Ближе к истине
Шрифт:
— Так голосование тайное, милая девочка!
— Ну, хоть приблизительно, — несколько смутилась она.
— А хоть приблизительно, хоть точно — голосование по закону тайное. Можно я тайно проголосую?
— Можно, — говорит.
Совершенно чудесная встреча! И показательная, публично показывающая, как, не моргнув глазом, мы нарушаем главный закон страны — Конституцию, в которой черным по белому записано: голосование тайное.
Это мое «интервью» крутнули вечером по телевидению. При этом оборвали на полуслове, как только я заикнулся про тайное голосование. Я передачу не видел, а Петр Ефимович видел и позвонил. Поделился впечатлением.
Впечатление
они хотят быть избранными. Слава Богу, люди поняли, кто есть «ху». И воздали должное.
Я узнал о том, что Николай Федорович не поддался нажиму нового (старого) губернатора и не подал в отставку. Подумал: вот это характер! Значит, уверен человек в себе, значит, не чувствует за собой ничего такого, чтоб уходить в отставку. И вот тут-то у меня, что называется, зачесались руки. Захотелось поддержать человека. Достал свои наброски, и в моей галерее появился новый литературный портрет. Пошли в ход исписанные странички, летучие заметки на отдельных клочках бумаги, вырезки из газет, в памяти вдруг четко обозначились разновременные впечатления; наконец, книга Николая Федоровича «Как заработать миллион». Коррозийный бум. В ней речь идет о борьбе с коррозией металла. Оказывается, около пятнадцати процентов мирового потребления металла съедает коррозия. На ржавчину «работает» каждая шестая доменная печь. Особенно зловредная коррозия — во внутренних металлических конструкциях. Например, в водопроводных трубах. Чтоб очистить их от ржавчины, и был изобретен внутритрубный подвижной снаряд.
Николай Федорович становится известным в стране и за рубежом.
А вот кое-что из личных наблюдений. Заметки сделаны прямо на белых краешках газет. Я их сохранил.
«И когда что успевает? Только что был в Адыгее на освящении мечети, и вот он уже у больничной койки нашего певческого Бога — Виктора Гавриловича Захарченко…»
«И как только хватает энергии всем отвечать на все вопросы?»
«Иногда резковат в обращении, но не злопамятен, не мстителен и неизменно участлив».
«Не любит показухи, парадности. Весь в конкретных делах».
«Улыбка у него естественная, непринужденная. Так улыбаются искренние, добрые люди».
Перед празднованием Дня города его поздравил сам Патриарх Московский и Всея Руси Алексий И. С праздником и… успешной защитой докторской.
Я подумал, если верховное духовенство знает и ценит его, то это уже серьезно. Мне кажется, такие вещи не делаются просто так. И рад, что не ошибся в человеке. Не зря мне пишется о нем легко.
Доброе слово всякому человеку необходимо. Даже если он мэр города. Мы забываем подчас, что руководитель — тоже живой человек. И, как все люди, нуждается в поддержке, понимании, добром слове.
Не все получается? Или делается не так, как нам хотелось бы? Да. Но не ошибается тот, кто ничего не делает.
Николаю Федоровичу трудно сейчас. Архитрудно! А тут еще не пришелся новому (старому) губернатору. Шлет комиссию за комиссией, собирает компромат. Видно, своего человека наметил на эту должность. Ну, пришла комиссия, нашла недостатки, настрочила «Справку» на 35 страницах. С грозным выводом «направить информацию в правоохранительные органы для принятия решения на основе действующего законодательства».
А
на час. Как теперь она себя чувствует после того, как «факир» не состоялся?
А чего стоит замечание по исполнению администрацией города бюджета за 1995 год? Закручено так, будто дело завалено. А на самом деле — с учетом перевыполнения доходной части бюджета — экономия.
Вот ваша «объективность», господа комиссия!
От вашей «Справки» веет басенным духом: «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать».
Наверно, в чем-то недорабатывает мэр. Хозяйство вон какое! Не мудрено и ошибиться.
Невольно приходит на ум великое изречение Иисуса Христа, когда вельможные дяди хотели побить камнями порочную девку: «Кто не грешен, пусть первым бросит в нее камень».
Ни у кого не поднялась рука после этих слов. Ну, так умные ж люди были!..
«Кубанские новости» 28.11.1996 г.
ЗВЕЗДНЫЙ ЧАС И ТЯЖКИЙ КРЕСТ НИКОЛАЯ КОНДРАТЕНКО
(Очерк — эссе)
Родился Николай Игнатович в станице Пластуновской в 1940 году.
Отец его, Игнат Ефимович, погиб в Великую Отечественную войну в 1942–м, в Крыму.
Мать, Наталья Егоровна, осталась с двумя детьми. Что такое поднимать детей в военное и послевоенное голодное время женщине одной — нетрудно представить.
В год окончания войны (1945 г.) Коле исполнилось пять. Дети военной поры взрослели быстро. Может поэтому на следующий год, шести лет от роду, малыш пошел в школу. Правда, нехотя, под влиянием старшей сестры Тани. Жили тогда бедно, бывало — ели жмых. Правда, корова была своя…
Собирая сына в школу, Наталья Егоровна тайком обливалась горючими слезами: не то что справить мальчишке рубашку, штанишки — счетных палочек не на что было
купить. Наломали с куста сирени. Чернила сделали из ягод бузины…
В те времена в школу брали с восьми лет. А Коле было всего шесть с половиной. Но он уже читал, считал; был достаточно развитым мальчиком. Но оказался самым маленьким в классе. У матери сердце изболелось — как он там? И однажды не выдержала, пошла в школу посмотреть, не обижают ли его мальчишки? Он сидел на задней парте один. И это показалось маме обидным в отношении любимого сына, хотела забрать его домой, но учительница отговорила; мол, мал золотник да дорог: самый активный в классе. Считает хорошо, в уме и на палочках. И руку тянет больше всех, и стихи знает.