Битва начинается
Шрифт:
– Только догадки, – ответил Холден. – У меня нет никаких фактов, на основе которых можно сделать определенное заключение.
– Ты знаешь, о чем я говорю, – сказал Дэйв.
– Да! – пискнула Айрин. Холден посмотрел на младшую дочь. Она улыбнулась ему.
– Что ты думаешь, папа? – спросила Мэг.
– Да, папа, – вступила Элизабет.
– Ладно. Нет, я думаю, еще ничего не кончено. Слишком все хорошо организовано для случайного совпадения. Ты читала книгу Милтона Брауна, Лиз?
– Я знала, что ты заговоришь об этом. Да. Дайте-ка мне перечную
– Перечная соль! – воскликнул Дэйв. – Ну и ну!
– Я всегда кладу перечную соль в индейку, ты просто не знал. А теперь слушай, что скажет отец. Говори, Дэвид.
Холден начал снова.
– Хорошо. Насчет книги, которую читали мы с мамой. Милтон Браун считает, что терроризм приходит в Соединенные Штаты в форме коммунистической революции. И в его словах есть определенный смысл. Если бы террористы нанесли удар по США и это оказался бы типичный случай нападения иранских террористов или еще каких-нибудь…
– Придурков, – подсказал Дэйв.
– Спасибо, – улыбнулся Холден. – Я имел в виду шиитов-экстремистов. Если они причинят большой ущерб, наше правительство будет вынуждено нанести ответный удар, правильно? Но, если это будут свои, местные террористы, революционеры, пытающиеся свергнуть правительство, что тогда нам делать? Бомбить Питтсбург? Отправить подразделение «Дельта»…
– Как в фильмах с Чаком Норрисом, – вставила Мэг.
– Правильно. Но вы уловили мою мысль? Как Соединенным Штатам бороться с насилием? Какие будут предложения? Мэг.
– Ну… преследовать коммунистов?
– Каких коммунистов? – улыбнулся Холден. – Где? Как? – И он посмотрел на Дэйва. – А ты как думаешь?
– Направить наших людей внедриться в ряды коммунистов и захватить их.
– Можно и так, – согласился Холден.
– Я! Я! – воскликнула Айрин.
Холден посмотрел на нее и кивнул, пытаясь сохранить на лице серьезное выражение.
– Хорошо, Айрин. Что ты предлагаешь?
– Вышибить им мозги!
– Айрин! – воскликнула Элизабет, в ее голосе слышались одновременно изумление и смех.
Холден подумал, насколько устарело представление о миролюбии женщин.
– Что думаешь ты, Лиз? – спросил Холден жену.
– Вышибить из них мозги? – Она хитро улыбнулась.
– Да, много от тебя помощи. – Он покачал головой. – Нет, послушайте. Единственный возможный для правительства способ действия – ограничить гражданские свободы с целью преследования террористов. И это лишь подстегнет террористическое движение. Правительство будет вынуждено преследовать тех, кто говорит о том, что правительство угнетает их, и именно поэтому они и начинают революцию.
– Ладно, – объявил Дэйв. – Я все понял. Мы окажемся в глубоком дерьме.
– Хорошо сказано, – ответил Холден сыну.
Глава седьмая
После того, как римский флот понес тяжелые потери в сражении с морскими пиратами, Иуда Бен Гур спас римского главнокомандующего Ария, который впоследствии станет его покровителем
– Мы прерываем наши программы для следующего специального сообщения. Прямая трансляция из нашей телестудии в Нью-Йорке…
– А что дальше случилось с Бен Гуром?
– В конце, как всегда, побеждает добро, – ответил Холден. – Лиз! Иди сюда! Быстрее!
– …ночь несчастья, страданий и неуверенности. Еще несколько трансформаторных подстанций взорваны, но отключение электроэнергии меньше всего волнует жертв и членов их семей; по всей стране прошла серия взрывов церквей, синагог и супермаркетов, несколько поездов сошли с рельсов, и, возможно, вне всякой связи с этим, в полицейском управлении Питтсбурга произошел разрушительный пожар, стоивший жизни нескольким офицерам полиции и заключенным. Взрывы бомб начались сразу после наступления темноты, как заявил один информированный источник, «они следовали за солнцем». Как только заходит солнце, они наносят удар. Теракты приобрели больший масштаб, чем мы ожидали.
– Насколько больший? Прямой репортаж Хитер Ричардс из Лос-Анджелеса.
– Черт возьми, – выругалась Элизабет. Холден лишь посмотрел на нее: она не часто употребляла подобные слова.
– …еврейская синагога и стоящая напротив католическая церковь св. Марии стали последними мишенями в целой волне взрывов, прокатившейся от восточного до западного побережья страны. Прямой репортаж из Нью-Йорка Гарриса Уилкса.
– В эфире Гаррис Уилкс. Позади меня находятся развалины того, что еще совсем недавно представляло собой предрождественский супермаркет, полный покупателей: женщин, детей, пожилых людей; все они, по неподтвержденным данным, более восьмидесяти человек, стали жертвами трагического, бессмысленного взрыва бомбы. В настоящий момент неизвестно, сколько еще погибших и смертельно раненных находятся под развалинами…
– Лиз, идем со мной, – Холден вскочил, жена странно посмотрела на него. – Дэйв, Мэг, пусть Айрин побудет с вами, если вместо этих разговоров будут передавать еще новости, зовите нас. Ясно?
– Хорошо, папа, – откликнулась Мэг.
Холден выбежал из гостиной и бросился вверх по лестнице, перепрыгивая сразу через две ступеньки. Лиз крикнула ему снизу:
– Что ты собираешься делать?
– Помоги мне.
Холден вбежал наверх, торопливо пересек коридор и подошел к стенному шкафу между комнатами Дэйва и Мэг. Он открыл дверь шкафа.
– Что ты ищешь, оружие?
– Ты слышала то же самое, что и я, – ответил он, охапками выбрасывая из шкафа зимние пальто, платья, юбки, блузки, которым не хватило места в комнатах Мэг и Лиз. Он нашел свою винтовку «Ремингтон 870» и передал ее жене. – Держи.
– Она заряжена?
– Не должна быть, но я уже говорил тебе…
– Что любое оружие считается заряженным, если наверняка не знаешь обратного, так? У нас будет война?
Он нашел ружье калибра 30-60, с которым ходил на оленя. Теперь патроны.