Блеф
Шрифт:
Также за последние двенадцать месяцев было продано несколько картин, которые оказались примерно на тысячу долларов дешевле, чем я ожидала, учитывая типичную цену картины любого размера. Хакс, вероятно, устроил распродажу или что-то в этом роде. Может быть, это были менее популярные работы, которые он продавал со скидкой?
Около трех у меня заурчало в животе, напомнив, что я не ела уже несколько часов. Выйдя из офиса, я обнаружила Кэти в выставочном зале, она протирала светильники, которые висели на стенах и
— Я собираюсь перекусить. Хочешь чего-нибудь? — спросила я.
— Я поела в полдень. — Как все нормальные люди. Невысказанные слова прозвучали громко и отчетливо. Кэти даже не удостоила меня взглядом, когда я вышла в парадную дверь.
Как только я вышла на улицу, чистый апрельский воздух наполнил мои легкие и поднял настроение. В кабинете Хакса было темно, стены были темно-бирюзового цвета, а мебель — темно-коричневой. Диван был обтянут верблюжьей кожей. Его письменный стол был из дерева цвета темного шоколада. Выйти на солнечный свет было все равно что выйти из пещеры.
Мимо прошла пара, направлявшаяся в противоположном направлении, и у каждой в руках были бумажные стаканчики из кофейни. Я поприветствовала их улыбкой, а затем направилась к «Уайт Оук».
Когда я вошла внутрь, дверной звонок, как и Марси, приветствовал меня как старого друга. После короткой беседы, чтобы наверстать упущенное, она кивнула на мое обычное место.
И еще одно знакомое лицо.
— Ты судья. — Я устроилась на сиденье рядом с Нельсоном и убрала свою сумочку. — Это, должно быть, интересная работа.
Нельсон усмехнулся, и его густая борода растянулась в улыбке.
— Некоторые дела интереснее других.
— Что еще мне следует знать?
— Я заказал фирменное блюдо на обед. С картофелем фри с чили и сыром.
— Нельсон, — пожурила я его.
— Это твоя вина. Тебя давно здесь не было, и я боюсь, что старые привычки вернулись.
— Да, это моя вина. — Я рассмеялась, а когда подошла Марси, заказала фирменное блюдо. С салатом.
— Как дела с Саванной? — спросил Нельсон, пока мы ждали, когда нам подадут еду.
— Она — девочка подросток.
Он усмехнулся.
— Однажды у меня была такая же. За те годы мои волосы поседели.
— У тебя есть дочь? — Серьезно, мне действительно следовало задавать этому человеку больше вопросов во время наших обедов.
— И сын. — Он кивнул. — Они оба выросли и уехали. Дочь живет в Финиксе. А сын в Атланте.
— Ты женат? — Он не носил кольца, но это не обязательно что-то значило.
— Разведен. — Заявление Нельсона было лишено эмоций и говорило само за себя.
Вскоре и у меня будет такое же семейное положение. Вот только я не могла думать о слове «развод» и не чувствовать горечи. Надеюсь, с годами это пройдет.
Болтовня прекратилась, когда Марси принесла нам обеды.
— Увидимся на следующей неделе? — спросила я, вставая со стула.
Нельсон кивнул.
— Ты единственный человек в Каламити, который обедает в три часа.
— Мне нравится избегать толпы.
Он ухмыльнулся.
— Мне тоже.
Я повернулась, чтобы уйти, но любопытство было слишком велико.
— Ты знаешь. Обо мне и Хаксе. — О нашем фиктивном браке. — Почему ты ничего не сказал в тот день?
— Я подумал, что, если ты читала мне, незнакомцу, лекцию о здоровом питании, ты можешь стать той матерью, которая нужна этой девушке.
— Спасибо. — Мое сердце наполнилось радостью. Нельсон напомнил мне о моей цели здесь. Он укрепил мою решимость сделать это ради Саванны.
— Не заставляй меня сожалеть об этом, — сказал он.
— Не буду. — Я помахала на прощание и вышла за дверь, возвращаясь в кабинет Хакса. После еще двух часов поиска несовпадающих цифр у меня начали слипаться глаза, и я решила на этом закончить.
— Хорошего вечера, Кэти.
Она проигнорировала меня, когда я вышла через заднюю дверь.
— Ну и сучка, — пробормотала я себе под нос, забираясь в грузовик Хакса.
Понимая, что вот-вот сменю одно холодное отношение на другое, я хмурилась всю дорогу домой. Хмурилась, как Риз Хаксли. Затем, заехав на подъездную дорожку, я напустила на себя жизнерадостный вид, который был на мне всю неделю — весь месяц — и вошла внутрь.
— Хакс? — позвала я, проходя по дому. Никто не ответил. — Саванна?
Она тоже не ответила, хотя это не означало, что она меня не слышала.
Я бросила свою сумочку на кухонный столик и пошла в студию Хакса, обнаружив его сидящим на табурете с кистью в одной руке и зелеными разводами на другой.
— Привет.
— Привет. — Он повернулся на стуле. — Как провела время в галерее?
— Хорошо. — Я вздохнула, подходя к нему. — У меня есть к тебе список вопросов по поводу некоторых расхождений в ценах. И прежде чем ты посоветуешь мне спросить Кэти, знай, что я все равно спрошу тебя.
— Хорошо. — Уголок его рта приподнялся. Легкая улыбка, которую я получала все чаще и чаще. Это было мило, как и все в Хаксе. Слишком обаятельный. Но, по крайней мере, это была не его ослепительная улыбка. Если бы он сверкал ею каждый день, то я бы действительно облажалась.
Мне не следовало говорить ему, чтобы он не хмурился.
— Тебе также следует знать, что, если я когда-нибудь найду квитанцию, скомканную в комок и брошенную на твой стол, я откажусь от секса на неделю.
Он усмехнулся, поерзал на стуле и полез в карман. В его руке появилась квитанция, как обычно, скомканная.