Бобо

Тарасава Юстасия

Я судорожно соображал, едят ли грифоны людей. Что я знаю о грифонах? Они стерегли золото и клады. А что они ели? Этого я не знал.

– Не слушай его, - успокоил меня Арвици.
– Вици любит нести вздор и пугать прохожих. У нас редко бывают посетители. Наскучался за пару веков, и решил пошутить.

– Пару веков?
– переспросил я.

– Он не прохожий, - буркнул Вици.

– Тогда тем более нечего его с толку сбивать, - отрезал Арвици и кивнул мне, - бывает и поболе. Как-то раз целое тысячелетие никто не захаживал.

–

Почему?
– меня встревожили слова Арвици. Почему к ним тысячу лет никто не заходил и смогу ли я отсюда выйти? И что это вообще за место?

– Ворота Вечности, - словно услышав мои мысли, сказал Вици.
– Мы караулим Ворота Вечности.

– Вот эти?

– А ты видишь здесь какие-то ещё?
– поднял брови Вици.

– Но ведь у них нет ни забора, ни стены.
– Я огляделся.
– Какой смысл сторожить ворота, если это просто железная дверь посреди ничего?

Арвици засмеялся, а Вици процедил: - А ты попробуй.

– Что попробовать?

– Попробуй обойди. Тут же нет ни-че-го, ни стен, ни заборов. Ну так обойди их и дело с концом, - прищурился Вици.

Я встал, прошёл мимо Арвици и оказался в пустоте. Секунду назад я видел горы, каменную пустыню, апельсином падающее в закат солнце и парочку сиявших в его отсветах грифонов. И вдруг не стало ничего. Темнота. И трудно дышать. Я сделал шаг вперёд, но темнота оттолкнула меня и я вылетел наружу.

– Это что?
– спросил я, когда перестал хватать ртом воздух.

– Вечность, - лениво ответил Вици и зевнул.

– Но ведь...

– Тут нет ничего?
– подсказал Арвици.
– Ничего это и есть всё, а всё - это ничего.

Где-то я уже слышал такую философию, но рыться в памяти не хотелось. В хорошую историю я влип, лучше не придумаешь! Я помолчал и решил не хитрить с грифонами, а поговорить начистоту.

– У меня мама пропала.

Арвици кивнул.

– Я её ищу, - продолжил я.

– Ну и дурак, - выплюнул Вици.

Арвици поморщился и вздохнул.
– Вици, как всегда, перебарщивает, но дело это действительно опасное. То ли ты её найдёшь, то ли сам пропадёшь - неизвестно.

– Чего тут неизвестного?
– поджал губы Вици.
– Ясно как божий день. Ты чужестранец, законов наших не знаешь, ничего не понимаешь.

– А вы меня научите, - попросил я.

– Нельзя, - покачал головой Арвици.

Вици возразил, и грифоны начали совещаться. Они разговаривали на своём грифоньем языке, напоминающем что-то среднее между рычанием льва и клекотанием птиц. Вици сердился и шумел. Арвици говорил тихо и спокойно, но его выдавал хвост, которым он бил по земле. Я сидел молча и ждал, когда грифоны решат мою судьбу. Их спор не прекращался до темноты. Я достал из сумки полотенце, постелил его прямо на землю и стал выкладывать на него взятую в непонятно чьём доме еду. Грифоны мгновенно притихли. Вици повёл носом и поинтересовался: - А что у тебя ещё в хурджине есть?

– Где?
– не понял я.

– Здесь, - Вици кивнул на ковровую сумку.

Я

разложил её содержимое на полотенце.

– Мм, тыщу лет гулаби не ел, - воскликнул Арвици и, взяв сочную сладкую грушу, стал есть.

– Эриха!
– воскликнул Вици.
– Этот парень хитрец.

– А ты только сейчас это понял?
– усмехнулся Арвици и повернулся ко мне.
– Накорми грифонов и они будут служить тебе верой и правдой.

– Так уж и правдой?
– усомнился Вици.

– Относительно.
– Ответ Арвици рассмешил грифонов. Посмеявшись над собственной шуткой, они принялись за еду.

После ужина я вытряхнул полотенце и убрал его в сумку. Грифоны смолотили всё до последней крошки. Видно, они и правда не ели тысячу лет.

Солнце давно село и наступила кромешная тьма, золотое тело Арвици и золотые крылья Вици светились в темноте.

– Спать ложись, - сонно сказал Арвици.

– Куда?
– огляделся я. Не было ни дома, ни кровати, только темнота и ворота посреди пустыни. Я ещё никогда не спал на земле.

– Вици!
– позвал Арвици и грифоны подползли друг к другу.

– Залезай, - скомандовал Вици и я протиснулся между ними. Я так и не понял, из чего они сделаны, Арвици из золота, Вици из чёрного камня или из какого-то другого, специального грифоньего материала, но бока их были тёплыми и земля под ними прогревалась. Я лежал на спине и смотрел на чёрное небо с россыпями звёзд, звёзды в горах так близко, что можно дотронуться рукой и загадать желание. И я загадал: проснусь утром дома, а мама жарит оладушки, и ничего этого не было. Позавтракаю и сяду играть в компьютере. В конце концов у меня каникулы, я сдал экзамены и могу играть сколько хочу. Я уже не знал, что мне приснилось - сегодняшний день или та, всегдашняя жизнь с мамой, оладушками, экзаменами и компом, которая сейчас была чем-то нереальным.

Но проснулся я там же, где засыпал - в пустыне, у Ворот Вечности, под боком у похрапывающих грифонов.

ПОДЗЕМНОЕ ЦАРСТВО,

– сказал Арвици спросонок.

– Ты всё-таки ему сказал!
– взорвался Вици.

– Он нас накормил, - оправдывался Арвици.

– Это было вчера, - отрезал Вици и недовольно уставился на меня.

Я молчал. Одно я понял точно - не надо спорить с грифонами. Тем более с чёрными. Вици поворчал немного и сам обратился ко мне.
– А может, вернёшься?

– Это моя мама, - ответил я.

Грифоны помолчали. Затем Арвици откашлялся и сказал Вици: - Светает.

Вици кивнул. Арвици сел и начал монотонно говорить, будто он заучил эти слова наизусть и читал мне инструкцию.

– Твоя мама в подземном царстве, но ты же мне не поверишь, если я скажу, что тебе не надо туда спускаться?

Я помотал головой.

– Так я и знал, - продолжил Арвици.
– Ты всё равно спустишься.

– Спуститься полбеды, а вот как подняться?
– перебил его Вици.