:
— Не говорите ерунды. Во-первых, вы с ним не справитесь. Если только убьете, но это меня уж совсем никак не устроит. Во-вторых, это бессмысленно.
Розенблейд позволила себе иронично хмыкнуть. Было видно, что слова Мастера ее задели, но спорить с заказчиком у наемников не принято.
— Нам захватить девчонку и доставить сюда? Он прячет ее в одном из убежищ, мы знаем в каком. Там остались два наших человека, ждут сигнала.
— Пусть следят, но себя не обнаруживают.
Розенблейд нахмурилась. Это уже слишком даже для нее.
— Я должна просить разъяснений! Если вам нужны тупые исполнители, то можете нанять таких в любой городской банде за гроши. Мы с напарником имеем слишком высокую квалификацию, что бы позволить использовать себя в темную.
Мастера вспышка наемницы оставила равнодушным. Он убрал с доски пуговицу и продвинул пешку на одну клетку вперед.
— Удивительно. Вы женщина, Розенблейд. Но совершенно не понимаете других женщин.
— Что?
— Вот ваш напарник уже догадался.
Она изумленно уставилась на Алена.
— Алиса не откажется искать катрены, Розенблейд, — улыбнулся Ален. — Теперь ни за что не откажется.
Алиса успела набросать пару черновиков будущих статей, что на коммуникаторе было не так уж и просто. Она привыкла к Бублику, на нем писалось легко, словно компьютер подсказывал нужные слова.
Да и сама обстановка убежища не способствовала творческому настрою.
Слой земли и железобетона блокировали сигнал — ни по телефону позвонить, ни в сеть выйти.
И Данила куда-то запропастился.
Алиса уже готова была выбраться на поверхность, пусть даже и в нелепой толстовке, свисавшей с нее балахоном, но дверь оказалась заперта, а код ей Данила то ли забыл сказать, то ли специально не упомянул, чтобы не убежала.
И пропал.
Может, этот его Мастер приказал строптивого подмастерья запереть в… Где у них там запирают? На гауптвахте?
А что если его подстерегли эти, из поселка?
К тому моменту, когда Данила вернулся, нервы девушки были уже в таком состоянии, что она даже не стала его ругать, а молча набросилась с кулаками. Парень стоически выдержал нападение, лишь пакеты от неожиданности выронил.
— Где тебя носило? — выдавила сквозь слезы Алиса. — Я тут… телефон… я… а ты!
Как ни странно, Данила этот набор слов понял.
Отстранил слабо тыкающие в грудь кулаки, обнял — осторожно, крепко. Прижался щекой к ее волосам. Алиса замерла, чувствуя, как отпускает сжимавшая сердце тоска-змея. Страх уходил, прятался.