Битва за Танол

Чужин Игорь Анатольевич

Я уже собирался идти в сторону скал в одиночку, но в это время из замка подошел Лаэр с десятком полукровок.

Я быстро объяснил ему диспозицию, и он расставил своих лучников на удобные для стрельбы позиции. Помощь «приносящего смерть» оказалась как нельзя кстати, и мы, захватив бечевку и канат, направились к скале.

Языком молотить просто, но, когда мы с Лаэром добрались до скалы, я невольно присвистнул. Скала оказалась высотой с девятиэтажку, и залезть на нее было очень непросто. Единственным путем наверх оказалась узкая трещина, раскалывающая скалу надвое до самой вершины. Язык, в конце концов, меня погубит, но отступать было некуда.

Через двадцать минут я, мокрый

как мышь, лежал на вершине скалы и ругал свою дурость последними словами. Сбросив вниз конец бечевки, я затащил на вершину канат и лук с двумя полными стрел колчанами. Следом за мной залез Лаэр, которого я обматерил за идиотскую самодеятельность, потому что места на вершине и так было в обрез, а тут еще и он приперся. В отместку я снял с него куртку, пристроил ее себе под левое колено, чтобы было удобнее стрелять из лука, и приказал подавать стрелы.

Усадьба Фархада была видна лучше некуда и простреливалась почти полностью. Мы отлично видели воинов, стоящих на стенах, и расчет метателя на площадке над воротами. Дистанция для меня была самая убойная: не слишком далеко до цели, и одновременно расстояние позволяло с помощью магии корректировать полет стрелы. Лаэр с сомнением следил за моими приготовлениями, однако благоразумно помалкивал. Я хотел взять свой лук, но гвельф неожиданно предложил мне воспользоваться его оружием. Подобная щедрость меня очень удивила. Лук из древесины Нордрассила являлся семейной реликвией и передавался от отца к сыну. Подобных луков на Геоне были единицы, и ни один гвельф даже прикоснуться к нему не позволит. Поблагодарив Лаэра за оказанную честь, я взял гвельфийскую святыню в руки.

Да, гвельфийский лук — это нечто! Рукоятка лука легла в руку как влитая, и у меня сразу появилось ощущение, что лук стал частью моего тела. Нагрузка на тетиве нарастала плавно, по какому-то неизвестному закону, что позволяло не напрягать чрезмерно руку, прицеливаясь перед выстрелом. Тетива была сделана из мифрилового тросика и считалась практически вечной. Лук имел фигурный выступ на рукоятке, выполняющий функцию прицела, с помощью которого легко держать цель на линии выстрела. Из такого лука даже косой на оба глаза в комара попадет!

Придавив проснувшуюся в душе зависть, я перешел к делу. Главной моей целью являлся расчет метателя, и первые стрелы достались ему. Воины Фархада даже не поняли, откуда прилетела смерть, забравшая их души в потусторонний мир. Я давно не стрелял из лука, но, как говорится, нучившись плавать, не разучишься. Когда десятый труп свалился со стены, в усадьбе началась паника, воины заметались в поисках спасения, но стрелы доставали их повсюду. Через минуту на стене остался только один защитник, у которого от страха съехала крыша, и он, как заяц, просто бегал по стене взад-вперед. Другие защитники усадьбы время от времени пытались затащить его в дверь башни, но он вырывался и бежал дальше.

Ингар Великолепный решил повыпендриваться и взял у Лаэра сразу две стрелы. Я хотел поразить одним выстрелом сразу две цели, когда ассасина снова потащат в башню, но облажался. Выстрел оказался так себе: одна стрела попала ассасину в голову, а вторая ниже пояса, но Лаэр решил, что так было задумано, и заорал от восторга. Воины на стене усадьбы закончились, и я послал в цель сигнальную стрелу, но, видимо, переборщил на радостях, потому что с чердака на улицу вывалился убитый пират. Однако через несколько секунд из-за укрытий выскочил штурмовой отряд и с воплями побежал к усадьбе. Я дождался, когда атакующие залезут на стену и откроют ворота, а затем мы с Лаэром спустились со скалы. Нам необходимо было захватить метатель, пока Кид не наложил на него свою волосатую лапу.

