Богами становятся
Шрифт:
Дар фыркнул и направился в кухню. Все сторонились его. Через дверь Рика видела, как он неторопливо повязал передник и начал доставать продукты. Её внимание вернулось к людям. Дети осмелели и расселись по краю террасы, прислушиваясь к музыке.
– Лекс, найди что-нибудь повеселее, можно шутливое или детское, – попросила она планшет.
Зазвучала мелодия, и Рика принялась танцевать. Сначала все замерли в недоумении, а после принялись аплодировать и пританцовывать вместе с девушкой. Дети визжали от восторга и прыгали, наблюдая за фигурой в белых одеждах. Мелодии сменяли одна другую, и веселье набирало обороты. При ритмах старинного фламенко Рика сняла с мужчины шляпу, у дамы – платок с шеи, и танец тореадора
– Мне нужна красавица, – громко сказала Рика, протягивая руку в толпу.
Её слова перевели. Женщины смущались и прятались за спины мужчин. Элен искала себе партнёршу для танца, играя роль кавалера. Никто не соглашался. Скользнув по толпе, взгляд Ри остановился на маэлте. Госпожа протянула к нему руку и посмотрела с вызовом. Усмехнувшись, Дар запрыгнул на террасу, у кого-то по пути отняв веер. И в следующее мгновение, скрыв лицо за ним, “роковая красотка” бросила взгляд на толпу. Длинный передник играл роль юбки; волосы, собранные в свободный хвост, юноша распустил; движения стали плавными и жеманными. Дар забавлялся. Рика, просияв и шутливо схватившись за сердце, шагнула к “роковой дамочке”, по дороге сняв с чьей-то головы заколку-цветок и зацепив её над ухом у «партнёрши». Они принялись танцевать.
Хорошо чувствуя ритм и идею “кавалера”, маэллита танцевала, соблазняя движениями и строя умильные рожицы. Рика сияла, кружа в танце “партнёршу” и не отставая в мимике. Первый ступор у толпы сменился интересом, и все втянулись в танец. “Кавалер” в белом пытался достичь благосклонности, а его “дама” лишь фыркала и была по-прежнему неприступной. Вот сменилась мелодия, и под бодрые ритмы польки танцоры запрыгали по террасе. Отбросив веер, Дар подхватил «юбки», и, как заводная кукла с негнущимися конечностями, кружил, и бегал наравне с Рикой. В канве танца “кавалер” просил поцелуй, “дама” отказывала. Но вот “она” сдалась, и, встав в метре друг от друга и с прямой спиной склонившись к губам партнера, они громко чмокнулись, в следующее мгновение отвернув головы в стороны и синхронно высунув языки, скривились в гримасах. Толпа взорвалась овациями, а пара продолжила. Следующим танцем было лёгкое танго, и Рика обвила рукой талию юноши. Загадочный взгляд и податливость гибкого тела опьяняли. В какой-то момент она притянула его к себе, взяла пальцами за подбородок и, повернув его лицо к людям, выдохнула в ухо:
– Посмотри, ты им нравишься. Они не боятся тебя.
Дар замер, разглядывая толпу. На него смотрели сотни глаз, все с обожанием, восторгом, удивлением или нежностью, но ни в одном взгляде он не заметил страха. Рика продолжала танцевать вокруг юноши, замершего соляным столбом посреди террасы. Маэлт был поражён переменами. Хлопая своими длинными ресницами, он не верил, что так легко смог добиться этого. Рика пыталась вернуть его в танец, но, устав теребить, вновь приникла к уху и выдала:
– Ну же, красавица моя, танцуй!
Дарниэль очнулся и продолжил танго. Ближе к концу мелодии танцоры встретились многозначительными взглядами и кивнули друг другу. На последних аккордах они закружились вихрем, скинув шляпу и передник, замерли. Скрестив руки на груди, стоял юноша с гордой осанкой; перед ним хрупкая девушка прятала носик в цветке-заколке, сжавшись в комочек под защитой кавалера. Они вернулись к действительности, скинув маски, под которыми танцевали. Аплодисменты оглушили. Повернувшись лицом друг к другу, оба улыбались. Когда шум немного утих, Ри вновь
– Как там наш обед?
