Битва королей
Шрифт:
Векс осклабился, и Теон съездил ему по уху.
— Это за то, что тебе так весело. — Еще одна затрещина, посильнее. — А это за то, что не предупредил меня. В следующий раз отрасти себе язык.
Его комнаты никогда еще не казались ему такими холодными, хотя жаровня горела постоянно. Теон стянул с себя сапоги, скинул плащ на пол и налил себе вина, вспоминая неуклюжую прыщавую девчонку с мосластыми коленками. «Она развязала мне бриджи, — бесился он, — и сказала… о боги, а я-то…» Он застонал. Нельзя было выставить себя большим дураком, чем это сделал он.
«Нет, это не я — это она сделала из меня дурака.
Он взял чашу и сел на подоконнике, глядя, как солнце закатывается за море и Пайк. «Мне здесь не место — Аша права, Иные ее забери!» Вода внизу из зеленой стала серой, а после черной. Услышав далекую музыку, он понял, что пора одеваться для пира.
Он выбрал простые сапоги и еще более простую одежду — в черных и серых тонах, под стать своему настроению. Украшений никаких — ведь у него нет ничего, купленного железом. «Я мог бы снять что-то с одичалого, которого убил, спасая Брана Старка, но на нем ничего ценного не было. Таково уж мое счастье — я убил нищего».
В длинном дымном чертоге сидели отцовские лорды и капитаны — около четырехсот человек. Дагмер Щербатый еще не вернулся со Старого Вика со Стонхаузами и Драммами, но все остальные были в наличии — Харло с острова Харло, Блэкриды с Блэкрида, Спарры, Мерлины и Гудбразеры с Большого Вика, Сатклиффы и Сандерли с Сатклиффа, Ботли и Винчи с той стороны острова Пайк. Невольники разносили эль, играла музыка — скрипки, волынки и барабаны. Трое крепких парней плясали военный танец, перебрасываясь короткими топориками. Весь фокус был в том, чтобы поймать топор или перескочить через него, не прерывая танца. Пляска называлась «персты», поскольку танцоры в ней нередко теряли пару-другую пальцев.
Ни они, ни пирующие не обратили особого внимания на Теона Грейджоя, идущего к помосту. Лорд Бейлон сидел на Морском Троне в виде огромного кракена, вырубленном из глыбы блестящего черного камня. Легенда гласила, что Первые Люди, высадившись на Железных островах, нашли этот камень на берегу Старого Вика. Слева от трона помещались дядья Теона. Аша восседала на почетном месте, по правую руку.
— Ты опоздал, Теон, — заметил лорд Бейлон.
— Прошу прощения. — Теон сел на свободное место рядом с Ашей и прошипел ей на ухо: — Ты заняла мое место.
Она устремила на него невинный взор.
— Ты, должно быть, ошибся, брат. Твое место в Винтерфелле. — Ее улыбка резала его как ножом. — А где же твои красивые наряды? Я слышала, ты любишь носить шелк и бархат. — Сама она надела простое платье из мягкой зеленой шерсти, подчеркивающее стройные линии ее тела.
— Твоя кольчуга, должно быть, заржавела, сестрица, а жаль, — отпарировал он. — Хотел бы я поглядеть на тебя в железе.
— Поглядишь еще, братец, — засмеялась Аша, — если, конечно, твоя «Морская сука» угонится за моим «Черным ветром». — Один из невольников подошел к ним со штофом вина. — Что ты будешь пить сегодня, Теон, — эль или вино? — Она подалась к нему. — Или тебе все еще хочется отведать моего материнского молока?
Теон, покраснев, бросил невольнику:
— Вина. — Аша отвернулась и, стуча по столу, потребовала эля.
Теон разрезал надвое ковригу хлеба, вынул мякиш из одной половины и велел налить туда рыбной похлебки. От запаха его слегка замутило,
— Знает ли отец, что ты замужем за его корабельщиком? — спросил он.
— Не больше, чем сам Сигрин. «Эсгред» был первый корабль, который он построил, — он назвал его в честь своей матери. Не знаю, кого из них он любит больше.
— Значит, каждое твое слово было ложью.
— Нет, не каждое, — усмехнулась она. — Помнишь, я сказала, что люблю быть наверху?
Это рассердило его еще больше.
— А твои россказни о том, что ты замужем и ждешь ребенка?
— Это тоже правда. — Аша вскочила на ноги, протянула руку к танцорам и крикнула одному из них: — Рольф! — Он метнул свой топор, и тот, кувыркаясь и сверкая при свете факелов, полетел через зал. Теон и ахнуть не успел, как Аша поймала топор за рукоять и вогнала его в стол, разрубив его миску надвое и обрызгав его подливкой. — Вот он, мой лорд-муж. — Аша запустила руку за корсаж и достала кинжал, спрятанный между грудей. — А вот мое милое дитятко.
Теон Грейджой не мог видеть себя в эту минуту, но вдруг услышал, как весь Великий Чертог грохнул со смеху, и понял, что смеются над ним. Даже отец улыбался, проклятие богам, а дядя Виктарион посмеивался вслух. Лучшее, на что оказался способен Теон, — это выдавить из себя ухмылку. Посмотрим, кто будет смеяться последним, сука.
Аша выдернула топор и бросила его обратно танцору под свист и громкое «ура».
— На твоем месте я прислушалась бы к тому, что я сказала тебе насчет подбора команды. — Невольник поднес им блюдо, и Аша, подцепив кинжалом соленую рыбину, стала есть прямо с острия. — Если бы ты хоть что-нибудь знал о Сигрине, мне бы не удалось тебя одурачить. Ты десять лет пробыл волком, а теперь строишь из себя принца островов, ничего и никого не зная. С какой же стати люди станут сражаться и умирать за тебя?
— Я их законный принц, — надменно молвил Теон.
— По закону зеленых земель, может, и так. Но здесь у нас свои законы — или ты забыл?
Теон хмуро уставился на расколотую миску перед собой. Сейчас это все потечет ему на колени. Он приказал невольнику вытереть стол. «Полжизни я ждал, что вернусь домой, и что же я встретил здесь? Насмешки и пренебрежение». Это не тот Пайк, который он помнил, — да помнил ли он хоть что-нибудь? Он был совсем мал, когда его увезли отсюда.
Пир был довольно убог — сплошная рыба, черный хлеб да пресная козлятина. Самым вкусным Теону показался луковый пирог. Но вино и эль продолжали наливать в изобилии и после того, как со стола уже убрали.
Лорд Бейлон Грейджой поднялся с Морского Трона.
— Допивайте и приходите в мою горницу, — сказал он тем, кто сидел с ним на помосте. — Обсудим наши планы. — Не сказав больше ни слова, он удалился в сопровождении двух стражников. Его братья вскоре последовали за ним. Теон тоже встал с места.
— Не терпится, братец? — Аша, взяв рог, приказала налить ей еще эля.
— Наш лорд-отец ждет.
— Он ждал тебя много лет — пусть подождет еще немного… впрочем, если ты боишься прогневать его, то беги. Ты еще успеешь догнать дядюшек. Один из них пьян от морской воды, а другой, большой серый буйвол, до того туп — того гляди заблудится.