Богач, бедняк... Том 2
Шрифт:
– Ах, старина Руди, – раскатисто произнес Брэд. – Он никогда не принимает непродуманных, быстрых решений. Если ему даже нужно постричься, он раздумывает над этой проблемой недели две, не меньше.
– Если нас поддержит такой верный человек, как ты, то тем самым окажет нам бесценную помощь, – сказал Сандерлин. – Я от тебя не отстану, Руди.
– Какие могут быть сомнения, Эрик! – ответил Руди. Сандерлин рассмеялся от слов Рудольфа, словно это была похвала в его адрес.
Он и двое игроков пошли в душ, постукивая своими острыми шипами по голому деревянному полу. В клубе запрещалось находиться в
Ну, если вы собираетесь вступать в новую, грандиозную эпоху, подумал Рудольф, то придется перед входом все же снять ботинки.
Брэд остался у стойки и заказал себе еще виски. Лицо у него всегда было красным, и поэтому очень трудно различить отчего: то ли от жаркой погоды, то ли от спиртного.
– Такой видный человек, – повторил Брэд слова Сандерлина. – Все в этом городе всегда говорят о тебе, как будто ты – великан ростом в десять футов.
– Вот поэтому я и привязался к городу, – ответил Рудольф.
– Ты собираешься остаться здесь, когда уйдешь из бизнеса? – спросил Брэд, не повернувшись к Хэнку, который ставил перед ним стакан с виски.
– Кто говорил о моем уходе из бизнеса? – Рудольф никогда не делился с Брэдом своими планами.
– Слухами земля полнится.
– Ну а все же, кто тебе сказал?
– Но ты ведь действительно собираешься уходить, разве не так?
– Кто тебе сказал?
– Вирджиния Калдервуд.
Снова эта чокнутая сборщица информации, шпионка, ненормальная полуночница Вирджиния Калдервуд, как призрак, оставаясь в тени, постоянно что-то вынюхивает, ко всему прислушивается.
– Последние пару месяцев я с ней часто встречался, – продолжал Брэд. – По-моему, она очень милая девушка.
Брэдфорд Найт, упрямый студент в прошлом, уроженец Оклахомы с ее необозримыми равнинами Запада, где все воспринимается так, как показалось на первый взгляд.
– Ага-а, – неопределенно выдавил в ответ Рудольф.
– Ты обсуждал со стариком, кто тебя заменит?
– Да, был разговор.
– Ну и кто, как ты думаешь?
– Мы еще не решили.
– Ну, – продолжал Брэд улыбаясь, покраснев еще сильнее, чем обычно, – слушай, надеюсь, сообщишь своему старому студенческому корешу хотя бы минут за десять до официального объявления о вашем решении.
– Обязательно. Ну, что тебе еще сообщила мисс Вирджиния Калдервуд?
– Совсем немного, – небрежно бросил Брэд. – Что она меня любит. Ну и прочий вздор. Ты ее давно видел?
– Давно. – Рудольф на самом деле не видел ее после той ночи, когда родилась Инид. Шесть недель – это действительно давно.
– Мы с ней от души веселимся, – сказал Брэд. – Ее внешность, скажу тебе, обманчива. Она очень веселая девушка.
Вот новые особенности ее характера. Любит посмеяться. Веселая девушка. Он помнит ее бурное веселье на крыльце его дома в полночь.
– По правде говоря, – продолжал Брэд, – я подумываю, не жениться ли мне на ней.
– Для чего? – спросил Рудольф, хотя, конечно, мог легко об этом догадаться.
– Мне надоело шататься по бабам. Мне скоро сорок и захотелось спокойной жизни.
– Нет, Брэд, ты далеко не откровенен.
– Может, на меня произвел сильное впечатление твой пример, – сказал Брэд. –
– Особого супружеского блаженства в первый раз ты не испытывал, – напомнил ему Рудольф.
– Это точно, – согласился Брэд. Его первая женитьба на дочери владельца нефтяных скважин не задалась, брак продлился всего полгода. – Но тогда я был моложе. И моя жена была совершенно другой девушкой, не такая порядочная и милая, как Вирджиния. Может, на этот раз мне повезет больше?
Рудольф глубоко вздохнул.
– Не надейся на это, Брэд, – тихо сказал он. И рассказал ему все о Вирджинии Калдервуд. О ее письмах, телефонных звонках, о засадах перед его домом, о последней безумной сцене шесть недель назад. Брэд выслушал его молча.
– Должно быть, здорово, когда тебя так любят, так страстно желают, дружище, – только и сказал он, когда Рудольф закончил.
К ним подошла Джин, сияющая чистотой после душа. Она уложила волосы узлом на затылке, перехватив их черной бархатной ленточкой с бантиком, на загорелых ногах без носков – туфли с узкими носами.
– Привет, мамочка, – поздоровался Брэд, слезая с высокого табурета и целуя ее. – Разреши мне угостить тебя!
Они говорили об Инид, о гольфе, теннисе и о пьесе, которой открывался в театре Уитби новый сезон на следующей неделе. Никто из них не произносил имени Вирджинии Калдервуд, и Брэд, покончив с выпивкой, сказал:
– Ну ладно, я пошел в душ.
Подписав счет, он легкой походкой направился в сторону душевой: толстеющий, стареющий мужчина в аляповатых, апельсинового цвета штанах, постукивая, словно дятел клювом, своими дорогими шиповками для гольфа по деревянному поцарапанному полу.
Через две недели Рудольф и Джин получили приглашение на бракосочетание мисс Вирджинии Калдервуд с мистером Брэдфордом Найтом.
Орган торжественно заиграл свадебный марш, и Вирджиния пошла по проходу между скамьями в церкви, положив свою руку на согнутую в локте руку отца. Такая красивая, тонкая, хрупкая, сосредоточенная и собранная в своем ослепительно белом платье невесты. Проходя мимо Рудольфа, она даже не удостоила его взглядом, хотя они с Джин стояли в первом ряду. Жених, вспотевший и красный от июньской жары, ждал ее у алтаря с шафером Джонни Хитом. Оба в брюках в клеточку и с золотыми цепочками от часов на жилетах. Все вокруг удивлялись, почему Брэд не выбрал шафером своего близкого друга Рудольфа, но Рудольфа это нисколько не удивило.
Все, что происходит, – дело моих рук, думал Рудольф, слушая службу. Я пригласил его сюда из Оклахомы. Я ввел его в корпорацию. Я отказался от невесты. А если это все – дело моих рук, не несу ли я за это ответственность?
Свадьба проходила в загородном клубе. Длинный стол был накрыт под навесом, а на лужайке в беспорядке расставлены столики под яркими разноцветными зонтиками. Оркестр играл на террасе. Жених с невестой, уже переодевшиеся в дорожные костюмы к отъезду в свадебное путешествие, танцевали первый танец, вальс. Рудольф, глядя на Брэда, удивился, что этот полный, лишенный грации человек так здорово танцует!