Битва
Шрифт:
Володя уселся на стул и подробно рассказал, почему у него возникло такое подозрение, почему он решил, что Магомед не мог появиться на набережной Мойки случайно. Вот у дома на Обводном канале – вполне.
Подполковник задумчиво побарабанил пальцами по столу:
– Да, пожалуй, в этом что-то есть. Соображения имеются?
– С помощью Оперативно-технического управления отследить, кто у здания управления звонил в тот день в Усть-Лугу.
– Звонок мог быть сделан и не из здания. Было задействовано много людей, могли позвонить
– Из микроавтобуса, в котором я ехал, а потом из «легковушки» при мне никто не звонил.
– Человеку достаточно выйти на минутку, сделать звонок и вернуться. Причём звонок может быть сделан и с другого, запасного телефона.
– Вполне. Но это не мои проблемы, я только высказал свои подозрения.
– В связи с открывшимися обстоятельствами – о Махмуде-Сергее – надо выезжать в Усть-Лугу. Туда звонил Магомед, и не раз. И вы видели какой-то порт.
– Мне возвращаться к Магомеду?
– Да, пожалуйста. Если что-то ещё срочное будет – немедленно ко мне.
Володя вернулся в комнату для допросов. Он и не подозревал, какая поднялась суматоха после его сообщения.
Генерал, услышав доклад Толкачёва, спросил:
– Можно ли доверять этому вашему доктору?
– До сих пор он не ошибался.
– Я распоряжусь поднять группу антитеррора. Там силовики, захваты – их профиль. Они выедут автобусами. Но оперативное командование осуществлять поручаю вам. Главное – найти контейнер, этим мы выбьем оружие из рук террористов. Если удастся взять кого-нибудь из группы Махмуда, будет совсем хорошо. Выполняйте!
– Есть!
Подполковник стал собирать свою группу. Оперативники в теме, их дело – указать цель, а уж силовики скрутят и повяжут кого следует.
Толкачёв отобрал шестерых, подумал: не мало ли? Территория порта огромна, малыми силами осмотреть его будет нереально. Но и большую группу брать – значит насторожить сообщников Махмуда.
Из текста, принесённого Володей, следовало, что кто-то из террористов служит в охране порта. Стоит проследовать через ворота, и главарю позвонят, известят. И потом подполковник засомневался: брать ли с собой доктора? В силовом захвате он участвовать не будет, на это профессионалы есть. Но вот раскрутить задержанных на месте он вполне сможет и хоть какую-то подсказку, возможно, очень важную, дать.
Когда отобранные им офицеры собрались в кабинете, подполковник приказал:
– Все телефоны – мне на стол! И не забудьте отключить.
Необычным приказам здесь давно уже перестали удивляться: специфика работы такая. Сотрудники знали, что телефон можно отследить в отключённом состоянии, даже прослушать без ведома владельца. Реально обезопасить себя можно, только вытащив аккумулятор. Сомнительно, что террористы обладают столь совершенной и сложной аппаратурой, но чем чёрт не шутит?
– Боевую задачу поставлю на месте, – объявил подполковник, – вам же с этой минуты держаться
– Так точно.
– Капитан Гнибеда, зайдите за доктором. Его вы берёте с собой, и пусть ноутбук возьмёт.
Они вышли во внутренний двор, сели в микроавтобус. Все восемь мест заполнились.
– Едем! – приказал подполковник.
– Куда?
– Красное Село.
Подполковник осознанно не назвал конечный пункт – Усть-Лугу, и в дальнейшем Толкачёв указывал только следующие населённые пункты.
Косырев гнал быстро, и через полчаса они обогнали два автобуса с тонированными стёклами.
– Товарищ подполковник, автобусы-то нашего управления. За ними держаться?
– Нет, у нас своя задача.
Глава 8. Захват
Ехать пришлось долго, около трёх часов. Оперативники молчали, не было слышно обычных шуток, подначек, разговоров о рыбалке. Задание, на которое они отправлялись, было боевым, без всяких скидок. Террористы могли ответить огнём, взорвать химический снаряд, и сотрудники были настроены серьёзно.
Любая дорога рано или поздно кончается, и микроавтобус подкатил к пропускному пункту. Из домика охраны неторопливо вышел мужчина в форме ЧОПа.
– Пропуск! – Охранник лениво жевал жвачку.
Подполковник распорядился:
– Савин, Оглоблин, покажите ему пропуск. Кистень, подстрахуй.
Оперативники выбрались из машины. Все они были в штатском и вид имели обычный. Володя ещё удивился: Кистень – это фамилия такая или прозвище?
Савин полез в карман – якобы за пропуском, и в этот момент Оглоблин неожиданно ударил охранника ногой по голени, свалил его на землю и заломил руку.
Охранник ошалел от такой наглости:
– Парни, да вы чего? Сейчас сюда из караулки прибегут, вам мало не покажется!
Возможно, охранник принял оперативников за бандитов – так не лихие девяностые на дворе.
– ФСБ! – охраннику сунули под нос удостоверение, из кобуры на его поясе вытащили служебный «ИЖ», на большие пальцы рук надели маленькие пластиковые браслеты.
Савин и Кистень спокойно зашли в небольшой домик пропускного пункта и вскоре вышли оттуда.
– Второго повязали, – доложили они подполковнику.
– Этого – в домик, – распорядился он, – Савин, остаешься здесь.
– Слушаюсь.
– Кистень, Оглоблин, – в машину.
Когда Косырев тронул с места микроавтобус, Толкачёв поинтересовался:
– Где у них таможня, кто-нибудь знает?
– Прямо и направо, – ответил Володя. – Там контейнерная площадка будет, а таможня – двухэтажное здание.
– Бывал здесь?
– Из чужих воспоминаний.
Оперативники переглянулись: неизвестно, что там может этот доктор. Глядишь, и в их головах покопался тоже. Какие уж тут служебные, семейные и прочие личные секреты?