Блудный сын
Шрифт:
В последнее время любители пробежек с мобильниками находили трупы куда чаще, чем другие категории городских жителей.
— Что же касается места, — продолжил Ломен, — то тело находится именно там, где джоггер его и обнаружил. Он не пытался вытащить покойницу на берег.
— Отрезанные кисти, — вздохнул Майкл. — Тот самый случай, когда установить личность убитой по отпечаткам пальцев не удастся.
— Жертва — блондинка, возможно, крашеная, судя по всему, белая. Можешь сказать о ней что-нибудь еще? — спросила Карсон Ломена.
— Нет. Я к ней не подходил, чтобы не уничтожить какие-либо
— Время, место… где это произошло? — спросила она Ломена. — Твое первое впечатление?
— Убийство. Не могла она отрезать себе кисти.
— Обе — нет, — согласился Майкл. — Только одну.
Глава 5
Улицы Нового Орлеана предлагали массу возможностей: женщины по ним ходили самые разные. Некоторые были писаными красавицами, но и в большинстве остальных не составляло труда найти что-нибудь привлекательное.
За годы поисков Рой Прибо еще не встретил женщину, которая полностью удовлетворяла всем его стандартам.
Он гордился тем, что во всем стремился к совершенству. Будь он Богом, создал бы более упорядоченный, более красивый мир.
При всемогущем Рое не было бы уродливых и даже невзрачных людей. Не было бы плесени. Не было бы тараканов или даже москитов. Не было бы неприятных запахов.
Под синим небом, которое он бы улучшать не стал, при жуткой влажности, которой он бы не допустил, Рой неспешно шагал по Риверуок, где в 1984 году проводилась Всемирная ярмарка. Теперь эта территория превратилась в торгово-развлекательный центр. Он охотился.
Три молодые женщины в полупрозрачных топах и коротких шортах прошли мимо. Все смеялись. Две внимательно оглядели Роя.
Он встретился с ними взглядом, смело оценивая достоинства фигур, и тут же вычеркнул из списка кандидаток.
Даже теперь, пусть поиски продолжались не один год, он оставался оптимистом. Где-то она была, его идеальная женщина, и он намеревался ее найти, пусть даже по частям.
Живя в обществе, находящемся во власти беспорядочных половых связей, Рой в свои тридцать восемь оставался девственником, чем очень даже гордился. Он берег себя. Для идеальной женщины. Для любви.
А пока он шлифовал собственное совершенство. Два часа в день отдавал физическим упражнениям. Полагая себя просвещенным человеком, ежедневно один час читал литературу, также час изучал какую-либо новую для себя дисциплину, еще час медитировал над великими загадками и важнейшими проблемами эпохи, в которую ему довелось жить.
Ел он только органическую пишу. Не покупал мяса с товарных ферм. Никакие загрязнители не попадали в его организм, ни пестициды, ни радиоактивные осадки. И уж конечно, он на пушечный выстрел не приближался к странным, генетически измененным веществам, которые входили в состав продуктов, полученных с использованием биоинженерных технологий.
Со временем, постоянно улучшая свою диету и тем самым доводя ее до совершенства, а также соответствующим образом настроив свой организм, он рассчитывал полностью избавиться от отходов его жизнедеятельности. Все, поступающее в организм, будет полностью перерабатываться в энергию, не оставляя ни мочи, ни фекалий.
Возможно,
Район Риверуок местным жителям нравился, но Рой подозревал, что на этот раз большую часть толпы составляли туристы, с учетом того, как часто они останавливались, чтобы поглазеть на уличных художников, тут же рисующих шаржи на всех желающих и известных артистов. Местные не покупали бы в таких количествах футболки с надписью «Новый Орлеан» на груди.
Подойдя к ярко-красному киоску, где продавалась сахарная вата. Рой внезапно почувствовал, как в нем закипела ярость. Запах нагретого сахара ощущался на значительном расстоянии от киоска.
Продавала сахарную вату молодая женщина, сидевшая на табуретке под красным зонтиком. Лет двадцати с небольшим, простенькая, полненькая, не вызывающая интереса.
Но ее глаза. Ее глаза.
Они сразу зачаровали Роя. Удивительные зеленовато-синие, бесценные драгоценные камни, невесть как оказавшиеся в дешевой оправе.
Кожа вокруг глаз пошла морщинками, когда она почувствовала его взгляд и улыбнулась.
— Могу я вам чем-нибудь помочь?
Рой шагнул к киоску.
— Я бы хотел чего-нибудь сладкого.
— У меня есть только сахарная вата.
— Не только, — ответил он, хваля себя за собственную утонченность.
На ее лице отразилось недоумение.
Бедняжка. Она просто не могла понять, о чем он.
— Да, порцию сахарной ваты, пожалуйста.
Она взяла бумажный конус и начала накручивать на него сахарные нити, отчего запах горячего сахара заметно усилился.
— Как вас зовут? — спросил он.
Она замялась, смутилась, наконец ответила:
— Кэндейс.
— Девушка по имени Сладенькая [8] продает сладенькое? Это судьба или здоровое чувство юмора?
Она покраснела.
— Я предпочитаю Кэндейс. Слишком много негативных ассоциаций, если… полную женщину называть Кэнди.
— Да, вы, конечно, не манекенщица-анорексичка, но что с того? Красота бывает разная.
Кэндейс, очевидно, редко, а то и никогда не слышала таких добрых слов, особенно от столь привлекательного и желанного мужчины, как Рой Прибо.
8
Сокращение от имени Candace — Candy. В данном контексте слово candy — сладенькая.
Если эта женщина и думала о том дне, когда перестанет выделять отходы жизнедеятельности организма, то не могла не понять, что по пути к этой цели он продвинулся гораздо дальше, чем она.
— У вас прекрасные глаза, — продолжил он. — Удивительно прекрасные глаза. В такие глаза можно смотреть год за годом.
Кэндейс зарделась еще сильнее, но изумление настолько побороло застенчивость, что она решилась встретиться с Роем взглядом.
Рой понимал, что ни в коем случае нельзя брать ее штурмом. До сих пор ее только отвергали, и она могла заподозрить, что он хочет не приударить за ней, а выставить на посмешище.