Боец
Шрифт:
Все эти дни Георг занимался объездом территории баронства, знакомясь с его сильными и слабыми местами, отмечая для себя порядок действий на случай возникновения опасности, причем не только со стороны Памфии. Кто сказал, что если у него выйдет сделать эти земли достаточно процветающими (а именно эту мечту он собирался воплотить в жизнь), то соседи из несвижцев не захотят его слегка пощипать?
Но вот с вопросами, касающимися безопасности и службы, покончено. Пора приступать к делам хозяйственным. И тут вдруг выясняется, что это-то как раз – самое сложное. Он даже
Объезд баронства показал, что земли здесь достаточно скудны, а жизнь сытой не может быть по определению. Ну и как тут быть? Подобно горцам, жить грабежом? А ведь именно этим, похоже, грешил прежний владетель этих земель. Нет, не король, а тот, кто владел баронством до того, как оно отошло короне.
– Сэр, разрешите? – В комнату, которую Георг пока определил как свой рабочий кабинет, заглянул мужчина, бодро ковыляющий на деревяшке.
– Заходи, Сэм. Какие-то вопросы по обозу?
– С обозом все в порядке.
– Тогда получается – хочешь отправиться в торговый поход?
– Хорошо бы, но еще рано. Я уточнить хотел. Раз уж теперь вы владетель и находитесь у себя дома, то с походной жизнью пока покончено. Потому мне стало интересно – кем теперь буду я?
– Смеешься? Сотня не распущена, без обоза ей не обойтись. Так что ты тот, кто и есть.
– Если позволите, то я не соглашусь.
– Сэм, а не много ли я тебе стал позволять?
– Но пока моя дерзость всегда шла вам на пользу, – все же отшагнув назад, слегка дрогнувшим голосом произнес старший обозник. Смелостью он никогда не отличался.
– С этим спорить трудно. Ладно, рассказывай, что надумал. Ведь вижу, что не с пустыми руками пришел.
– Ваша милость, думаю, с наемничеством сотне пора прекращать.
– Ну и как ты предлагаешь мне содержать столько бойцов, если мы откажемся от прежнего занятия? Надолго моей казны не хватит, – раздраженно бросил Георг. – Да не трясись ты каждый раз как осиновый лист. Не на тебя злюсь, а на себя. Тут впору продать это баронство и возвращаться к прежнему занятию, пока не поздно.
– Ваша милость, вы все время двигались вперед, и это баронство – очередной шаг, и немаловажный. Теперь у вас есть дом. Остается обустроить его.
– Я могу вложить в эти земли все свои деньги и проиграть. Жить грабежом? Но такое долго продолжаться не может. Короля не устроит барон, который вечно доставляет неприятности.
– Значит, нужно будет поднимать хозяйство. Сажать на землю крестьян…
– Сэм, ты понимаешь, что говоришь? Каких крестьян? Арендаторы сюда не пойдут – слишком скудные земли. Выкупать сервов – тут никакой казны не хватит.
– Если идти по этому пути, то вы правы. Но ведь можно пойти и по другому.
– Думаешь, до тебя тут были глупцы? Ты видел те каменные курганы? Знаешь, что это? Эту землю уже пытались возделывать, вложили много труда, но в конце концов все пришло в упадок.
– Именно по этой причине я и предлагаю идти иным путем, а не тем, который однажды не принес положительного результата, – упрямо гнул свое Сэм, хотя
– А ну-ка, присядь и рассказывай.
Сэм был очень необычным человеком. Не воин, не купец, не ремесленник – но сколько всего полезного и разумного он уже успел поведать своему господину! Георг всегда отличался тем, что умел услышать этого калеку. Его задумки, воплощенные в жизнь как Георгом, так и самим Сэмом, всегда на поверку оказывались очень полезными. Многие из его предложений касательно воинского дела нашли воплощение на поле боя, и эффект от них просто поражал. Его небольшая торговая деятельность была прибыльной настолько, что вполне компенсировала затраты на фураж для всей сотни, то есть не так уж и мало. А если вспомнить тот факт, что, имея под рукой пятерых неумех в ремеслах, он умудрился наладить изготовление великолепных легких арбалетов, с которыми не могли сравниться другие подобные образцы… В общем, послушать этого человека всегда имело смысл, и барон приготовился сделать это в очередной раз, набравшись терпения и спрятав подальше свое раздражение.
– Любое владение может стать прибыльным, просто нужно понять, в чем будет польза, а в чем вред. То, что здесь делали раньше, хорошо для тех мест, где много плодородной земли, поэтому тут от подобного проку мало.
– Конкретно есть что сказать?
– Есть. Здесь очень мало пахотной земли, зато богатые пастбища и превосходные сенокосы, полные разнотравья. Много леса, причем не абы какого, а самого настоящего строительного.
– Мясо, как и лес, ничего не стоит.
– Мясо – это так, только чтобы разнообразить стол. Но если сделать основной упор на овец, а не на коров и быков, это совсем другое дело.
– Шерсть? Конечно, здесь от этого пользы будет побольше, чем от пашни, но опять-таки дешево.
– А сукно?
– Мне все из тебя тянуть клещами?
– Простите, ваша милость. Я предлагаю закупить и развести овец. Я тут со старостой проехался по округе. Можно построить пять ферм, на каждой из которых смогут находиться по две тысячи овец. Там имеется в достатке и пастбищ и сенокосов.
– Ты еще и в скотине разбираешься?
– Я? Нет, я в этом ничего не понимаю, а вот староста – тот да.
– Так он и считать-то не умеет.
– Конечно, не умеет. Но ведь они держат овец. Я спрашиваю, сколько овец можно держать на этом пастбище, он прикидывает и говорит – десять раз по столько, сколько у нас. А в вашей деревушке держат две сотни. Они регулярно поставляли мясо в гарнизон.
– Ладно, дальше.
– Вы ведь знаете, что я всегда не просто закупал товар, но еще и интересовался, как и что делается. Смотрел я и ткацкие станки. Ничего особенного. Я смогу сделать лучше. Безусловно, это будет не механический станок… Ага. Не обращайте внимания, опять заговорился. В общем, полотно будет ткаться куда быстрее. Посадим ткачей – вот и сукно, которое стоит очень даже хороших денег. А если сможем закупить у горцев хотя бы немного их горных овец…