Битва аферистов

Шелонин Олег Александрович

– Знал бы ты, какие монстры у меня по струнке ходят. На досуге как-нибудь расскажу. Так, формируем команду.

– С чего это ты раскомандовался, зятек?! – возмутился Горбас аль-Баиндур.

– С того, что знаю, как и чем Кощея завалить и кто это сделать может. Ясно?

– Тогда командуй,– благосклонно кивнул шах.

– Мерси… э-э-э… я хотел сказать, да благословит тебя Аллах за доверие. Кстати, зять твой вот,– Алеша ткнул пальцем в Елисея,– попрошу не путать. Слышь, братан, а бантики ты зря выкинул.

Команду Алеша

сформировал быстро. В первую очередь ему нужны были артефакты, которые они с таким трудом собирали по всему миру, во вторую очередь – те, кто умел колдовать, и только в третью – те, кто умел драться да мечами махать. Соответственно на штурм подземных галерей Кощея были отобраны: лично он сам, новоиспеченный царевич Алексей, Елисей, Горбас аль-Баиндур, Вано, Еремей и Черномор.

Алеша сел на Сивку-Бурку, сунув под мышку Ваську.

– Ую-ю-юй! – завопил Сивка-Бурка.– Насчет кота уговору не было! Перегруз!

– Дотянешь.– Елисей подтянул его за хвост, пытаясь примоститься на круп.

К его удивлению, тело Сивки-Бурки вытянулось по горизонтали, дав ему возможность расположиться со всеми удобствами. Сивка-Бурка чем-то стал смахивать на таксу.

– Тяните его за хвост! – обрадовался царевич, поправляя на боку меч-кладенец.– А ты у меня молодец,– похвалил он меч,– если и впрямь до места доставит, главным советником при своей особе сделаю.

– Можешь считать, что я уже вступил в должность,– самоуверенно заявил меч,– и слушай сюда. Как яичко со смертью Кощея найдешь, ломать его не спеши.

– Почему?

– Кощея одолеть можно, только разбив яичко на его голове. И только одним инструментом – мной. Мечом-кладенцом. Понял?

Елисей кивнул.

– Понял.

– Ну и дебилизм! – хмыкнул Алеша, не пропустивший ни одного слова новоиспеченного советника.

Тем временем на безразмерного Сивку-Бурку водрузилась вся отобранная Алешей шестерка.

– Вперед! На Кощея! – скомандовал Алексей.

Сивка-Бурка послушно растворился в воздухе вместе с седоками.

25

Чуя, что кризис назревает, Кощей плюнул на всякую осторожность и начал пользоваться магией напропалую. Терять ему уже было нечего. Главное – успеть произвести обряд до того, как магрибский колдун очухается, поймет что к чему и сломает его иголочку. Первым делом Кощей прихлопнул все виды магии, кроме собственной разумеется, в своих подземных апартаментах. Затем, почесав в затылке, на всякий случай нацепил на себя рубаху-непробивайку, которую хранил в сундуках с незапамятных времен.

– Давненько мне не приходилось прибегать к твоим услугам.– Он ностальгически погладил красных петушков, которыми была расшита непробивайка.– Сейчас обряд произведу, властелином мира стану, и больше ты мне уже не понадобишься. Никогда. Ну-с, приступим.

Кощей уверенной походкой будущего властелина мира подошел к стене, мановением бровей заставил ее раздвинуться и вошел внутрь тайная тайных,

святая святых: туда, где все давно уже было готово для обряда.

В глубине огромного зала стояла аппаратура, немного смахивавшая на самогонный аппарат, внутри которой бурлила подозрительная смесь, переливаясь всеми цветами радуги. В колбах, ретортах, змеевиках булькали разноцветные жидкости, и все это замыкалось на чугунном котле, в который из многочисленных трубочек капали ингредиенты будущего зелья. Именно оно должно было дать Кощею власть над миром.

Слева от этого дикого агрегата к стене был прикован дракон, справа – принцесса Роксана со своей «служанкой» Аленой, размалеванной гримом так, что не то что Кощей – родная мать с отцом не смогли бы опознать в ней Спящую красавицу. Она тоже гремела цепями. Где-то за стеной возбужденно попискивали полностью лишенные магии гномики, не зная, как прийти на помощь Владычице гротов и пещер Лейле Гномовне Первой. Между ними металась Яга со «Стингером» в руках. Абсолютно голая Манюня (принцессы умудрились убедить силиконовую красотку, что лучший наряд – это ее собственная резиновая кожа) сидела на троне в ожидании своего благоверного.

– Ты что делаешь, аспид?! – накинулась на Кощея Яга.

– Обряд,– лаконично ответил бессмертный злодей.– Сейчас я стану властелином мира, отдам тебе твои проценты, а потом ты подаришь их мне.

– С какой стати?

– А ни с какой,– Кощей Бессмертный довольно улыбнулся,– из чистой любви.

– А-а-а… совсем забыла,– закивала Яга,– любовь и красота. Все разом спереть решил. Ну попробуй.

– Чего там пробовать! Сейчас раствор порозовеет, я его одним махом…– Кощей подскочил к котлу.– А чегой-то он голубой?

Яга хмыкнула.

– Думаю, чегой-то не хватает.

– Чего?

– Догадайся.

Кощей посмотрел на Роксану.

– Красота на месте,– перевел взгляд на дракона,– любовь тоже…

Ойхо, вытянув шею, клацнул зубами, пытаясь дотянуться до горла бессмертного злодея.

– Но-но! Попрошу не отвлекаться! – Кощей отпрыгнул на всякий случай подальше и попал в зону действия нежных ножек Роксаны, которые, на его беду, не были прикованы к стене.

Царевна немедленно воспользовалась представившейся ей возможностью отвести душу. Пинок получился таким смачным, что Кощей кубарем отлетел на середину зала, торпедировав чан и чуть не опрокинув на себя дымящееся в нем зелье.

– Спокойно, Кощенька, спокойно,– начал уговаривать себя бессмертный злодей, поднимаясь с пола,– станешь властелином мира, они тебе заплатят за все сполна! А сейчас думай, родной, думай. Значит, так: красота на месте, а вот с любовью что-то не вяжется. Не пылает дракончик наш страстью, не пылает. Яга, а ты мне мозги не пудрила?

– Да чего ради, плешивенький ты мой? Чай, полмира на кону.

– Так чего ж он страстью не пылает?

– А ежели тебя на цепь посадить, много ты напылаешь?