Блеф
Шрифт:
– Знаю, что обещала перестать чувствовать себя виноватой. Мне будет его не хватать.
Обе женщины повернулись и увидели, как в палату вошла Корделия.
– Хорошие новости, ребята. Доктор Тахи говорит, что, возможно, Джеку станет немного лучше. Он не уверен, но считает, что все то время, что Джек проводит в теле аллигатора, вирус гибнет.
Корделия прошла через палату, подошла к койке Джека и наклонилась. Поцеловала его в губы.
– Вот так вот, Дядя. Теперь тебе от меня не отмахнуться.
Си-Си
Рыжеволосая певица взяла Вонищенку за руку.
– Я ж тьбе грила.
– Что?
– Збудь. Все теперь так говорят, глотая слоги, хуже каджунов. Когда ввсе узжаете?
Корделия стояла у изголовья Джека, глядя так, будто могла заглянуть ему внутрь.
– Самолет завтра. Маршрут я оставила у тебя в кабинете утром. Так что, если что-то изменится, всегда сможешь быстро с нами связаться.
Си-Си поглядела на подругу.
– Сьюзан захочет знать все сразу же.
– У них там в Гватемале телефоны есть?
– Да, Корделия, – со вздохом ответила Си-Си.
– Привезете мне индейца? – спросила Корделия, держа Джека за руку и обезоруживающе улыбаясь Вонищенке и Си-Си.
– Мы едем помогать им, а не подыскивать им американских жен.
– Кто-то что-то говорил про свадьбу?
Изменчивая в своих настроениях, как ртуть, Корделия внезапно посерьезнела.
– Вонищенка, я позабочусь о нем. Обещаю. Я знаю, что ты обо мне думаешь, частенько, но…
– Тебе просто надо вырасти. Не обещай ни себе, ни кому-то еще того, что не сможешь выполнить. Миру больше не нужны святые.
Корделия покраснела. Вонищенка поглядела прямо в глаза младшей.
– Кроме того, не думаешь же ты, что я оставлю Джека без охраны?
Вонищенка распахнула плащ, и наружу выпрыгнул черный. Отряхнулся, сел и начал вылизывать взъерошенный мех. Корделия присела и попыталась почесать его меж ушей. Кот попятился, а потом запрыгнул на койку Джека и положил голову на подушку.
– Телефоны, не телефоны, если я понадоблюсь, скажи черному. Расстояние большое, но мне не кажется, что оно нас остановит теперь. Хотя у меня есть нехорошее предчувствие.
Вонищенка опустила взгляд в пол.
– Доктор Тахион позаботится о Дяде Джеке, я и черный тоже поможем, если потребуется. Он хотел, чтобы ты поехала.
Корделия снова поглядела на дядю, бледного и безмолвного, с трубками, присоединенными к телу, которые поддерживали в нем жизнь.
– Знаю. Он сказал, что для меня так будет лучше.
Вонищенка поглядела на Си-Си, стоящую рядом.
– Не привыкла я ко всему этому, когда люди знают, что для меня лучше. Но я всегда хотела поговорить с черным ягуаром, а у рок-звезды должен быть телохранитель.
– Рок-звезды, –
Протянув руки, Корделия обняла Си-Си.
– Они могут натворить и что похуже.
Вонищенка оценивающе поглядела на Корделию и протянула руку. Корделия задумалась, а потом крепко пожала ей руку обеими своими.
– Ты знаешь, как о себе позаботиться. Не отрицай того, что является частью тебя, – сказала Вонищенка, поднимая голову и глядя на Джека. – Оба мы это делали так или иначе. Он бы тебе то же самое сказал. Не делай себя калекой. Это не стоит затраченных усилий.
– Думаю, я это уже поняла, как-то вечером, совсем недавно.
Корделия отпустила руку Вонищенки, задумавшись. Вонищенка снова подошла к Джеку и поглядела на его умиротворенное лицо. Коснулась ладонью его щеки. Спутанные волосы свисали ей на лицо, и никто не услышал ее слов. Она лишь надеялась, что их услышал Джек, где бы он сейчас ни был.
– Я люблю тебя, – тихо сказала она.
Они уже выходили из палаты, когда столкнулись с мужчиной, идущим навстречу. Вонищенке потребовалось мгновение, чтобы узнать его.
– Майкл.
Он сжимал в руках огромную корзину с фруктами, почти полностью закрывавшую его лицо, и они увидели лишь его испуганный взгляд. Никто ничего не сказал.
– Он и мне друг тоже, – сказал Майкл, опустив корзину на несколько сантиметров. – Могу я его увидеть?
Вонищенка и Корделия переглянулись, мысленно осуждая человека, который бросил Джека несколько месяцев назад. И Корделия согласно кивнула.
– Все мы его любим.
Раскачиваясь вперед-назад, Розмари Гамбионе ломала руки, сидя на кровати и ожидая, когда юрист «Призрачного кулака» придет к ней, чтобы официально оформить сделку. Все кончено. Мафия проиграла.
Лица погибших донов, капо и даже простых бойцов стояли у нее перед глазами, даже среди дня. Ее жизнь стала кошмаром наяву.
Она обливалась потом. Маленькая комната была наполнена влажной духотой августовского Нью-Йорка. На кровати лежал упакованный чемодан с вещами. Уехать, куда угодно, лишь бы подальше от этого города.
Услышав стук в дверь, она провела ладонями по джинсам и схватила «вальтер». За последние пару месяцев ей слишком часто приходилось им пользоваться. Тяжесть в руке придала ей уверенности.
– Кто там? – спросила она, откидывая стволом пистолета прядь влажных от пота волос с лица.
– «Рыба-меч». Или вы бы предпочли другой пароль?