Битва самцов
Шрифт:
– Думаю, вам стоит спуститься.
Я сощурила один глаз.
– Только не говори, что пришла Ким. Я предупреждала…
– Вас ждёт Тхэ Мин. Вы не говорили, что его тоже нужно прогонять.
Тхэ Мин? Это что-то новенькое!
Я гордо выпрямилась и вышла.
Тхэ Мин стоял между баром и мозаичной стеной. Вернее, он ходил туда-сюда, сунув руки в карманы зелёных брюк. Вид у него был замученный, я бы ещё добавила – возмущённый. Он собирается высказать мне то же, что не так давно наговорила Ким? – возник вопрос.
– Чем
Он промолчал.
Когда я достигла нижних ступеней, то чуть не споткнулась. Тхэ Мин прошёл к мозаичной стене, схватил Ким – кажись, очень больно схватил – за предплечье и толкнул в мою сторону.
– Говори! – велел он.
Девушка выглядела напуганной. Куклу Барби она больше не напоминала. Волосы снова были выкрашены в чёрный цвет и собранны в хвост. А рот не украшала яркая красная помада. Губы были бледными, на глазах – большие темные очки. Она сделала быстрое движение и сняла их. Почему-то синяк меня не удивил. Сомневаюсь, что это мягкотелый Тхэ Мин постарался. Лично я видела почерк своего мужа. Но могла ошибаться.
– Говори же! – повторил Тхэ Мин.
Ким топталась на месте. Жалкое зрелище.
– Элора, я…
– Ким, не медли. Ты знаешь, что тебя ждёт, – произнёс Тхэ Мин, что несколько обескуражило меня. И что же ее ждёт?
– В чём дело?
– Это унизительно, но я должна… Элора, приношу… – Она обернулась. Тхэ Мин ждал. – Приношу свои извинения. Я… У нас с Читтапоном ничего нет и не было. Я всё подстроила.
– И… почему я должна ей верить? – Я обращалась к Тхэ Мину. – Вокруг плетутся заговоры один за другим. Сначала меня и Вона обманом выманивают из дома, потом каким-то чудом я застаю своего мужа в нашей постели с… ней. Теперь я ясно вижу, что её били, а значит, заставили солгать… или всё же сказать правду? Так ответь мне, Тхэ Мин, почему я должна ей сейчас поверить?
– Всё очень сложно, – ответил он, очень твёрдо выговаривая согласные буквы. – Думаешь, это я подбил ей глаз? Нет. Это сделал отец Ким. Он её ударил, когда узнал правду.
– Вот как? – всё ещё не верила я.
Ким опустила голову как провинившаяся девочка, которая без спросу взяла из маминой сумочки деньги. Где же грациозность лани? Где же выдержка, непринужденность и собранность? Что стало с уверенной в себе девушкой? Может, она не так коварна, как хотела казаться?
Тхэ Мин встал рядом с ней.
– Читтапон пару дней назад взял меня и привёз к её отцу Де Хюн Тену. Я был потрясён не меньше него, ведь я мечтал однажды жениться на этой девушке, а теперь… всё, чего я желаю, так это восстановить справедливость и, честно говоря, просто вернуть спокойствие другу. Ким отрицала свою вину, но под напором и грозным взглядом отца она сдалась и призналась. Де Хюн Тен – влиятельный человек в нашей сфере. Он одним щелчком пальцев может лишить Ким перспективы строить будущую карьеру. Теперь, наверное, тебе понятно, почему во лжи нет смысла.
Я
– Де Хюн пригрозил Ким, что отошлёт её в поместье, где кроме слуг никого больше не увидит. И он на это способен, поверь мне. – Тхэ Мин сделал шаг ко мне и посмотрел в глаза. – Я ненавижу тебя всей душой, Элора, но Читтапон – мой лучший друг. А Ким… в общем, делай с этой правдой что твоей душе угодно.
Несколько часов после этой встречи я ходила как в воду опущенная. Обычно, когда кто-то врёт или юлит, он создаёт некий разрыв между тем, что я чувствую, и тем, что он преподносит, как правду. Сейчас я ещё больше прониклась своей собственной теории. В момент, когда я увидела голых Ким и Чита в нашей с ним спальне, я почувствовала неладное, хотя Ким упрямо настаивала: «Это было».Сегодня же слова Тхэ Мина не вызвали сомнений. Да и к чему Ким унижаться просто из-за единственного синяка на глазу? Другое дело – угроза её карьере.
Я провела час, копаясь в интернете. Несколько статей о Де Хюн Тене, которые я смогла перевести с помощью быстрого переводчика, дали представление об этом человеке. И прежде всего, Ким и вправду является его дочерью. Руби – сценический псевдоним. Имя настоящее. Де Хюн часто привлекался к ответственности из-за финансовых махинаций, но каждый раз выходил чистым из воды. По лицу на ярких фотографиях можно было определить, что мужчина никогда не улыбается. Я смотрела на зловещего отца Ким и видела воистину безумный взгляд.
В коридоре послышались шаги, а потом хлопнула дверь в дальнем конце. Чит вернулся домой. На часах было почти девять. Я думала как поступить.
Часам к одиннадцати я спустилась вниз и заглянула в танцевальную комнату.
~~~
Читтапон заметил меня сразу, но не остановился. Он двигался под музыку так, словно сделан из пластилина. А потом неожиданно остановился и протянул руки.
– Хочешь потанцевать со мной?
Я хотела.
– Прости, но я не умею.
– Это просто. Я научу.
Чит потянул меня к себе, затем показал, как правильно стоять. Положил одну мою руку себе на плечо, а другую на грудь.
– Подожди, это не похоже на то, что ты только что вытворял, – заметила я.
– Для того, чтобы вытворять то, что вытворял я, нужны годы тренировок. Но этот танец умеют танцевать все. В сторону… Хорошо. Поворот… Замечательно.
Он бережно держал меня за талию, при этом смотрел только в глаза. В моё остывшее сердце вернулась теплота. Я уловила тонкий запах мускуса и разгорячённого мужского тела. Между тем Читтапон сделал попытку поцеловать, но я уклонилась.