Бодигард
Шрифт:
На клубную автостоянку прибывали все новые машины, заполняя клуб толпой жаждущих развлечений бизнесменов и их спутниц.
Мармулеточки зашевелились, выглядывая одиноких посетителей, подъезжающих на шикарных «мерседесах», «вольво» и «БМВ».
Когда на стоянку въехал широкобедрый «хаммер», взгляды всех присутствующих обратились в сторону этой редкой и дорогущей тачки. Из нее вышел высокий, хорошо одетый молодой мужчина и, обойдя машину, открыл дверцу своему пассажиру. Сначала на землю спустились стройные
Опершись на руку своего спутника, она невозмутимо прошествовала мимо глазеющих на них людей в дальний угол двора к зарезервированному столику. Сев, она скользнула быстрым взглядом по окружению и вновь сосредоточилась на своем спутнике.
Андрей замер на своем посту, вглядываясь ей в лицо и надеясь перехватить ее взгляд. Очень уж ему хотелось опять увидеть ее улыбающиеся глаза.
Она, словно почувствовав его взгляд, неторопливо, почти незаметно огляделась и увидела его. В лице у нее что-то дрогнуло, несколько секунд она, не отрываясь, смотрела на него, а потом опустила глаза.
Подошедший за новой порцией виски, Босс тоже заметил Незнакомку, и его всего передернуло.
– Где-то видел я эту сучку раньше, но не могу вспомнить, где! Не нравится она мне что-то… Нужно выяснить, кто такая! Займись! – сказал он, и, залпом выпив рюмку виски, пошел доигрывать в гольф.
Андрей озабоченно подумал, что ему совсем не хочется выяснять, кто она и как ее зовут. Его вполне устраивало их молчаливое созерцание друг друга. Оно ни к чему не обязывало и дарило неизвестные ему доселе приятно-тревожащие чувства.
Спутник Незнакомки, проследив за ее очередным взглядом в сторону Андрея, внимательно посмотрел на него. Андрей не стал отводить глаза. Мужчина повернулся к Незнакомке и что-то у нее спросил. Она, улыбнувшись, тихо ответила и успокаивающим жестом положила руку на его запястье. В этот момент официанточка в коротюсенькой юбочке принесла им заказанный ужин. Андрей отвернулся, чтобы не смущать их во время еды.
Через какое-то время он заметил боковым зрением движение: спутник Незнакомки поднялся из-за столика и, поцеловав ее в щеку, отправился к своей машине, бросив напоследок беглый взгляд на Андрея.
Незнакомка осталась одна, и теперь ничто не мешало Андрею смотреть на нее.
Так и сидели они, посылая друг другу длинные взгляды через пространство дворика.
А через несколько дней жизнь Андрея пошла под откос. Они с Боссом только-только приехали на встречу, как зазвонил радиотелефон Андрея и его мать, захлебываясь слезами, закричала в трубку:
– Сыночек, приезжай скорее домой! Валя перерезала себе вены…
У Андрея все внутри захолодело.
– Мама, ты «скорую» вызвала? Она жива?
– Вызвала, да поздно уже, – рыдала мать.
– Мама, успокойся! Я сейчас приеду, – сказал Андрей и повернулся
Хозяин окинул его недовольным взглядом, но потом отпустил, сказав:
– Вызови сменщика и езжай.
Словно во сне несся Андрей на машине через весь город домой.
Резко затормозив у подъезда, он одним махом взлетел на третий этаж.
Дверь была открыта, а в квартире суетилось несколько человек в белых халатах. Пахло корвалолом и еще чем-то больничным.
Мать лежала на диване с белым, как мел, лицом, сморщившись от боли, пока врач делал ей в вену какой-то укол.
Увидев сына, она попыталась подняться, но потом зашлась в рыданиях и осела обратно.
Андрей бросился к матери, обнял ее и, прижав к себе, тихо спросил:
– Где она?
– В ванной, сыночек, – сквозь слезы прошептала мать в ответ.
Он поднялся и вышел в коридор. Стоявшие у двери в ванную медики попытались его задержать, но он, отодвинув их плечом, вошел внутрь.
Его жена с закрытыми глазами лежала в ванне. Лицо ее было безмятежным, словно она прилегла отдохнуть, да и уснула. Ее обнаженное тело было наполовину скрыто бурой водой, как будто она решила искупаться в клюквенном морсе. На раковине стояла вымазанная в крови почти пустая бутылка водки. Стены в нескольких местах были покрыты темно-красными разводами, а на полу валялись рассыпавшиеся лезвия…
Андрея замутило. Ссутулившись, он вышел из ванной и рухнул на первый попавшийся стул. В глазах стояло лицо жены, белое и спокойное.
Андрея скрутило жгучее чувство вины – это он виноват, что она сейчас мертва! Это он бросил ее один на один с ее горем, зациклившись на своей работе. Пошел добывать для нее деньги, вместо того, чтобы быть с ней рядом, помочь превозмочь ее боль. Кому они теперь нужны, эти деньги!..
– Сыночек… – позвал из комнаты слабый голос матери. – Где ты?
– Здесь я, мама.
Двигаясь как во сне, он подошел к матери и, взяв ее за руку, сел рядом с ней на диван.
– Это я виноват, мама! – простонал он, и, уткнувшись матери в плечо, заскрежетал зубами, сдерживая слезы.
Следующие дни и недели прошли для Андрея, как в тумане. Сначала навалились выматывающие похоронные хлопоты. Потом, уже после похорон, начались бесконечные вызовы «скорой» для матери – смерть невестки окончательно подкосила ее здоровье, так и не окрепшее после операции.
Терзаемый чувством вины перед женой, Андрей не отходил теперь ни на шаг от матери, боясь ее тоже потерять в свое отсутствие. Все его мысли теперь были только об одном – поправить здоровье и продлить жизнь матери, единственного оставшегося близкого ему человека на свете.