Боль
Шрифт:
Димитрий посмотрел на Наташу, качавшую Юру, как младенца.
– Может они успели с ней, что-то сделать?
Карие глаза на него злобно посмотрели.
– Не возможно, а точно.
Наташа долгое время качала юношу на своих руках. Юра мучился от боли, кричал, дергался и от неожиданной боли ударял Эмми по плечу, но она не бросила его, только стиснула его сильнее.
Все тело Юры горело от боли, но в объятиях Наташи ему становилось легче, и именно она придавала ему волю - вытерпеть всю боль!
Боль была безумна.
Именно
Он хотел поднять руки, разорвать грудную клетку и выдрать из нее сердце - только бы прекратилась пытка. Но рук он не чувствовал, не мог пошевелить ни одним бесследно исчезнувшим пальцем.
Боль разгорелась сильнее, и ему захотелось кричать. Умолять, чтобы его убили - он не мог вынести ни секунды боли. Боль шла из сердца, прогрызало путь к плечам и животу, ошпаривало глотку, лизало лицо.
Юра хотел только умереть. Никогда не появляться на свет. Вся его жизнь не перевешивала этой боли, не стоила единого удара сердца.
Убейте меня, убейте, убейте.
Бесконечный космос мучений. Лишь болезненная пытка, да еще мои безмолвные мольбы о смерти. Больше не было ничего, не было даже времени. Боль казалась бескрайней, она не имела ни начала, ни конца. Боль казалась бескрайней, она не имела ни начала, ни конца. Один безбрежный миг страдания.
Единственная перемена произошла, когда внезапно боль удвоилась, вдруг тоже вспыхнула.
Бесконечная боль все бушевало.
Прошли секунды или дни, недели или годы, но, в конце концов, время снова появилось.
Одновременно произошло три вещи - они выросли одна за другой, и Юра понял, что случилось в начале: время пошло, он стал сильнее.
Власть над собственным телом возвращалась к нему постепенно, и благодаря этому он смог почувствовать ход времени.
Хотя огонь ни капельки не ослаб - наоборот, он даже научился воспринимать его по-новому, ощущая каждый порыв боли в отдельности от других, - он вдруг обнаружил, что он начинает трезво мыслить.
Например, вспомнил, что находится в руках Наташи, и она от него ни на шаг не отходит. Она продолжала его качать, как младенца в своих руках, продолжала целовать в лоб. Она до сих пор с ним после того всего что между ними было.
После того, как играл с ее чувствами, относился к ней, как к тряпке и не ценил. Врал про нее разную мерзость, однажды про нее в школе ходили ужасные слухи, но их развеял Алекс.
Алекс.
Как же он подходит ей, какая у них любовь! Теперь Юра понял, чего хотел больше всего на свете: искренней любви, как у них. Он хотел любить, уделять этому человеку время и принадлежать только ему. Он хотел, чтобы его любили, но не понимал, что Наташа когда-то любила его, но не сейчас! Он сам разрушил их отношения, тем самым отвернул от себя Наташу и заставил возненавидеть его!..
Какой
Юра услышал ее голос:
– Терпи. Это только начало.
Начало? Куда боль может быть хуже?!
Но она оказалась права, боль стала сильнее.
Юра выгнулся и закричал от сильной боли.
Смотря в одну точку, Наташа сильнее сжала его в своих объятьях, прижимая к своей груди. Она не позволяла ему вырваться, заставляя терпеть боль.
Наташа потеряла ход времени.
С нее никто не сводил глаза.
Алекс, смотрел на нее, поражаясь, что всю ночь и день провела, обнимая Юру. Она смотрела в пол, ничего не видя, ни чего не слыша, игнорируя предложения поесть и выпить воды.
12глава. Поступок.
Димитрий не удержался на ровном месте и поднялся на чердак, где Серена занималась химическими делами. Она завязала красивые волосы резинкой и надела очки (хотя всегда находилась в них). В помещение была так же Катарина с Алисой, они играли в шашки, потому что они не умерили играть в шахматы. Дамы не обратили на него внимания, потому что были увлечены игрой. Они не желали видеть происходящее на первом этаже, уж слишком страшная картина.
Димитрий сел на стул в уголочке, смотря на сестру.
– Ну, что там с ДНК?
– спросил он.
Темно-зеленые глаза посмотрели на него, она тяжело вздохнула и облокотилась на стол спиной.
– Ты был прав.
Димитрий едва заметно улыбнулся.
Алиса же упустила свободный ход и потеряла одну дамку.
Серена, же продолжила.
– С ней, что-то не так.
Алиса подняла голову, а Катарина обернулась сидя на стуле.
– Это и так ясно.
Темно-зеленые глаза посмотрели на Катарину.
– Это характеризует ее поведение. Она не свихнулась, но я не в силах дать ответ, что именно с ней происходит.
– Серена перевела взгляд на брата.- Но я знаю, что с ее ДНК неполадки.
Три пары глаза внимательно посмотрели на нее.
Алиса от волнения не могла шелохнуться, кровь забурлила бурным потоком, сердце стало чаще биться.
Димитрий сузил глаза.
– Ее ДНК смешено с двумя другими ДНК.
Катарина открыла рот, вскидывая голову.
– Одно из ДНК принадлежит Алексу.
Алиса вскочила со стула, опрокидывая его, Димитрий напрягся.
Алекс не мог поделиться кровью с Наташей, он все время был рядом с Димитрием... никак не мог, во время его срыва Наташа была рядом с Димитрием.
– Но я не могу определить, как ДНК влияет на ее организм, - продолжила Серена, выводя брата из мира размышлений.
– Убивает ее или лечит.
– Кому принадлежит второе ДНК?
– спросила Катарина.
– Я не знаю...
– Дойлу!
– резко оборвал Димитрий, смотря в пол, но взгляд перевел на сестру.
– ДНК принадлежит Дойлу и...