Блиц
Шрифт:
— В тебе так хорошо. — Он застонал и ускорил темп, звук соприкосновения наших тел заполнил зал.
Мои внутренние стенки затрепетали. Мы только начали, но я целую неделю мечтала об этом, о Торене. И оргазмы, которые я получала в душе, были ничем по сравнению с сексом.
Жар разлился по моим венам, и мои конечности начали дрожать. Моя голова откинулась к стене и свесилась набок, обнажая шею.
— О боже. Я сейчас кончу.
— Давай, детка. — Он наклонился к моему горлу, его зубы скользнули по моей
Два сильных толчка его члена, и я взорвалась. Оргазм обрушился на меня, и я взмыла в небеса, летя к звездам.
— Тор. — Я хватала ртом воздух, разрываясь на части. Не в силах стоять, я повисла на нем, теряя контроль над своим телом. С головы до ног каждая клеточка дрожала и пульсировала. Я не могла дышать. Не могла думать. Я ничего не могла поделать, кроме как чувствовать, как он накатывает на меня волна за волной.
Торен не замедлял темпа. Он входил в меня жестко и быстро, стремясь к собственному освобождению. Его рев был глухим бормотанием, заглушаемым стуком моего пульса в ушах. Он запрокинул голову к потолку и с моим именем на губах излился в меня, его горячая сперма стекала по моим бедрам.
В горле першило, легкие горели так, словно я пробежала десять миль, когда мой оргазм начал угасать и я смогла приоткрыть глаза.
Торен рухнул на меня, его грудь поднималась и опускалась от тяжелых вдохов, а лоб уперся в стену рядом с моими волосами. По его телу пробегали толчки, мышцы спины сокращались от моих прикосновений.
Он все еще был внутри меня, его член подергивался.
Я обхватила ногой его бедро, чтобы прижаться ближе, затем обняла его за плечи и уткнулась лицом в его шею, вдыхая мужской, чистый запах его кожи.
— Я скучала по тебе. — Это было более чем разумно.
Его руки обвились вокруг моей талии, прижимая так крепко, что было почти трудно дышать, когда он зарылся лицом в мои волосы.
— Я скучал по тебе.
Мы держались друг за друга, даже когда огонь в моих венах потух, а пот на коже остыл. Только когда по моим предплечьям побежали мурашки, а по плечам непроизвольная дрожь, он, наконец, разорвал нашу связь.
Он убрал волосы с моего лица и заглянул мне в глаза. Торен открыл рот, но, прежде чем успел заговорить, закрыл его. Затем он поцеловал меня в кончик носа, прежде чем взять за руку и потянуть в дом, прямо к лестнице.
Прямиком в его спальню, где мы снова прижались друг к другу, не торопясь исследовать друг друга, пока оба не выдохлись.
— Не засыпай, — предупредил он, лежа лицом вниз на подушке. Он поднял руку к моему лицу и провел большим пальцем по моей скуле.
— Не буду, — пообещала я, растягивая рот в зевке.
Часы на его прикроватной тумбочке светились. Был уже третий час ночи. Все, чего я хотела — это завалиться в его роскошную постель и поспать несколько часов, но до того, как часы пробьют
— Ты читал ту книгу, которую я оставила? — спросила я.
— Да.
На прошлой неделе, перед тем как мы отправились на наши игры, я зашла в книжный магазин на территории кампуса и выбрала триллер, который, как я надеялась, понравится ему и займет достойное место на полке.
— И как? — Я оживилась, приподнимаясь на дюйм с подушки.
— Она в офисе.
— Да. — Я сжала кулаки, и тихий смех Торена стал моей наградой. — Чем еще ты занимался?
— В основном работал. Затаился.
Мы не разговаривали и не переписывались, пока были в разлуке. Все эти вопросы я бы задала своему парню по телефону, но каким-то образом мы пришли к негласному соглашению. Эти украденные ночи были нашим единственным времяпрепровождением. Если не считать случайных сообщений о наших планах, мы свели общение к минимуму.
Последнее, что мне было нужно — это чтобы кто-то заинтересовался и спросил, с кем я так часто переписываюсь.
Однажды я уже допустила эту ошибку и больше не повторю ее.
— Ты смотрел какие-нибудь хорошие фильмы? — спросила я.
— Я смотрел те, что ты мне купила.
— Тебе было страшно? — спросила я.
Он ухмыльнулся.
— Нет, детка.
— Скажи честно. Тебе они понравились?
— Не думаю, что ужасы — это мой жанр.
— Черт возьми. — Возможно, я смогу изменить его мнение, если мы посмотрим один из них вместе. Вместо того, чтобы прятать лицо в одеяло, когда мне станет страшно, я могла бы свернуться калачиком у него на груди. — Значит, просто фильмы восьмидесятых и девяностых, да?
Что-то промелькнуло в его взгляде, что-то, что я видела раньше, но не задавалась вопросом. Что-то похожее на боль. Это произошло так быстро, что исчезло в мгновение ока.
— Что? — спросила я, ожидая, его большой палец не переставал двигаться по моей щеке.
— Фильмы восьмидесятых и девяностых годов мне тоже не очень нравятся.
Я моргнула, затем приподнялась на локтях, освобождаясь от его прикосновений, чтобы посмотреть на него сверху вниз.
— Что? Тогда зачем они тебе?
— Это были любимые фильмы моей мамы. У нее была целая коллекция видеокассет, которые я хранил годами. Они до сих пор хранятся у меня в кладовке в подвале, но, когда я учился в колледже, я решил, что хочу приобрести и DVD-диски. На случай, если мне когда-нибудь захочется посмотреть что-нибудь из того, что она любила.
У меня защемило сердце.
— О, Тор.
— Я нечасто смотрю их, — тихо сказал он, перекатываясь на спину и уставившись в темный потолок. — Я рад, что ты это сделала. Ей бы это понравилось.