Битва во мгле

Шовкуненко Олег

Все закончилось так же неожиданно, как началось. Вслед за предсмертными воплями наступила оглушительная тишина, и только пятна густой ярко-желтой крови свидетельствовали о разыгравшейся трагедии. Дрожащая тень заслонила видеокамеру, послышался уже знакомый шипящий звук, после чего ослепительная вспышка поставила точку в мистерии ужаса.

– Как тебе кино? – Строгов задумчиво глядел в глубь своего стакана. – Я думаю, что этот боевик сделал заиками всех инопланетных бюрократов.

–

Да, зрелище жутковатое, тем более, когда знаешь, что рано или поздно окажешься на месте этих мартышек. – Недолго думая, Грабовский опрокинул в рот янтарную жидкость.

Коньяк был отменный, он легко тек по горлу, согревая тело и душу. Марк повертел в руках бутылку с загадочной надписью «Таврия».

– Всегда получаю удовольствие от твоих запасов. Вы, русские, знаете толк в выпивке.

– Ага, и в закуске. – Строгов махнул рукой. – Давай сюда салями. Бутерброды с ржаным хлебом – это не совсем то, что подают к коньяку на приемах у твоего папаши, но сейчас ты в моей каюте, а значит, почти в России.

– Что ни говори, а полезно заранее узнать о предстоящем походе. – Грабовский развалился на сооружении, напоминающем стоматологическое кресло.

– А еще более полезно ездить на войну на «Ягуаре», – подыграл Николай. – Видел я твой тревожный чемоданчик. Бувиль чуть не надорвался, пока допер его до корабля. У тебя там что, атомная бомба или половина винного погреба дядюшки Поля?

Марк смиренно опустил глаза.

– У всех есть свои слабости. Но ты не волнуйся, с таможней я договорился.

Друзья пропустили еще по одной.

– Ладно, пока мы окончательно не набрались, давай попытаемся понять, что мы видели на экране. Какие мысли, разведка?

– Вопрос «кто» – это первое, что нас должно интересовать. – Марк заглотил здоровенный кусок бутерброда и сразу же потерял возможность говорить.

– Доктор Дэя считает маловероятным скрытное проникновение на корабль чужеродных форм жизни. Биологические датчики всегда начеку. Я не сильно разбираюсь в биологии, но тоже склоняюсь к мысли, что атаковали машины, – высказал предположение Николай.

– Не хочешь мотивировать? – Разведчик со смаком облизал пальцы.

– Пожалуйста. Сначала самые примитивные улики: шипение при передвижении. Очень похоже на работу пневмомеханических систем.

Грабовский скорчил мину, говорящую, что аргументы дохлые.

– Перехожу к более глубокому анализу. Помнишь, как входили они через эту жидкую дверцу?

– Имеешь в виду интервалы появления? Я видел, что ты засекал время при повторах видеозаписи.

– Точно. Две и восемь десятых секунды между каждым последующим визитером. Какие, я тебя спрашиваю, живые существа движутся в таком режиме?

– Н-да, интересное наблюдение… – Марк прикусил губу.

– Следующее: вспомни, каким макаром

они убивали? – Николай с отвращением воскресил в памяти кровавую бойню. – Просто разрывали тела на части. Знаешь, какие бешеные усилия необходимы для этого? Работенка как раз для машин.

– Это еще ничего не значит, мы же не знаем, чем они вооружены… – Грабовский пошарил по карманам в поисках сигарет. – Вдруг существуют какие-то вакуумные заряды, вибрационные излучатели или еще черт знает что.

– Исключено. – Строгов протянул Марку два голографических снимка. – Я попросил Торна скопировать несколько кадров. Когда мы пришли, они уже лежали в почтовом ящике.

Снимки изображали последние мгновения жизни одного из пилотов «Фантерскрипта». Первый кадр – изогнутое дугой тело, гримаса боли и ужаса на лице. Второй – разлетающиеся в разные стороны растерзанные куски живой плоти.

– Смотри внимательно! – Николай ткнул пальцем во второй снимок. – Ничего не замечаешь?

– Черт меня подери! – только и смог выдавить из себя Марк.

Из кровавых останков на дюйм выглядывали три острых, слегка загнутых лезвия, напоминающих средневековый трезубец. Желтая кровь покрыла их и сделала видимыми для чувствительного объектива.

– Вот-вот, когда я просматривал видеозапись, не совсем понял, что это такое, просто что-то царапнуло глаз. – Строгов возбужденно прошелся по каюте. – Зато теперь понятно, чем они молотили наших далеких сородичей.

– Факт, конечно, интересный, но нашу проблему он абсолютно не решает. Этот скальпель с одинаковым успехом могла сжимать как рука живого существа, так и манипулятор робота.

Марк наконец отыскал помятую пачку «CAMEL».

– Э, ты что, сдурел? – Николай перехватил руку друга. – Сейчас сюда сползутся все ящерицы во главе с их гадким командором Хризиком.

– Думаешь, они засекут всего одну сигарету?

– Думаю, что проверять мы это не будем. На вот, держи.

Строгов заглянул в стенной шкаф и извлек оттуда небольшой пластиковый футляр. Открыв его, Николай продемонстрировал роскошную гаванскую сигару.

Марк непонимающе посмотрел на приятеля.

– Представляю чудо инопланетной технологии. – Николай Строгов с наигранным вожделением поднес к носу национальный продукт Острова свободы. – Первая разработка соотечественников Торна специально для курильщиков с планеты Земля. Работает очень просто: поворачиваешь золотое колечко, засовываешь в рот и получаешь максимально возможный кайф. Самое главное – ни копоти, ни пепла.

– А кайф-то в чем? – Грабовский с подозрением повертел в руках инопланетную подделку.

– Транслирует в мозг все приятные ощущения, получаемые от курения, включая клубы едкого дыма, кашель, вкус жженой резины, – короче, все, что ты так любишь.