Бог Кальмар
Шрифт:
– За королеву и страну! – прорычал лорд Карстерс, поднимая ветку выше, надеясь, что пламя пожрет кальмара раньше, чем уничтожит его руки.
Внезапно в голове лорда отчетливо прозвучала телепатическая мольба сохранить жизнь, за которой тут же последовали предложения огромных богатств, безграничной власти, вечной жизни, абсолютного знания и всех самок, каких он только мог пожелать. Все что угодно! Все!
В полнейшем пренебрежении к этим посулам, лорд Карстерс наполнил свой разум мыслями о милой
Потянувшись всеми щупальцами, кальмар вытащил из стены расшатанные кирпичи и швырнул их в лорда, сломав ему ребро и рассекши голое плечо. Плюнув кальмару в глаза, лорд Карстерс безжалостно задвигал острым концом ветки внутри монстра, отыскивая его злое сердце.
Кровь из раны хлынула сильнее. Визжа и ухая, кальмар снова направил телепатическую мольбу сохранить ему жизнь, обещая также вечную дружбу, а потом предлагая править миром вместе! Сосредоточив всю мощь своего отточенного учебой в Гарварде интеллекта, лорд Карстерс мысленно разъяснил монстру, куда именно он может засунуть свое предложение без какой бы то ни было смазки.
Теряя силы, кальмар слабо колотил лорда щупальцами. Затем он безумно разодрал собственную рану и брызнул кровью на ветку, направляя пламя в Карстерса. Тем временем лорд поворачивал палку в разные стороны, ища сердце выше в голове ужасной твари, круша и давя попадавшиеся при этом органы.
Дико молотя щупальцами, кальмар метнул в кровоточащее плечо лорда миниатюрную молнию. Буквально наэлектризованный, лорд Карстерс зашипел при этом опаляющем контакте, но упорно не сдавался, даже когда его кожа трещала и обугливалась.
Внезапно кальмар сделался частично невидимым, потом стал миниатюрным венерианином, а затем плачущим человеческим младенцем!
Безжалостный как Лорд Верховный Палач, Карстерс шарахнул кальмара о ближайшее дерево, а затем опять о кирпичную стену. Он вновь и вновь вонзал ветку в дергающееся тело. Пробежала рябь, иллюзия младенца исчезла, и снова появился кальмар, с капающей из всех отверстий кровью. Крутя горящую ветку словно бурав, лорд Карстерс, не обращая внимания на боль в пальцах, снова пронзил монстра.
Содрогаясь всем телом, кальмар забился в жестоких судорогах, глаза в его шишковатой голове закатились. Раздался неразборчивый телепатический вопль, щупальца дернулись, и дутарианский Бог Кальмар совершенно обмяк.
Да, вот так. Соскребя сапогом упругий как резина труп с ветки, лорд Карстерс, желая исключить возможность новых трюков со стороны хитроумного моллюска, принялся протыкать в лежащем на мостовой кошмарном существе дыру за дырой, пока оно не стало походить на старую чатни.
Все еще не удовлетворенный, лорд продолжал колоть, пока обломанный конец ветки не расщепился о булыжник мостовой.
– О-отлично, юноша, – слабо произнес проф. Эйнштейн, ковыляя сквозь открытый дверной проем уничтоженного
– Нужно, чтобы от этой твари ничего не осталось! – пробормотал сквозь сломанный нос Карстерс. – Нельзя рисковать возможностью новой регенерации.
– Сжечь... в магазине, – предложила, тяжело дыша, Мэри, подковыляв поближе и обхватывая себя обеими руками. – Случайно загорелся... естественный жар...
– Да! – воскликнул лорд. Подняв на ветке покрытый слизью труп, Карстерс побрел в здание.
Бесконечные рулоны тканей говорили о том, что это не магазин готового платья, а модное ателье; взрыв венерианского треножника вызвал там пожар. Идеально. Ткани-то созданы человеком, но вот пожар произошел случайно и должен отвечать требованию естественного оружия.
Найдя самую большую кучу горящих платьев, лорд Карстерс с радостью освободил ветку и дал кальмару упасть в кружевное пламя. Останки разделанного в мягкую массу тела шипели словно протухший свиной жир, превращаясь в маслянистый дым.
С колокольным перезвоном из-за корпуса разрушенной фабрики выехала пожарная телега. Лошадей не было, и фургон с пожарной помпой волокла разношерстная команда грязных солдат.
– Опоздали, ребята, – сообщил им тяжело дышащий проф. Эйнштейн, прислонясь к дверному косяку. – Все кончено.
Сбросив с себя лошадиную упряжь, замызганный капрал озадаченно посмотрел на него.
– Что-что, сэр?
– Я сказал, все кончено, – ответил профессор. – Чудовище сдохло.
Капрал приставил ладонь к сильно побитому уху.
– А?
О, Господи, да они оглохли от взрыва. Будем надеяться, это лишь временно.
– Я сказал, оно сдохло! – проревел профессор, пытаясь не двигать бедром. – Монстр издох! Издох! Издох он, говорю. Говорят вам, он издох!
– Он совершенно издох, – добавил лорд Карстерс, выходя из ателье; руки его, напоминавшие товар в мясной лавке, висели по бокам как плети.
– А, так он сдох, – понял наконец капрал. – Спалили его, да? Здорово. Но давайте не будем рисковать, а?
Приблизившись к разрушенному ателье, солдаты вкатили пожарную помпу через выбитую витрину. Оставив ее посреди самого большого очага пламени, солдаты со всех ног бросились вон из ателье и выскочили оттуда как раз, когда бак с шестью сотнями галлонов минерального масла жахнул, взметнув вулканический столб пламени, вырвавшегося из всех окон и поднявшегося над отсутствующей крышей сияющим огненным шаром.
Когда изможденные исследователи отступили на безопасное расстояние, солдаты побросали в горящее ателье свои винтовки и патронташи. Поднялась беспорядочная стрельба детонирующих от жара патронов, горячий свинец рикошетил от кирпичных стен сумасшедшим перекрестным огнем. Рассыпавшись в поисках нового топлива, солдаты принялись швырять в огонь любые деревяшки, какие им удавалось найти в ближайших зданиях.