Блейз Уиндхем
Шрифт:
— Только будьте терпеливы с ней, милорд. Она молода, но крепка телом и рассудком. Тем не менее она достойна таких хлопот, уверяю вас.
Эдмунд Уиндхем кивнул.
— Мое излюбленное занятие — разведение роз, мадам.
Розы — капризные растения. Чтобы увидеть на их стеблях идеальные бутоны, приходится прилагать немало трудов. Вы подарили мне восхитительную розу, и клянусь вам, я буду дорожить ею всю жизнь и терпеливо ухаживать за ней. — Поцеловав на прощание руку хозяйке поместья, он покинул библиотеку в сопровождении Роберта Моргана.
Леди Розмари смотрела, как
Леди Морган торопливо поднялась по лестнице в детскую, где нашла старую аду, няньку, вместе с тремя младшими детьми.
— Где мистрис Блейз? — спросила леди Морган.
Ада проницательно взглянула на госпожу и задумалась.
— Ларк и Линнет — на кухне, с кухаркой, или, может, на пастбище с жеребятами, что недавно родились…
Леди Морган терпеливо вздохнула. Старой Аде было известно решительно все, что творилось в Эшби, однако с возрастом она припоминала эти сведения все дольше.
Старуха монотонно продолжала:
— Дилайт убежала вместе с Блисс и Блайт, а с ними и мистрис Блейз.
— Да где же они. Ада?
— Должно быть, носятся босиком по лесам и полям, — последовал недовольный ответ. — Негоже так вести себя девушкам, ежели им давно пора замуж. Но кто возьмет их в жены, бедняжек? Кто женится на наших красавицах? — запричитала она, и слезы вдруг залили ее морщинистое лицо.
Леди Морган покинула детскую и спустилась по главной лестнице дома. Какая удивительная, невероятная новость! Надо поскорее рассказать Блейз о том, как ей повезло.
Да где же эта непоседа? Ну конечно, бегает босиком, как деревенская девчонка! Надо быть с ней построже, упрекнула себя Розмари, но тут же рассмеялась. Разве не она сама растила — и продолжала растить — своих детей так, чтобы они научились ценить свободу? В доме не придерживались этикета. Родители не надеялись, что их дети когда-нибудь окажутся в светском обществе. Но теперь все переменилось. Конечно, девочек учили изящным манерам, а их умение вести хозяйство было безупречным. Но отныне им понадобится знать гораздо больше, чем прежде. В особенности Блейз — ведь не пройдет и двух месяцев, как она станет женой богатого и влиятельного дворянина.
Леди Морган вышла на крыльцо. Ее муж, сердечнее простившись с лордом Уиндхемом, скрылся в конюшнях. Эрл и его свита быстро удалялись по аллее. Леди Морган с беспокойством огляделась, пытаясь заметить у дома хоть какие-нибудь следы пребывания своих своенравных дочерей.
К ее раздражению, поиски оказались безуспешными.
— А, чтоб вам!.. — еле слышно пробормотала она и тут же опомнилась, ибо прежде никогда не прибегала к подобным выражениям. Однако знать такие восхитительные новости и не иметь возможности поделиться ими оказалось невыносимым. Леди Морган раздраженно прикусила губу.
Черт бы побрал Блейз!
ЧАСТЬ I. Эшби-Холл, лето 1521 года
Глава 1
Четыре девочки, спрятавшись в густом кустарнике в дальнем конце аллеи, ведущей к Эшби-Холлу, во все глаза таращились на элегантного гостя, но не слышали ни единого слова из его разговора с отцом.
— Как, по-вашему, кто он такой? — спросила Блисс Морган, отводя с лица прядь белокурых волос.
— Писаный красавец, и даже старость его не портит, — заметила ее сестра-близнец. Волосы Блайт, похожие по цвету на лепестки нарцисса, всегда пребывали в идеальном порядке.
— А вдруг он приехал просить руки одной из нас, — с надеждой произнесла Дилайт Морган, и ее ярко-синие глаза, похожие на отцовские, возбужденно заблестели.
— Ну как можно быть такой глупой, Ди! — рассердилась на младшую сестренку Блисс, заставив ее потупиться. — Ты только взгляни на него! На нем одежда из самых лучших тканей, этой золотой цепи у него на шее хватило бы на приданое всем нам. А нам не достанется и ломаного гроша. Без приданого нечего и надеяться на удачное замужество. Можно считать, нам повезет, если нас возьмут в жены какие-нибудь крестьяне.
— Это уж точно, — скорбно подтвердила ее сестра-близнец. — Все мы останемся старыми девами или еще похуже, и тогда нас не пустят даже в церковь.
— С чего это вдруг тебе захотелось бывать в церкви, Блайт? — фыркнула старшая из девочек, лучше других разбиравшаяся в мирских устремлениях своей сестры.
— Ты же понимаешь, Блейз, дело не в этом! Просто я хочу выйти замуж и иметь детей, — с негодованием отозвалась Блайт.
— Ты имеешь в виду, что хочешь выйти замуж за богача, сестренка, — поправила ее Блейз.
— Конечно, любить богатого человека легче, чем бедняка, — заявила Блисс, по привычке защищая свою сестру-близнеца. — Мы бедны, и мне это совсем не нравится. Как бы мне хотелось стать богатой!
— Ну, на это рассчитывать нечего, — возразила Блейз с грустной усмешкой. — Вы только посмотрите на себя, сестренки! Эти старые льняные юбки уже стали слишком коротки для нас, а в лифы мы скоро вообще не влезем! Сошьют ли нам когда-нибудь новые платья? — с горестным вздохом заключила она.
— Положим, на Дилайт лиф до сих пор болтается, — поддразнила Блисс. — Правда, она еще малышка и не готова выйти замуж, даже если представится случай.
— Старая Ада говорила, что скоро я стану женщиной, — с воодушевлением возразила Дилайт.
— Да, Ада всегда говорит правду, — невесело подтвердила Блайт. — Значит, на выданье нас будет уже четверо, да что толку?
— Зато пока мы вместе, — возразила Блейз, первой оправляясь от приступа жалости к самой себе.
Четыре пары глаз встретились, и Блисс просияла улыбкой, от которой преобразилось все ее детское личико.
— Да, мы вместе, это правда, Блейз, а то было бы еще хуже, верно? — она улыбнулась сестрам и задумчиво добавила: