Блотт в помощь
Шрифт:
– Мы это и без всяких дурацких макетов видим. Не слепые, – не унималась леди Мод.
– Продолжайте, мистер Хоскинс, продолжайте, – повторил лорд Ликем, оставляя ее слова без внимания. Он явно решил дать ей выговориться: авось длинный язык доведет ее до беды.
– Учитывая этот факт, министерство пытается, насколько это возможно, сохранить первозданную красоту ландшафта.
– Пытается оно, держи карман шире, – фыркнула леди Мод.
– Вот здесь, – мистер Хоскинс указал на цепочки холмов к северу и югу от теснины, – расположен Клинский лес –
– Единственный представитель животного мира, до которого никому нет дела, – это человек. Почему бы это? – обратилась леди Мод к мистеру Тернбуллу.
После того как мистер Хоскинс изложил позицию министерства, на заседании был объявлен перерыв. Присутствующие отправились обедать. Выходя из здания суда, мистер Тернбулл признался клиентке, что сомневается в успехе дела.
– Как мне представляется, камень преткновения – эти самые семьдесят пять муниципальных домов в Оттертауне. Если бы не они, мы почти наверняка добились бы своего. Но мне, откровенно говоря, не верится, что в результате расследования будет принято решение, ведущее к сносу этих домов. На это уйдут немалые средства. К тому же магистраль придется перенести на десять миль в сторону. Так что не буду скрывать, шансов у нас мало.
В этот день в Уорфорде было людно: народ съехался на базар.
Возле здания суда уже стояли две телевизионные камеры.
– Я не позволю вышвырнуть меня из собственного дома, – объявила леди Мод корреспонденту Би-би-си. – Наш род живет в Клинской теснине уже пятьсот лет и…
Мистер Тернбулл сокрушенно ответил. Бесполезно. Сколько бы ни клокотала леди Мод, делу уже не помочь. Исход ясен: а магистраль пройдет через теснину. А клиентка еще и ухитрилась настроить против себя лорда Ликема. Дождавшись конца интервью, адвокат в сопровождении леди Мод пробрался через торговые ряды и направился в «Герб Хэндименов».
– Куда это Джайлс запропастился? – спохватилась леди Мод, когда они вошли в гостиницу.
– Кажется, подался с лордом Ликемом в «Четыре пера», – ответил мистер Тернбулл. – Говорит, надо его усахарить.
Леди Мод яростно сверкнула глазами и процедила:
– Ах так? Ну так я сама этим займусь. Оставив мистера Тернбулла в холле, она прошла в кабинет управляющего и позвонила в «Четыре пера». Когда она вернулась, глаза ее горели зловещим огнем.
Адвокат и клиентка вошли в ресторан и сели за столик.
В баре гостиницы «Четыре пера» сэр Джайлс в ожидании меню заказал два больших стакана виски.
Лорд Ликем, поколебавшись, взял стакан.
– В такое время дня… У меня, знаете, язва желудка. А с другой стороны, утро сегодня выдалось тяжелое. Что за вздорная особа в первом ряду все время мешала работать?
– Закажу-ка я для начала креветки, – поспешно произнес сэр Джайлс.
– Помнится, в двадцать восьмом году на выездной сессии в Ньюбери я тоже намучился с одной бабенкой, – продолжал лорд Ликем. – Вскочит со скамьи подсудимых и давай драть глотку. Как бишь
Он поднял веснушчатую руку и почесал в затылке.
– Леди Мод очень неудержимая дама, – согласился сэр Джайлс. – В здешних краях у нее громкая слава.
– Немудрено.
– Она из Хэндименов. Дворянский гонор. Голубая кровь.
– Вот оно что? Стало быть, у этих Хэндименов в роду были голубые?
– Очень влиятельное семейство, – объяснил сэр Джайлс. – У них своя пивоварня, свои питейные заведения. Между прочим, этот ресторан тоже принадлежит Хэндименам.
– Элси Уотсон! – выпалил судья. – Вот как ее звали.
Сэр Джайлс покосился на него с недоумением.
– Она отравила мужа. Ох и ругалась она на суде! Да что толку с ее ругани? Все равно повесили, – с улыбкой заключил судья свои воспоминания.
Сэр Джайлс задумчиво просмотрел меню. Что бы посоветовать язвеннику? Суп из бычьих хвостов а-ля Хэндимен или мясной бульон? До чего же удачно складываются дела на заседании. Теперь за исход можно не волноваться. Мод довыступалась. Поразмыслив, сэр Джайлс заказал себе говяжье филе «хзндимен», а лорд Ликем попросил принести рыбы.
– Рыбы нет, – сообщил метрдотель.
– Как нет? – возмутился судья.
– Кончилась, сэр.
– – А что это еще за «бал де беф Хэндимен»?
– Заразы.
– Зара… Что-о-о?
– Мясные котлеты с начинкой.
– А «брандад де Хэндимен»?
– Котлеты из трески.
– Треска? Треска – это хорошо. Вот ее и принесите.
– Треска кончилась, – сказал метрдотель. Лорд Ликем в отчаянии заглянул в меню.
– У вас хоть что-нибудь есть?
– Рекомендую «пуль [8] в горшочке а-ля Эдуард IV», – вмешался сэр Джайлс.
8
Цыпленок (фр.).
– Очень кстати, – буркнул лорд Ликем. – Ладно, несите.
– И бутылочку шамбертена, – с трудом выговорил сэр Джайлс.
Французский язык ему никак не давался.
– Ну и порядочки в этом заведении, – проворчал лорд Ликем.
Чтобы скрыть досаду, сэр Джайлс заказал еще два виски.
Шеф-повар на кухне выслушал заказ и отрезал:
– Никаких цыплят. Пусть лопает рагу из баранины или заразы а-ля мое изобретение.
– Но это же лорд Ликем, – втолковывал метрдотель. – Он ясно сказал: цыпленок. Тебе что, трудно приготовить?
Шеф-повар взял с полки баночку молотого красного перца.
– Сейчас я ему приготовлю.
Тем временем буфетчик сбился с ног в поисках шамбертена. Наконец он выбрал самую старую бутылку, какая только завалялась в ресторане.
– Значит, подать ему вот это? Вы ничего не перепутали? – допытывался он у управляющего, рассматривая на свет бутылку с мутной кроваво-красной жидкостью, словно оставшейся после патологоанатомического вскрытия.
– Хозяйка распорядилась, – сказал управляющий. – Только этикетки поменяйте.