Болевой прием
Шрифт:
Рывком распахнув дверь, я нос к носу столкнулась с милицейским старшиной-автоматчиком. Мне ничего другого не оставалось, как ударить его под колено, а потом рукояткой трофейного пистолета в голову. Впереди со стороны выхода послышались шаги, причем шагало сразу несколько крупных, тяжелых товарищей. Быстренько затолкав потерявшего сознание старшину в комнату, где меня допрашивали, я рванула в обратную от выхода сторону. Через пост дежурного мне так просто не прорваться. А если я убью или даже раню мента, то все... К тому же мне совсем не хочется стрелять в этих людей, которые, в общем-то, по-своему выполняют долг. Быстренько миновав коридор, я увидела дверь с характерной буквой «Ж». Как говорится, очень кстати! Я тут же скрываюсь в женском туалете
– Кричать не надо! – произношу я, упирая ствол пистолета в изрядно оплывшую шею дамы-майора.
Толстые розовые щеки заметно бледнеют, следы моих ногтей, длинные полосы-царапины, видны особенно ярко. Тем не менее дама-майор старается сохранить спокойствие. В ее поросячьих глазках ужаса нет, или его попросту не видать из-за того, что глазки дамы-майора такие маленькие... И тут же мне в голову окончательно приходит спасительное решение.
– Снимай форму и не вздумай завизжать! – командую я жирной майорше и ослабляю хватку.
Той ничего иного не остается, как повиноваться. Команду мою она выполняет быстро, но без суеты. Опыт у майорши есть, уже оценила, кто я, поняла, что церемониться с ней не буду, руки мне так просто не заломаешь.
Лишь когда я переодевалась в ее форму, она заметно вздрогнула, видимо, сравнив собственную заплывшую жиром фигуру, отвислую задницу и похожие на толстые розовые сардельки ноги с моими изящными ножками и всем остальным...
Не проходит и пары минут, как я в майорской форме неторопливо следую по коридору. Волосы собраны в узел на затылке, я эдакая скромная служительница закона. По коридору пробегают двое автоматчиков, не обращая на меня внимания. Дама-мент была пониже меня, но куда жирнее, поэтому форма сидит на мне соответствующим образом, но сейчас не до этого. Я оставила ее в одних трусиках и лифчике, велев не подавать голоса в течение десяти минут. Этого времени мне должно было хватить.
– Эй, постойте-ка! – слышу я за спиной, уже подойдя к посту дежурного, за которым спасительный выход.
Вместо ответа лишь убыстряю шаг.
– Стойте! – кричат уже требовательно и с угрозой.
Передо мной вырастает фигура дежурного-сержанта. Я стреляю в него через форму и сбиваю с его головы фуражку. Сержант шарахается назад, но я успеваю сделать ему подсечку, и он падает, освобождая ход. Одним прыжком я оказываюсь за дверью, во дворе. На мою удачу, я замечаю статную фигуру Антонины. Она переоделась в гражданское и, видимо, была отпущена домой после пары дежурных вопросов. Сейчас она садилась в машину «Опель Кадет», на водительское место. Когда я оказалась рядом с ней, капитан Глебова лишь фыркнула и покачала головой. Видимо, оценила, как я выгляжу в ментовской форме.
– Поехали! – только и произношу я.
– Куда?! – недоумевает Антонина, однако слишком хорошо знающая своих коллег и потому готовая мне помочь.
– По адресу Огуреева, – говорю я и на память произношу то, что совсем недавно капитан Глебова сама же и выискала.
Сейчас спасти меня может только этот самый Борис Огуреев. Если я найду его, то у меня появится шанс уцелеть...
Глава 10
– Я не понимаю... Генерала Прохорова ты не убивала?
– Лекцию про коррупцию,
– Если наши болваны что-то соображают, то мою машину уже сейчас объявили в розыск, – Антонина вовремя переходит на более актуальную тему.
