Blue Shift
Шрифт:
– Лифтом не пользуются, но он все еще должен работать. Его не стали обесточивать на случай аварийной эвакуации.
– Похоже, сейчас как раз такой случай, - пробормотал Калхун, разглядывая на стене потертый плакат с надписью 'Секция А-17. Лаборатории прототипов. Ограниченный уровень доступа'.
В недрах 'Черной Мезы' что-то загудело - лифт приближался. В повисшем молчании Барни вдруг понял, что это его шанс. Шанс узнать. Время задать главный вопрос.
– Доктор, послушайте меня, - он обратился к задумавшемуся Розенбергу, - Я видел сегодня столько такого, отчего даже у лысого волосы бы встали дыбом. Я видел существ, которые
Барни понял, что перестарался, сорвавшись на крик. Розенберг, однако, и бровью не повел. Он пожал плечами и посмотрел на Калхуна так, словно говоря: 'Ничего-ничего, это бывает, успокойся...'. Двери лифта вдруг открылись, и Розенберг первым вошел в него и жестом пригласил Барни внутрь.
– Видите ли, мистер Калхун, - начал он, нажимая кнопку, - Не все так просто, даже насколько вы все это описываете. Понимаю ваше нетерпение и даже злость. Я вам отвечу, насколько могу. Видите ли, эти существа, которых вы видели - они мне давно знакомы. Уже год как. Они из другого мира.
– Чего?!
– не очень-то вежливо переспросил Калхун, совершенно сбитый с толку. Сначала фантастическая телепортация, а теперь...
– Что значит 'давно знакомы'? Из другого мира, они что, привидения, по-вашему?!
– Я не имел ввиду, что они из мира иного, - рассмеялся ученый, - Из другого пространства. Не понимаете? Ну, считайте, что это иное измерение, если вам так проще, сейчас в моде эта фантастическая чепуха! В общем, они не с Земли, и даже не из нашей Вселенной.
– Пришельцы, что ли?
– тупо спросил Барни.
– Ну можно и так сказать, - смягчился Розенберг, - Только пришельцам этим просто так, как в кино, до нас не долететь. Они и придумали другой способ.
– Погодите, док!
– перебил его Барни, - И часто вы по другим мирам прыгаете? Что значит 'уже год знакомы'?
– Просто потому что мы, при наших экспериментах с порталами, год назад случайно открыли портал в их мир. Это было поистине потрясающая находка! Как только мы все точно просчитали, то конечно получили задание исследовать их мир, и нам даже предоставили новенький комплекс 'Лямбда' и все ресурсы.
Барни лишь вяло и безучастно кивал, словно ему рассказывали всем давно известную истину. Он слышал о комплексе 'Лямбда', ходили какие-то слухи о том, что там сосредоточены основные исследования в 'Черной Мезе'.
– Но почему же, если вы еще тогда осуществляли телепортацию, почему никому об этом ничего не известно?
– Я уже говорил, что проект был засекречен. Пока исследования не завершены полностью, мы не можем ничего раскрывать. Но уже стало возможно отправить экспедицию в этот пограничный мир - мы назвали его Зен. Долго думали над названием, спорили, но один молодой ученый предложил, слишком любит сериалы. Мы решили, что это даже забавно.
– Если вы меня сейчас разыгрываете, док, - мрачно сказал Барни, - То бросьте это дело.
– Какие уж тут розыгрыши! Вы же видели вортигонтов, разумных существ из Зена, собственными глазами!
– Кого я видел?
– осторожно переспросил ничего не понимающий Калхун.
– Вортигонтов.
– Розенберг замялся, - Ну, тех существ, которые умеют управлять электроэнергией.
– А, да... И что же, эта ваша экспедиция
– Конечно. И они встретили нас вполне дружелюбно. Мы начали сотрудничать.
Калхуну показалось, что он спит. Нет, не может быть, чтобы люди мирно сосуществовали с этими чудовищами... Они - разумные?!...
– Но, - продолжал Розенберг, - Проработав там некоторое время, экспедиция погибла, и, похоже, что от рук вортигонтов. Ворты не признали это, но и не отрицали... Но мы-то знали, что экспедиция была перебита после неудачной попытки выкрасть образцы уникальных кристаллов! Мы отправили туда вторую экспедицию, которая должна была установить одно устройство, работающее с такими кристаллами... Ах, да кристалл... К нам в руки все же попал настоящий кристалл из Зена, до этого мы работали только на искусственно выращенных моделях. Вортигонты хорошо охраняли кристаллы, и я не знаю, каким образом в нашем распоряжении оказался чистый образец, но доставили его сегодня так обыденно, со склада. Словно он там всегда был! И сегодня же с ним собирались провести эксперимент, с целью выяснить, можно ли использовать его в целях прояснения некоторых аспектов природы порталов. Как раз ваш друг Фриман проводил его.
Барни встрепенулся. Ну конечно же - Гордон утром говорил что-то об эксперименте всей его жизни.
– Ого! Он не говорил мне, что экспериментирует с инопланетными кристаллами!
– Откуда ему знать?
– пожал плечами Розенберг, - Он и о существовании Зена не знает. Все засекречено.
– Хм, - Барни нахмурился, - Как же можно работать с каким-нибудь кристаллом, даже толком не зная, что это, и с чем это едят?
– Еще как можно, - улыбнулся Розенберг, - Большинство из учёных только этим всю жизнь и занимаются! Только вот подвела нас моя... наша аппаратура. И наш Администратор, это вообще отдельный разговор... Эксперимент провалился. Пошел не тот эффект. И теперь эти существа бегают тут, словно по пещерам своего удивительного мира...
Лифт тряхнуло, и он, наконец, остановился. Двери грузно разъехались, и первым, что бросалось в глаза, была покосившаяся табличка с надписью 'Лаборатории прототипов'.
...
Они прошли мимо бывшего поста охраны, похожего на старый заброшенный дом. Стойка и стул припали толстым слоем пыли. Дверь в заднее служебное помещение была наглухо закрыта, но через разбитое стекло были видны ряды пустых одежных шкафчиков. Все выглядело так, как будто люди просто пропали отсюда много лет назад, и все осталось в первозданном виде. И только пыль да темнота напоминали о том, что это место уже давно никому не нужно. Света было очень мало - тускло светила запыленная аварийная лампа под потолком, освещая вокруг себя пространства ровно в метровом радиусе.
Розенберг скорее нащупал, а не нажал кнопку открытия кодовой панели возле небольшой автоматической двери. Барни услышал неохотное жужжание механизма.
– Пошел не тот эффект, - сказал доктор таким голосом, будто долгой паузы в их разговоре и не было, - Резонансный каскад. Что? Как бы сказать попроще-то? В общем, пространственный разлом. В него и хлынули наши общие знакомые, вортигонты, и прочие.
Барни машинально кивнул, хотя слабо понимал, как вообще кто-то может хлынуть через непонятно что. Дверь удивительно легко отъехала в стену, почти бесшумно, словно и не весила полтонны. Их взглядам открылся неожиданно хорошо освещенный коридор. Оба поморщились от яркого света.