Бора
Шрифт:
– Папочка, я тоже тебя люблю, – шёпотом выговорила Мира.
За дверью послышались выстрелы. Вздрогнув, девушка обернулась.
– И почему же нельзя раскрыть правду сейчас? – внимательно оглядев отца, возмущённо поинтересовалась юная особа.
На бледном осунувшемся лице учёного отчётливо выделялись синяки под глазами. Евгений Соколов предстал перед дочерью в неопрятном виде. Дрожащей рукой он протянул ей револьвер. Нехотя приняв оружие, девушка, не отводя взгляда, произнесла:
– Ты не ответил.
– Люди ещё не готовы лицезреть истину, – философски
– Да. Помню, ты учил меня.
Глубоко вздохнув, он сжал в объятиях родное существо.
– Мира, ты должна… Обязана выжить любой ценой. И помни, – самозабвенно забормотал учёный, – страх рождает сомнение, сомнение есть опухоль, а опухоли растут.
Утерев слёзы с дорогого сердцу лица, отец улыбнулся, пытаясь казаться бодрым и смелым. Глубоко внутри не принимаемые сознанием чувства подсказывали Мире: это была последняя их встреча, больше они никогда не встретятся, не в этом мире.
– Тебе пора, беги, – резко прервав прощание, прошептал учёный и, силком вытолкнув дочь за порог, захлопнул тяжёлую дверь.
Из кармана его зловеще выпирал пистолет. Спустя мгновение до обострённого слуха сквозь хаос донёсся звук одного-единственного выстрела. Роковой поступок подталкивал к немедленным действиям, однако, застыв в ужасе, Мира, не способная пошевелиться, не могла заставить себя двигаться дальше, пока слёзы отчаяния бурной рекой лились из глаз.
Белая непрозрачная дымка наполняла помещение. Почувствовав горький привкус во рту, девушка прикрыла воротником нос и медленно сползла по стенке вниз. Дышать становилось всё труднее. Сквозь пелену, застилающую глаза, Мира ползком двинулась вперёд. Мгла, обволакивая, преграждала дорогу. Соскользнув в чём-то липком, ладонь дёрнулась вперёд, уткнувшись в мягкую тёплую плоть. Внимательно оглядев руку, Мира обнаружила отчётливые кровяные следы на запястье, а после тонкое обоняние уловило и слабый металлический запах.
Лихорадочно ощупав влажный холодный пол, рука, упершись в тело, плавным движением достигла шеи – пульса не было. Сдерживая громкий вздох, девушка рванула в сторону, по неосторожности налетев на очередной труп. Вскочив, Мирослава, устремилась прочь, ориентируясь вслепую по памяти, то и дело спотыкаясь о бездыханную мертвечину.
– А ну стоять! – раздался требовательный возглас позади.
Не подчинившись, беглянка ускорила темп и, завернув за угол, скрылась за дверью. Свежий воздух наполнил разрывающиеся на части лёгкие. С облегчением отдышавшись, девушка тщательно прислушалась. Тяжёлые шаги, следуя за жертвой, неумолимо подбирались всё ближе. Раздались выстрелы. Отпрянув от дверного проёма, Мира, судорожно оглядев лестничную клетку, устремилась вверх, цепляясь за металлические поручни.
Тупая боль, приглушаемая смятением, пронзила предплечье. Кровь редкими каплями оставляла на полу отчётливые следы. Сильный грохот за спиной заставил ускорить нетвёрдые шаги. Сжав револьвер в здоровой руке, девушка уверенно закрепила указательный палец на спусковом
– Попалась, – ехидно произнёс человек в военной форме.
Слабая дымка витала в воздухе. Хорошая видимость позволяла отчётливо разглядеть пустынный коридор, несколько знакомых ребят, чьи изувеченные тела застыли в неестественных позах, и очертания высокого широкоплечего мужчины, лицо которого тщательно скрывалось респиратором. Недолго думая загнанная жертва направила оружие в сторону агрессивного незнакомца. Раздался выстрел. Из ближайшей комнаты выскочил человек в защитном костюме.
– Ах ты, тварь! – донёсся визгливый оклик стремительно приближающегося силуэта.
Застыв, Мира молча наблюдала, как, ощупав труп товарища, неизвестная личность направила ствол на её дрожащее испуганное тело. Одно нажатие спускового крючка – и пуля попала нападавшему в голову. Повалившись на белый кафель, незнакомец, несколько раз содрогнувшись, издал последний вздох.
Из комнаты осторожно выглянула светловолосая макушка.
– Сава, – с облегчением выговорила девушка.
– Ты спасла меня! – прерывающимся голосом отозвался парень. – Заходи быстрее, – добавил он, поманив юную особу тонкими длинными пальцами.
В апартаментах царили пустота и тишина. Крепко обнявшись, ребята страстно поцеловались. Почувствовав родной запах, Мира, наконец, осознала, как сильно вымотал и физически, и морально последний час, переполненный немыслимыми событиями.
Удобно устроившись на софе, девушка с облегчением облокотилась на юношу. Словно маленькая хрупкая девочка, она искала укрытие под крепкой горячей рукой. Ей не хватало отца.
– Что творится? Что происходит? – немного успокоившись, поинтересовалась она.
– На свободу вырвался вирус, я не знаю как, – отозвался Савелий, – мне сообщили эту информацию те двое, которых ты застрелила, они ведь тоже собирались меня убить.
– Но почему? – отгоняя мысли о совершённом ею убийстве, недоумевала девушка. – Почему они жаждут нашей смерти? Почему нас расстреливают словно скотину, будто мы пушечное мясо?
– Военные полагают, что мы все заражены.
– Откуда, откуда здесь мог взяться вирус? – срываясь на крик, отчаянно воскликнула Мира.
– Тише, только тише, нас услышат, – взмолился парень.
– На Селене инфекция не передаётся воздушно-капельным путём, – успокоившись, заметила юная особа.
– Однако симптомы налицо. Многие впадают в кому, и их добивают. Я сам видел.
Сердце в отчаянии забилось сильнее. Загнанные в клетку перед массовой бойней, влюблённые притаились в укромном убежище и, не издавая лишних звуков, отсчитывали секунды до рокового сражения.
– А где Игорь и Кристина? – прервав безмолвие, спросила Мирослава.
– Я потерял их из виду, когда пытался найти тебя.