Битва в космосе

Тертлдав Гарри Норман

— Хорошая работа, — одобрительно заметил хозяин владения, когда Брэгг вернулся к нему. — Они по-прежнему наступают, но в рядах их заметно замешательство. Твое шумовое оружие пугает их не меньше, чем их оружие пугает моих самцов.

— Этого недостаточно, — Брэгг покачал головой, и Реатур удивленно колыхнул глазными стеблями. — Теперь надо попытаться убить их человека с шумовое оружие. Тогда мы побеждать — скармеры потеряют отвагу, когда человек упадет.

— У их человека нет шумового оружия, — сказал Реатур. — Оно у скармерского старшего из старших, самца по имени Фральк.

— ДА? —

Вот черт, что же, интересно, задумал Лопатин? Впрочем, что бы он ни задумал, это объясняет хреновую стрельбу. Брэгг пожал плечами. Что ж, скорее всего, это даже облегчит работу. — Тогда я попытаться убить Фралька.

— Мне хотелось бы сказать тебе «нет», — неожиданно проговорил Реатур и, заметив удивление человека, объяснил: — Я хотел САМ убить его. Но ты прав, Эллиот. Убей его, если сможешь.

«Таких солдат, как этот шестиглазый вождь, в Штатах днем с огнем не сыскать со времен Гражданской войны, — подумал Брэгг. — Тогда парни тоже умели относиться к бою, как к своему личному делу. Не без соплей, но интересно».

Он приготовился с стрельбе, мимолетно пожалев, что ему не доводилось служить в полиции; тренировки на поражение внезапно появляющихся мишеней сейчас весьма пригодились бы.

Брэгг вскочил на ноги и, выставив над ледяным бруствером зажатый в обеих руках «магнум», стал посылать пули одну за другой, целя в «калашникова». После третьего или четвертого выстрела он заметил Лопатина, идущего в нескольких шагах от Фралька, а потом, присмотревшись, увидел на шее русского веревку. Стало быть, Лопатин у них в плену? Эх, не повезло Олегу Борисовичу. Впрочем, так ему и надо.

Курок щелкнул вхолостую — опять кончились патроны. Брэгг упал в грязь, чтобы перезарядить обойму. Мгновение спустя очередь из «Калашникова» раздробила верхушку баррикады над его головой.

— Проклятье! — выругался пилот. — А этот Фральк, видать, отчаянный парень.

* * *

Догадка Брэгга оказалась верной: Фральк настолько увлекся боем, что ему уже было наплевать, могут его самого подстрелить или нет. Одна пуля взбила снег и грязь у его ног; две другие просвистели, едва не задев глазные стебли.

— Отходи за пределы досягаемости их пуль, идиот, пока тебя не убили… и меня вместе с тобой! — проорал Олег по-русски.

Фральку потребовалось мгновение, чтобы понять человека, и еще одно, чтобы осознать — в словах Олега есть смысл.

— Назад! — громко приказал Фральк воинам своего подразделения. Несколько самцов, не дожидаясь его приказа, уже устремились прочь. Старший из старших решил, что разберется с ними позже.

— Как далеко может стрелять этот проклятый пистолет? — спросил он Олега, когда они отошли на десяток-другой шагов.

— Сюда пули еще долететь, если человек с пистолетом достаточно хороший стрелок.

Фральк подумал было, что надо бы отступить подальше, но многие его самцы поняли слова русского и могли истолковатъ такое поведение старшего из старших как трусость. Он выпустил несколько пуль в том направлении, хотя и сомневался, что они достигнут цели. Человек по ту сторону ледяной стены, похоже, обладал даром к выживанию. Или был

просто очень опытным бойцом.

— Вот что я сделаю, — сказал Фральк. — Я останусь здесь и воспользуюсь автоматом, чтобы помочь нашим воинам с флангов. Отсюда я смогу контролировать все поле боя, а пистолет не сможет. Это даст нам еще большее преимущество.

— Хорошо, Фральк, очень хорошо, — одобрительно заметил Олег. — Ты начинаешь понимать, как пользоваться огневой мощью. Если твое оружие обладает большей дальнобойностью, чем оружие твоего врага, ты можешь поразить его, а он тебя — нет.

Фральк понимал, что человек говорит правильно, но почувствовал себя неловко: в то время как старший из старших стоял в сторонке, его самцы подходили к укреплениям омало все ближе, швыряя вперед бесчисленные дротики и копья. Несколько воинов омало взобрались на верх ледяной стены, чтобы отразить атаку, и Фральк выпустил по ним короткую очередь из автомата. Один из вражеских самцов рухнул на поле; верхняя часть его тела превратилась в изжеванное кровавое месиво. Двое скармеров начали взбираться на стену.

Старший из старших сместил прицел влево и снова нажал на курок. Он не был уверен, попал ли в кого-нибудь на этот раз, но несколько стоявших там омало быстро спрятались за баррикадой. Почти сразу же в этом месте появились несколько скармеров.

— Если хоть пятеро наших переберутся сейчас через стену, мы сделаем омало! — заявил Фральк.

— Да, — согласился Олег.

Старший из старших напомнил себе, что по окончании боя ему придется подумать над тем, что дальше делать с пленником. Правда, сейчас его занимали совсем другие мысли — разработанная им, Фральком, атака оказалась настолько эффективна, что даже опытный воин-человек, помогающий омало, не мог ее отразить!

* * *

Реатур метнул дротик в перебирающегося через вал скармера, но промахнулся. Впрочем, врага тут же заколол копьем один из самцов омало. Такая же судьба ожидала еще двоих нападавших.

Однако вместо мертвых скармеров на стене уже появились другие — и их было больше, чем убитых.

— Если хотя бы еще пятеро переберутся сейчас через стену, они нас сделают, — сказал Реатур.

— Я знаю, — Эллиот увернулся от брошенного в него дротика. «Все же неплохо иметь такие длинные ноги, как у человека», — мельком подумал Реатур. Откуда-то издалека, докуда не мог достать из шумового оружия Эллиот, оружие Фралька снова начало свою смертоносную болтовню. Один омало вскрикнул… потом другой… затем третий.

— Они хорошо сражаться, — крикнул Эллиот. — Иногда… часто… человеческие воины убегают от шумового оружия, когда впервые видят, впервые слышат его. Твои самцы храбрые, Реатур.

Похвала доставила удовольствие хозяину владения.

— А куда им бежать? — спросил он, подумав. — Если они проиграют здесь, то потеряют все. И они знают об этом. Но я сомневаюсь, что их надолго хватит.

— Ты прав, я думаю. — Эллиот вынул коробочку с голосами и быстро проговорил в нее что-то на языке человеков. Потом положил ее обратно и наклонил голову к Реатуру. — Мы постараться сделать все, что смочь.