– Интересно с болванами работать? – спрашиваю я, скидывая майорский китель.
– По-всякому... – мотает головой Глебова. – Все, из района выехали, дальше сама! Метро через улицу!
Антонина права. Даже если никто не видел, что я села в ее машину, вполне могли догадаться. Втравлять Антонину в свои дела мне не хотелось. По службе неприятности она, считай, уже заработала, но это ерунда! Главное, чтобы в живых оставили.
– Ладно, спасибо за все! – говорю я и покидаю салон.
Сейчас я одета в кокетливые шорты и коротенькую маечку. Вполне по сезону, солнце палит, но вполне умеренно, пару дней назад было жарче. Волосы по-прежнему стянуты в хвост на затылке, на носу очки. Сверху я выгляжу «синим чулком», снизу довольно-таки фривольной изящной дамой. Моя задача проделать все как можно быстрее. Огуреев – моя единственная зацепка за похитителей Павла Шорникова и... единственная надежда, что после моей беседы с ним охота на меня прекратится.
Добравшись на метро до нужного адреса, я уже подошла к нужному подъезду, когда услышала следующий диалог.
– Борь, вечером зайду?
Это произнесла средних кондиций и умеренной трезвости девица в еще более коротких, чем у меня, шортах.
– Не знаю, – ответил ей здоровенный парень, выглядевший куда цивильней девицы.
После этих слов, не оглядываясь, он двинулся в сторону автомагистрали.
– Огуреев? – небрежно поинтересовалась я, даже не поздоровавшись.
– А тебе чего? – не переставая жевать жвачку, переспросила та.
– Мне говорили, Огуреев машину продает... Ну, тачку в смысле! – пояснила я открывшей рот девице.
На пару секунд она перестала терзать своими лошадиными челюстями резинку.
– Может, и продает, – продолжила жевать жвачку. – Ты к нему за этим?
Сейчас она была очень похожа на Свету Букину из сериала «Счастливы вместе».
– Ну да, знакомые адрес дали.
– Он в маркет пошел, через минут двадцать вернется.
– Спасибо, зайду позже.
Разговаривать с Огуреевым в присутствии этой девицы смысла нет. Поищу его в маркете. Но не успела я войти в маркет, как увидела его здоровенный коротко стриженный силуэт, покидающий магазин и двигающийся в сторону метро. Следую за ним, что еще делать? Устроить с ним «крутую беседу» в вагоне метро? Или там, куда он едет? Для меня сейчас счет идет даже не на часы, а на минуты... На эскалаторе не поговоришь, поезд пришел, как только Огуреев, а следом за ним и я, сошли с движущейся лестницы. Одна из дверей второго вагона не открывалась, как раз перед носом моего объекта. Тот, не долго думая, саданул по ней ногой. К нему тут же не замедлила приблизиться рослая, решительная дежурная по станции.
– Прекратите ломать вагон! – громко и властно произнесла она.
И тут же сама, не менее сильно, ударила ногой по той же самой двери. Та немедленно открылась.
– Ну и чего орать было? – раздраженно спросил «мой», занося ногу в вагон.
– Потому что у меня квалификация есть, – с чувством брезгливого превосходства ответила дежурная. – Знаю, куда и сколько бить!
Итак, мы оба в вагоне метро. Пассажиров не сказать что слишком много, но и не мало. Сидячих мест нет. Меня объект не видит. Я же ненавязчиво протискиваюсь совсем близко к нему. Народу вокруг нас немного, если разговаривать тихо, то никто не услышит. Но захочет ли Огуреев со мной побеседовать, да еще полушепотом? И тут, на мою удачу, поезд метро останавливается. Не на остановке, а посередине тоннеля. Такое иногда бывает, но многие пассажиры, помня о недавних взрывах в подземке, начинают в такие минуты сильно нервничать. Мне не остается ничего другого, как воспользоваться сложившимися обстоятельствами.