Битва во мгле
Шрифт:
– Еще четыре ящика с калибром 5,56 и баста!
– Хорошо, потом накроете все брезентом. – Тьюри повернулся к капитану: – Я где-то должен расписаться?
Грандье сунул ему под нос бланк, на котором сержант тут же поставил свой автограф.
– Черт бы побрал вашего Жереса! – проворчал капитан. – Сообщить мне об изменении плана стрельб только сегодня, в выходной день! Я вынужден был бросить все и тащиться в полк, вместо того чтобы спокойно смотреть футбол!
– Мы в армии, господин капитан, – многозначительно заметил Тьюри. – А что
– Да, веселая была у вас жизнь. Многие штабисты еще долго будут с содроганием вспоминать «Головорезов».
«Вы даже не представляете себе, как долго!» – подумал Мишель.
Грузовик плавно притормозил около казармы второй роты. Из кабины показался Тьюри. Он мягко, словно кошка, спрыгнул на землю.
– Припаркуйте машину на нашей площадке, – приказал сержант сидящему за рулем рядовому Редону, – и можете гулять хоть до утра. Только помните, что в четыре часа мы выступаем.
Редон отдал честь и надавил на газ.
С целью экономии времени Мишель проложил себе путь через зеленую клумбу, благодаря чему моментально очутился возле дверей командирского офиса. Там с видом скучающего бездельника расположился сержант Риккардо Манзони.
– Что, Риккардо, торчишь на стреме? – с криминальным акцентом осведомился Тьюри.
– Не очень-то издевайся, в следующий раз твоя очередь.
– Ладно, не обижайся. Кто внутри?
– Пока только майор со Строговым. Вчера готовы были глотки друг другу перегрызть, а сегодня шушукаются, как молочные братья.
Тьюри пожал плечами:
– Видать, лейтенант изменил свое мнение по поводу грядущей вечеринки. Сейчас посмотрим, что они там задумали.
Когда сержант вошел, Жерес со Строговым что-то горячо обсуждали. Это было заметно по их возбужденным лицам и груде скомканных бумаг на столе. На вопросительный взгляд майора Тьюри доложил:
– Погрузку закончили. Как вы и приказывали, взяли патроны, ракеты к гранатометам и ручные гранаты. Хотя, кажется, гранаты и общее количество боеприпасов вызвали некоторые подозрения у нашего прозорливого оружейника.
– Ничего, до завтра Грандье все равно ничего не выяснит. – Жерес указал на стул: – Садись, сержант.
Тьюри рухнул на жесткое сиденье и осмотрелся. Сегодня офис командира напоминал полевой склад.
«Да, места здесь поубавилось, – отметил про себя разведчик. – Я правильно сделал, что приехал пораньше, сегодня в моем распоряжении целый стул! Когда заявятся остальные… А будут ли остальные? До назначенного времени осталось всего десять минут, а толпы добровольцев что-то не наблюдается. Пока их только четверо: майор, Строгов, Манзони и еще один болван, которому, как видно, надоело жить».
Из задумчивости Мишеля вывел голос Жереса:
– Сержант.
– Слушаю, господин майор. – Тьюри вскочил на ноги.
– Ты хорошо знаешь своих людей? Можешь сказать, что
Тьюри ответил не сразу:
– Ну… это зависит от того, что вы хотите узнать. Я для них не отец родной и не могу знать тайные мысли каждого.
Жерес прищурился:
– Меня интересует, кого в нашей роте больше: наемников или искателей приключений?
– По-моему, для нашей операции подходят и те, и другие. – Мишель смекнул, куда клонит командир. – А если серьезно, то у меня сложилось впечатление, что большинство парней – родные братья Джона Рембо. Состояние в нашей конторе не заработаешь, сами знаете. Времена, когда здесь прятались преступники, тоже миновали, здешний сервис явно не для них. – Тьюри развел руками. – Остаются только бездомные скитальцы да мальчишки, насмотревшиеся фильмов о подвигах героев.
Стук в дверь прервал философствования Мишеля. На пороге показались три с половиной фигуры. Это были Фельтон, Дюваль и Готье. Половиной можно было считать сержанта Фурье, которого старшина поддерживал под мышки. Трое отдали честь, четвертый уронил на грудь голову.
– У нас что, первые потери? – осведомился майор.
– Нет, просто от волнения у Жака подкашиваются ноги, – пошутил Фельтон. – Разрешите, мы его куда-нибудь пристроим?
Когда Фурье с видом сбитого истребителя затих на потертом диванчике, Фельтон как старший по званию взялся за объяснения:
– Насколько я знаю, вчера Жак согласился принять участие в экспедиции.
Майор утвердительно кивнул.
– Так вот, сразу после этого он отправился в портовый кабак, откуда мы и извлекли его только сегодня утром, пьяным вдрызг и без гроша в кармане. Мы решили, что до завтрашнего утра он может и не проспаться, а нам нельзя разбрасываться такими солдатами.
– Все ясно, вы правильно поступили. – Жерес поднял глаза на стенные часы. – Время вышло, думаю, ждать больше некого. Восемь человек из семнадцати – это не худший результат. Хотя я ожидал большего. – Майор встал из-за стола. – Подготовка завершена. Боеприпасы и минимально необходимое снаряжение погружены на грузовики. Чтобы не вызвать подозрений, больше мы не можем взять ни одного ящика. Но это не беда, инопланетяне обязались полностью обеспечивать нашу команду. То, что мы берем с собой, можно назвать неприкосновенным запасом на случай всяких неожиданностей.
Фельтон поднял руку:
– Командир, мы оставляем все тяжелое оружие, а это, на мой взгляд, значительно ослабит нашу боеспособность. Я понимаю, что от зенитных орудий будет мало толку, но минометы и комплексы «Милан» нам бы не помешали.
Ответом майора стал тяжелый вздох:
– Согласно доктрине Галактического Союза, экспедиция носит чисто научный статус. Совет категорически против ударных военных акций в отношении неизвестных существ или явлений. В связи с этим мы берем с собой только легкое вооружение и занимаемся исключительно охраной ученых умов.