Битва во мгле
Шрифт:
55-й получил страшный удар в спину и рухнул лицом вниз. Падая, он успел вогнать одну из своих клешней в амортизатор ближайшего противника и потащить его за собой. Поступок был смел, но абсолютно бесполезен. Даже наоборот. Подсечка не удалась. Нападавший сохранил равновесие и, воспользовавшись случаем, блокировал манипулятор агента.
– Один есть! – знакомый голос громом прозвучал на общей волне. – Фогюс, хватай второй.
Последствия этого приказа 55-й испытал в ту же секунду. На его второй манипулятор обрушилась вся масса машины под номером 43.
Эффективными могли
Он начал перевод «Сахая» на четыре точки опоры, одновременно заряжая излучатели. Жерла пушек уже вот-вот готовы были оторваться от поверхности земли, когда в игру вступили новые игроки. Они не стали выкручивать стальные суставы 55-го, нет! Запрыгнув на спину поверженной машины, они принялись крошить ее сверхпрочную броню.
Виртуальным зрением агент видел, как не выдержала крышка распределительного щита. Под ударами плазменных резаков она отлетела в сторону, открывая генеральные порты всех жизненно важных систем.
Это конец! Оценка ситуации была однозначной. Шансов на спасение больше не оставалось. Единственный выход – смерть. В ответ на желание своего пилота центральный слит боевой машины активировал программу самоуничтожения. Двенадцать желтых квадратов появились перед глазами агента. Личный код пилота высвободит из глубин реактора силу, которая превратит в прах его самого, а также ненавистных углеродных выродков, дерзнувших посягнуть на Великое Пророчество.
Цифры и буквы занимали отведенные им желтые поля. С каждым новым знаком в душе агента росла гордость. Он умрет, неся смерть, как и подобает истинному служителю веры! Только две пустые клетки отделяли его от этого великого мига. Агент ввел очередной символ…
О ужас, тот не появился на экране! Вместо этого виртуальное поле заполнила подбоченившаяся фигура рогатого существа в красных цветастых трусах. Хитро подмигнув пилоту, чудище повернулось к нему спиной. Пришелец стянул свои роскошные панталоны и продемонстрировал мохнатую хвостатую задницу.
– Компьютерный вирус «Судьба придурка» приветствует тебя, дружок. Ням-ням!
Это были последние слова, которые услышал агент. Окружающий мир пустился вскачь. Каждое мгновение несло с собой потерю одного из чувств. Пилота парализовало, он оглох, онемел и ослеп. Последней каплей стало отключение сознания, которое погасло, словно задутая свеча.
Глава 8
– Как вам мое творение, господин лейтенант? – осведомился Легардер, победоносно глядя на Строгова. – Прошибает, подобно хорошенькой дозе!
– Когда очухается, спросим. – Николай попробовал ремни, стягивающие тело Франка Кадиса. – Пока что он – единственный ценитель твоего творчества.
– Вижу, что ему понравилось.
– Ему-то, может, и понравилось, а как насчет «Сахая»? Ты уверен, что мы сможем разблокировать его системы?
– Не знаю. – Легардер сразу съежился. – Хотя информатика и увлекала меня всю жизнь, но эта программа была моей первой самостоятельной пробой… и… и… она как-то странно отразилась на центральном слите.
– Жулик ты, Виктор, а не полицейский, – усмехнулся Николай. – Первая программа, и
Легардер с наигранным смущением опустил глаза.
– Ладно, чего стушевался? В крайнем случае, пустим 55-го на запчасти. Тоже нужное дело.
Шелест раздвижной двери заставил землян обернуться. В модуль вошла доктор Дэя в сопровождении Фельтона и Фалека. Камуфлированная униформа, усталые лица, оружие. Николай помнил их совсем другими…
– Добрый день, господа.
Тихий голос женщины был напоминанием о прошлом, в котором еще жили Марк, Такер, Жерес и многие другие. Они не виделись всего несколько дней, но за это время минула целая вечность. Протянутую руку Николай задержал в своей ладони дольше необходимого.
– Мне очень жаль… – только и смог он выдавить из себя. – Марк был и моим другом.
– Я знаю. – Лурийка, ища в себе силы, совсем по-земному закрыла глаза. – Он всегда будет с нами.
Разомкнув ледяные пальцы, она направилась к носилкам Кадиса. Место женщины тут же заняла грузная сутулая фигура.
– Живой, чертяка! – Фельтон сжал Николая в костоломных объятиях. – Когда нам сообщили, что толпа взбесившихся «Сахаев» набросилась на нашего проводника, я сразу догадался, что это ты. Знаешь, Кадис вел себя очень странно: говорил, словно автомат, ходил, как на протезах, да и узнавал далеко не всех. Сейчас, припоминая, можно много чего вспомнить.
– Я предупреждал тебя. В Кадисе таилась тьма. – Оттеснив инженер-лейтенанта, Фалек протянул Строгову свою когтистую лапу.
– Попробуй уследи за каждым, когда вокруг творится такое! На Агаве все странные, у всех психоз, галлюцинации и еще черт знает что. – Пьер опустил голову. – Хотя все же каюсь. Больше никогда не стану пренебрегать подсказками твоих инстинктов.
– Вот и договорились! – Николай по-дружески положил руки на плечи коллег. – Какие новости? Говорят, вы раздобыли живого свидетеля?
– Да уж! Это Тьюри постарался. Харририанин свалился, можно сказать, ему прямо на голову.
– Ты уверен, что это не подстава? – Строгов испытывающе взглянул на Фельтона. – После некоторых событий я перестал доверять подаркам судьбы.
– Все нормально. В объятия Мишеля его вышвырнула аварийная система биологической очистки города, включение которой спровоцировали мы сами.
Николай подозрительно посмотрел на своего старого товарища.
– Да-да, это точно! Чтобы сорвать нашу высадку, противник включил противометеоритную защиту. Для этого пришлось запитать город. Когда энергоснабжение восстановилось, система очистки включилась автоматически. – Пьер поморщился. – Видел бы ты, что там творится!
– Могу себе представить. Насколько я понимаю, последние три года у мусорщиков Ульфа был длительный отпуск.
– Ага! Такой длительный, что город потонул в останках сорока семи миллионов харририан. Их сейчас можно черпать карьерным экскаватором практически вдоль всех стен Ульфа.
– Там-то сержант Тьюри и обнаружил хранителя Дадека четырнадцатого, – Фалек продолжил рассказ за Пьера.
– Четырнадцатого? Он что, четырнадцатый сын своих родителей?
– Нет. На Агаве более ценна должность, чем индивидуум.