Вспомнивший что-то юноша стрелой метнулся в кухню, а Элен присела отдохнуть, в то время как Лекс поставил детям забавный танец.
К вечеру пришло сообщение о начале навигации с завтрашнего дня, и Дарниэль с Рикой засобирались домой.
====== Глава 54 Голос сердца ======
Покатилась рабочая неделя; Рике выдали премию, о размерах которой она умолчала. Везде, где она появлялась, находились те, кто узнавал героиню последних событий, а знакомые ещё и Дарниэля благодарили и просили передать для госпожи послания. От этой славы она устала больше, чем от работы, нахлынувшей после вынужденного затишья. В выходные, накануне новой недели, они пробыли в Этносе до самого вечера. Рика почти всё время спала и не видела грустного взгляда, который бросал Дар на семьи Этноса, на молодые парочки, изредка заходящие в их уголок сада. Ему было одиноко.
Следующая неделя тоже пронеслась для Рики незаметно, а маэлту она показалась бесконечной. Приехав вечером в квартал, он попросил госпожу посидеть с ним в ресторане, дабы ни у кого не возникло желания приставать к одинокому юноше. Она согласилась. Сидя на улице, они молча смотрели на гуляющий народ, смеющихся молодых и не очень людей, занятых своими делами, на влюблённые парочки. Поникшие плечи и непроницаемая маска на лице маэлта говорили о том, что его что-то гложет. Пытаясь понять, что вновь испортило настроение юноше, Элен прокручивала в голове события последних дней и следила за блуждающим взглядом раба. Было уже очень поздно, когда девушка осторожно предложила:
– Может, пойдём отдыхать? У тебя завтра тренировка, уже поздно, ты не выспишься.
Дар молча встал и направился в апартаменты. Идя следом, Рика продолжала свои попытки понять причины ухудшения его настроения, но никак ничего не шло на ум. Проворочавшись, она уснула почти под утро, но проснулась рано и переползла в шезлонг на террасе. Она видела, как закончилась служба в храме, как стали выходить люди и Дар показался в дверях зала. Он провожал людей тоскливым взглядом, смотря им вслед.
Рика заметила старую знакомую, Ириме, она с сыном тоже выходила из здания. Присев перед малышом на колени, женщина обняла его и поцеловала в щёки; девочка-подросток взяла ребёнка за руку и повела в сторону внутренней улицы, а его мама пошла в другую сторону, в ресторан. Дар следил за ней взглядом до самых дверей, после чего скрылся в зале. Рика почти не дышала. Грудь сдавило от боли, к горлу подступил ком.
Сколько она просидела в таком состоянии – неизвестно, но маэлт окончил свои занятия и пришёл на террасу: наступило время косметических процедур, и монах уже стоял неподалёку. Не глядя друг на друга, они занимались каждый своим делом, не видя ничего вокруг. Обед прошёл в тишине, даже голограмма Лекса молчала. Дар ушёл на вторую тренировку, а Рика принялась метаться под навесом.
Прошло около трёх часов, когда юноша закончил и пошёл в сторону сауны. Туда же направился массажист, поклонившийся Рике. Теперь она не металась, а стояла возле одной из колонн и не сводила взгляда зелёных глаз со здания неподалёку. Массажист вскоре вышел, и в сауне должен был остаться только Дар, остальные были заняты работой.
Решение пришло внезапно. Сорвавшись с места, Элен побежала в ресторан. Стоя в темноте коридора, она высматривала свою жертву. Вот девушка шагнула в проход, и госпожа, поймав её, зажала рот, чтобы та не кричала. Когда же пойманная рассмотрела своего похитителя, то лишь удивлённо подняла брови. Рика поманила Ириме за собой, та опасливо пошла следом. Прячась от встречающихся на пути работников и жителей Этноса, они пробрались в сад, где, спрятавшись под раскидистым кустом акации, Элен повернулась к девушке.