Битва За Масть
Шрифт:
– Доктор, - бросил, не оборачиваясь, незнакомый мужик в белом халате и марлевой повязке на лице. Откуда он взялся?
– Я не понял...
– начал возмущенно подниматься со своего места огромный Бек.
"Доктор" быстро прошел к бассейну. Он сделал девицам столь красноречивый жест, что те мгновенно скрылись под водой. В руках его будто из воздуха материализовалась граната. Аккуратно вынув чеку, "доктор" катнул гранату по кафельному полу. А сам выскочил обратно за дверь, из-за которой мгновением
Взрыв не заставил себя ждать. Девиц, к счастью, не задело. Они выскочили из бассейна и с визгом промчались в предбанник. Там в гордом одиночестве стоял богато сервированный стол. А Бек опоздал, безнадежно опоздал на эту трапезу.
* * *
Все когда-нибудь кончается. Даже "Щелкунчик". При последних аккордах Саша включил мобильник, который тотчас же залился соловьиной трелью.
– Браво!
– взорвался зал. Оля и Елизавета Павловна вскочили, аплодируя.
– Браво!
Саша выслушал звонившего и твердо сказал в трубку в унисон с залом:
– Браво!
– и, уже в зал, перекрывая хилые женские голоса, крикнул с чувством, разделяя слово на слоги.
– Бра-во!!!
XXXVII
"Я тебе тридцатый раз говорю! Наркота не сигареты! Все сыплются на сбыте, на мелкой рознице! На хрена мне это надо?! Я два года отлаживал оптовую линию!.." - Голос Саши Белого был хорошо узнаваем.
Володя Каверин в который раз демонстрировал свои оперативные способности. На сей раз - перед капитаном Коноваленко. Уж Лубянка-то должна оценить каверинские таланты! В этом он не сомневался.
Они сидели в каком-то гараже в служебном "вольво" Коноваленко.
– Это еще цветочки, - гордо добавил Каверин.
– У меня еще столько материалов на этого фрукта!
– Вопрос: откуда?
– с едва заметной ухмылкой поинтересовался Коноваленко.
– Нас давно свела судьба, - многозначительно отозвался Каверин. И добавил с понятной грустью: - Дошло до того, что меня из управления уволили...
– То есть вы решили помочь органам по личным мотивам?
– не без язвы в голосе поинтересовался лубянский капитан.
– Из чувства гражданской ответственности, - вроде бы как на полном серьезе ответил Каверин, доставая свое "Мальборо". Все ту же, никак не кончающуюся пачку.
– Курите.
– Спасибо, - громче, чем требовалось, ответил Коиоваленко...
* * *
Крестились все вместе, в один день, в церкви Воскресения, что в Сокольниках.
Держа на руках сына, Саша со счастливой улыбкой вышел из церкви. Рядом с ним, держа его под руку, спускалась по ступеням паперти Оля.
– Ты у нас полноценный теперь человек, - глядя в глаза сына, сказал Саша.
Впрочем, слова эти он говорил пока больше для себя и для Оли, которая так хотела, чтобы все это произошло. Сыну он потом,
– С крещением, Ванечка!
– Сашина мама и Катя протиснулись, наконец, к ним поближе.
Увидев Макса, настраивающего фотоаппарат, Саша крикнул ему:
– Макс, теперь всех нас сними!
– Ну, что?
– Пчела с некоторой иронией поглядывал на окрещенного Космоса.
– Ну, что, поздравляю...
– Космос, хотя и улыбался, но все произошедшее с ними только что воспринимал вполне серьезно. А еще сын профессора астрофизики!
– Поздравляю, - обнимая Коса, повторил вслед за ним и Пчела.
Они еще потоптались друг против друга. Пчела, наконец, решился:
– Слушай, ты меня прости, что я у тебя Таньку тогда увел?..
– Это ты меня прости, - ответил Космос, - что я тебе тогда нос сломал.
– Кажется, они были квиты и зла друг на друга больше и вправду не держали.
– Макс, давай!
– кричали уже все, выстроившись полукругом на фоне храма.
– Покучнее встаньте!
– руководил ими Макс.
– Ванечку, Ванечку разверните!
– причитала Олина бабушка.
– Есть!
– доложил, щелкнув кнопкой, Макс.
– С наступающим всех!
– радостно крикнула Оля.
– Помните, в пятницу у нас!
Космос, развернувшись лицом к церковным дверям, истово, широко осенил себя крестным знамением. Слева направо, соответственно.
– Справа налево надо, чукча, - охладил его религиозный пыл Фил.
– Это тебе кто сказал?
– недоверчиво расширил глаза Космос, но совету все ж внял, еще раз перекрестившись. На сей раз - правильно. Но не менее истово.
– Ну, как ощущение, Кос?
– дождавшись, когда тот обернется, поинтересовался Саша.
– Сань, благодать! Ну, как заново родился!
– И было видно, что Космос сейчас не паясничает ни на йоту.
– Поздравляю, братишка, - обнял Белого Фил.
– Спасибо, крестный.
– Саша и вправду был растроган.
Теперь все они - полноценные люди.
– Ну что, теперь папа вроде я?
– нашел время и место подначить Фил.
– Нет, ты - крестный, - на полном серьезе ответил Саша.
– А я все равно остался папой.
Отстав от остальных, Саша вынул свой простой новенький крест, поцеловал его и троекратно перекрестился.
Бог ты мой! По ступенькам в храм поднимался не кто иной, как господин-товарищ Введенский с симпатичной женой в дорогой шубе и сыном лет девяти.
– С наступающим!
– бросил на него испытующий взгляд Саша.
– Вас также, - ответил тот, пряча усмешку. Пчела издалека, но внимательно наблюдал за этой сценой на церковных ступенях.
– Сань, кто это?
– недоверчиво спросил он.