Хитромудрый

капитан тоже не дремал, и у метателя уже стояли три здоровенных пирата и наотрез отказывались отдавать трофей. Как ни странно, но есть известный закон природы, который гласит, что чем сильнее человек физически, тем слабее он на голову. Так было и в этом случае: стоило только слегка прижать мордоворотов магией, и они сразу разбежались в разные стороны. Я осмотрел метатель, который оказался точной копией стандартной модели, и выяснил, что в магазине остались всего два заряженных камня, а остальные восемь были пусты. По приказу Ингура меня плотным кольцом обступили наши воины, стоявшие поодаль, чтобы не обострять ситуацию до поры. Я снял метатель с треноги и взвалил законный трофей на плече.

Бой в здании усадьбы подходил к концу, и пираты приступили к мародерству. Тело убитого Фархада выкинули во двор из окна второго этажа, и я пошел посмотреть на своего врага. Если судить по обломку сабли, зажатой в руке покойника, бывший визирь принял свою смерть достойно, с оружием в руках.

Жизнь — странная штука, и зигзаги судьбы бывают очень замысловаты. Я сомневаюсь, что Фархад подозревал о том, что его самого, его карьеру и сына погубит обычное женское кокетство. Викана, из простого желания испытать на практике силу своей красоты, устроила стрельбу глазами на балу у императора, чем поставила весь Геон на уши. Если подходить к этому вопросу серьезно, то за игривый взгляд моей жены уже погибла туча невинного народа и сколько еще погибнет, неизвестно!

«Да, Игорь Столяров, угораздило тебя выбрать себе в жены Елену Прекрасную. Почему-то мне кажется, еще не одна Троя сгорит дотла за ее улыбку!» — подумал я, глядя на мертвого Фархада.

Мои высокопарные раздумья прервал заявившийся в усадьбу капитан Кид, который сразу начал наезжать на меня по поводу трофейного метателя. Я был не в том настроении, чтобы ввязываться в перепалку с пиратом, и поэтому просто спросил:

— Кид, как я вижу, штаны у тебя уже высохли, решил во второй раз обгадиться?

Этот вопрос мгновенно поставил капитана на место, и он ретировался в здание усадьбы разбираться с другими трофеями, доставшимися пиратам.

Постоянные заморочки с Кидом меня стали очень напрягать, пират в любую минуту мог выйти из-под контроля и ударить нам в спину. Эту проблему требовалось срочно решать, но я не знал, каким образом. Убивать Кида мне не хотелось, потому что замены ему все равно не было. На уровне подсознания у меня всплыли воспоминания о магическом зомбировании, которым занимался в Шателье покойный Алой Темный. Снимать такое зомбирование я научился, но вонищи было много. Может быть, Викана подскажет, как проделать процедуру зомбирования с капитаном, и Кид станет самым верным другом нашей семьи? Чтобы не откладывать этот вопрос в долгий ящик, я вызвал Кида во двор и приказал ему явиться вечером в гвельфийский замок на дружеский ужин и совещание. Кид нехотя согласился, да и куда на хрен он мог деться с нашей подводной лодки?

Ингур доложил мне о потерях, и я приказал возвращаться в лагерь. Раненых у нас оказалось всего трое, и только один серьезно. Мне удалось вытащить наконечник стрелы у воина из раны и остановить кровотечение, а более тонкая работа требовала рук Виканы и магии Тузика.

По дороге в замок я мысленно подвел итоги сражения. Фархад, покушавшийся на меня, убит, а его ассасины уничтожены, и теперь с этой стороны нам больше ничего не угрожало. Власть в городе фактически перешла под мой контроль, а капитан Кид являлся только ширмой. Если удастся зомбировать капитана, то можно будет уводить людей к Нордрассилу, не опасаясь за судьбу остающихся в Кайтоне.