Богиня Модильяни
Шрифт:
– Ничего себе – ошибочка! – возмутилась Марго. – Они даже матрас на кровати вспороли! Как, по-вашему, для чего они это сделали?
Капитан подумал, затем пожал широкими плечами и сказал:
– Не знаю. Возможно, он им просто не понравился.
– Глупость какая, – резко заявила Марго.
– Другого объяснения у меня нет, – невозмутимо ответил Медведев. – Если, конечно, вы не подпольный миллионер и не прячете деньги в постельном белье. Так вы будете писать заявление?
– Я уже сказала, что нет.
– В таком случае мне пора. Я заметил,
– Угу.
– Заприте за мной дверь на замок и накиньте цепочку.
Милиционер повернулся и двинулся к двери косолапой походкой старого, усталого медведя.
– Эй! – окликнула его Марго.
Он обернулся:
– Что?
Марго показала пальцем на лифчик, который милиционер все еще держал в руке. Капитан покраснел.
– Простите. – Он аккуратно повесил лифчик на спинку стула. – Это я чисто машинально.
– Не сомневаюсь, – насмешливо сказала Марго. – А вы знаете, что в машинальных поступках человека обнаруживаются его сокровенные желания? Это еще Фрейд писал.
– Вы хотите сказать, что мое сокровенное желание – ходить по городу с вашим лифчиком в руке?
Марго сочувственно улыбнулась:
– Не стоит этого стыдиться. Главное, не перепутайте лифчик с пистолетом, когда придется стрелять в преступника.
– Постараюсь, – сказал капитан. Он сунул руку в карман, вынул листок бумаги и протянул Марго: – Здесь записан мой мобильный телефон. Если что-нибудь поймете – звоните. До свидания.
И он ушел. А Марго осталась одна в выпотрошенной, как курица, и вывернутой наизнанку, как старая рукавица, квартире.
8
Сварив кофе, Марго уселась за стол с большой чашкой в руках и, попивая горьковатый напиток маленькими глотками, попыталась проанализировать свои ощущения.
С одной стороны она, конечно же, была напугана. Довольно жутко, вернувшись домой, обнаружить, что в твоей квартире кто-то побывал. А тут еще распахнутые шкафы и сваленные на полу вещи… Злоумышленник не просто взломал дверь, он рылся в ее вещах, нижнем белье, документах, записях.
Думая об этом, Марго поймала себя на том, что чувствует себя беззащитной и уязвимой. Вместе с тем ее не покидало чувство легкой брезгливости. Ведь квартира, в которой жила Марго, была для нее своего рода святилищем. Мебель здесь стояла так, как ее расставила Марго. Вещи лежали там, и только там, куда она их положила. Маленькую резную тумбочку из тисового дерева, купленную на распродаже в Тверском антикварном салоне, она притащила с собой от Дронова, потому что обожала ее и не желала с ней расставаться. Теперь эта тумбочка распахнута чужой рукой, а резная дверца грубо сорвана с петель.
Вторжение чужого человека осквернило квартиру, и теперь все здесь было Маргарите противно. Но думать нужно не об этом. Что могли искать воры? Дверной замок довольно хитрый. Даже сама Маргарита открывала его с трудом. Она была убеждена, что злоумышленникам пришлось здорово повозиться, прежде чем
Ее квартиру выбрали.
От осознания этого факта Марго стало не по себе, она передернула плечами и испуганно огляделась, словно опасалась, что злодей, выбравший ее квартиру, все еще прячется здесь.
Итак, ошибки не было. Но что здесь может быть такого, чего нет у соседей?
Марго сняла эту «двушку» три месяца назад, как только окончательно порвала с Дроновым. Квартира была меблирована. Шкафы, телевизор, холодильник, стиральная машина – полный комплект предметов, которые облегчают человеку жизнь и делают ее более комфортной.
Может быть, до того, как она сюда въехала, здесь жили какие-нибудь наркоманы? Не похоже. Все чисто, обои – как новенькие, потолки белоснежные, на окнах стеклопакеты. Да и соседи – приличные люди. Правда, Марго до сих пор с ними не познакомилась, но, судя по тому, что по вечерам тишину подъезда не нарушали крики, грохот, звон бутылок и вопли магнитофона, люди здесь жили вполне добропорядочные.
Марго вздохнула. В голову ей не приходило ничего толкового.
Милиционер, конечно, действовал абсолютно непрофессионально. Даже соседей не опросил. Но, с другой стороны, зачем ему напрягаться? Вещи не пропали, заявление Марго писать не стала. Нет заявления, нет и расследования. На месте капитана Медведева Марго поступила бы точно так же.
Допив кофе, Марго решила больше не терзаться. Что было, то было. А сейчас нужно сделать уборку и вызвать слесаря, чтобы сменил замок.
9
Утро выдалось солнечным, и на душе у Марго, несмотря на вчерашний неприятный инцидент, было светло. Она даже решила плюнуть на диету и сделать себе гренки, которые обожала с детства. Хрустящие гренки с горячим сладким кофе – что может быть лучше? Веркины круассаны «из самого Парыжа» отдыхают.
Гренки Марго поглощала, глядя в окно и весело щурясь от солнца. Все-таки жизнь – великолепная штука! И никакой гад не сможет ее испортить. Даже сумасшедший вор, который влез в квартиру, чтобы расшвырять по полу ее лифчики. Или мерзавец Дронов, который упорно отказывается признаваться в том, что прислал ей свою мазню. Неужели он думал, что она повесит эту дрянь на стену и будет любоваться ею с утра до вечера и с вечера до утра? Бред!
Впрочем, картинка была симпатичная. Странно, что бездарный мазила Дронов, у которого даже яблоки выходят похожими на дыни, сумел так удачно распределить краски на холсте. Эта женщина на диване… Ее кожа не просто золотилась, она словно светилась изнутри. Модель лежала на диване вполоборота. Полупрофиль у нее был точеный, немного резкий и все же необыкновенно женственный. Она была похожа на царицу, разоблачившуюся и улегшуюся на диван в ожидании любовника. Какого-нибудь юного офицера из свиты.