Борьба с будущим
Шрифт:
:30
Он смотрел, как утекают последние секунды, но по-прежнему ничего не предпринимал. Наконец он уронил голову на грудь, но даже в этот момент отчаяние не захлестнуло его. Он до последней минуты оставался предан Бюро.
Снаружи немилосердно палило солнце.
— Малдер! — снова крикнула Скалли. Он наконец послушался и поспешил к автомобилю.
— Садитесь скорее, ради Христа, — прошипел агент, стоящий у открытой двери со стороны водительского сиденья. — Она в любую секунду может…
Малдер шмыгнул на заднее сиденье, Скалли села спереди, и машина тронулась. Они обернулись, чтобы посмотреть через заднее стекло. Казалось, не машина едет
И вдруг оно взорвалось. Огромный шар багрового пламени вырвался с нижнего этажа и на глазах разросся до такого размера, что заслонил весь горизонт. В тот же миг наружу вместе с дымом вылетели искореженные обломки арматуры и брызги битого стекла. Раздался оглушительный грохот. Скалли закричала, но ее голос потонул в ужасающем реве. Она ударилась плечом о дверцу, когда взрывная волна бросила их автомобиль на какую-то машину, припаркованную на улице. Седан медленно задрал корму, встал на передние колеса, а потом с лязгом опустился; со всеми машинами вокруг них произошла та же история. Послышался громкий треск, и небьющееся заднее стекло мелкими гранулами осыпало сиденья и пассажиров.
— Все целы? — проорал водитель, перекрывая грохот.
— Ка… кажется, да, — выдохнула Скалли.
Снаружи весь асфальт был усеян осколками стекла. В воздухе — словно в замедленной съемке — клубились в плавном танце почерневшие обломки, пепел, искореженные куски металла и горящей пластмассы. Малдер и Скалли в ужасе смотрели, как уцелевшая сторона здания возникла из дыма, и стало видно, как внутри него по пустым коридорам проносится пламя, оставляя за собой руины. От первого этажа и до самой крыши бушевал пожар. Вдалеке завыли первые сирены.
На заднем сиденье седана Малдер помотал головой, вытряхивая из волос блестящие осколки небьющегося стекла. Потом медленно высунулся в разбитое боковое окошко и открыл дверь. Он выбрался из машины, и Скалли последовала его примеру. Их обоих трясло. Молча глядели они на пожар, на осколки стекла и на летающие по воздуху клочья горящей бумаги.
— В следующий раз покупать воду поймешь ты, — мрачно сказал Малдер.
Штаб-квартира ФБР
Эдгар-Гувер-Билдинг
Вашингтон, округ Колумбия
На следующий день
Надпись на двери гласила:
КАБИНЕТ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ОТЧЕТОВ
В этом самом кабинете, нервно ерзая на стуле, сидела Скалли. Поскольку место рядом с ней слишком вызывающе пустовало, ей стоило больших усилий сосредоточиться на том, о чем говорилось в комнате.
— Принимая во внимание, что Уэйко и Руби Ридж…
Скалли закусила губу. Это был важный, слишком важный отчет, чтобы Малдер на него опоздал; но и сама Скалли едва успела прийти вовремя: после бессонной ночной дороги из Далласа обратно в округ Колумбия она смертельно устала. Перед нею за длинным столом сидели шесть помощников директора. Они с важным видом копались в своих бумагах и время от времени с достоинством прокашливались. Во главе стола переговоров восседала помощник директора Джана Кассиди и вещала с видом человека, который держит судьбы мира в своих сильных и очень ухоженных руках. У нее были безупречно уложенные волосы — крашеные, но так хорошо, что цвет их казался вполне натуральным.
— …поскольку катастрофическое разрушение общественной собственности и человеческие жертвы в результате террористических акций…
Сидящий рядом с Кассиди помощник директора Уолтер Скиннер спокойно взглянул на Скалли
— Многие детали операции до сих пор не до конца ясны, — сказала Кассиди. Взгляд се холодных голубых глаз уперся в Скалли, и она многозначительно добавила: — Некоторые агенты еще не представили своих докладов или представили их отрывочно, без удовлетворительного отчета о событиях, в результате которых произошел взрыв в Далласе. По министр юстиции и генеральный прокурор потребовали от нас дать точную картину случившегося, чтобы они могли сделать официальное заявление.
И тут Скалли услышала тот звук, который так напряженно ждала: приглушенный скрип открываемой двери и знакомые шаги. Она обернулась и увидела Малдера. Его свежеизмятый пиджак с трудом выполнял свою функцию ѕ скрыть тот факт, что на его хозяине та же рубашка, что и вчера. Лицо Малдера было перекошено, как у человека, который понимает, что опаздывает на собственные похороны. Скалли не посмела улыбнуться, но почувствовала, что на сердце у нее становится легче от того, что Малдер выдвигает стул рядом с ней. Он не произнес ни слова, только взглядом поприветствовал Скалли и тут же сосредоточил все внимание на Кассиди. Та глянула на них весьма неласково и, не дожидаясь, пока Малдер сядет, продолжала:
— По нашим сведениям, во время взрыва погибли пять человек. Специальный агент Дариуш Микод, который пытался разрядить взрывное устройство, скрытое в торговом автомате, трое пожарников из Далласа и маленький мальчик.
Рука Малдера застыла на спинке стула. Он быстро взглянул на Скалли, но та лишь приподняла бровь в знак того, что существование жертв среди населения для нее тоже явилось новостью. Малдер решительно покачал головой:
— Извините меня, — обратился он к Кассиди, стараясь говорить ровным тоном. — Разрешите уточнить: пожарники и мальчик — они были в здании?
Прохладный взгляд Кассиди стал ледяным.
— Агент Малдер, так как вы оказались не состоянии прибыть на это собрание вовремя, я хотела бы попросить вас покинуть зал, чтобы мы могли услышать факты в изложении агента Скалли. Таким образом она будет избавлена от необходимости терпеть вашу непочтительность, которую вы выражаете остальной части присутствующих.
Малдер без тени смущения глядел ей в глаза.
— Нам сказали, что в здании никого не осталось.
— Придет и ваша очередь докладывать, агент Малдер. — В холодном тоне Кассиди прозвучало предостережение, и она жестом указала на дверь: — Выйдите, пожалуйста.
Малдер сглотнул и в первый раз с того времени, как вошел в зал, посмотрел на других помощников директора. Единственный, кто ответил ему сочувствующим взглядом, был Скиннер, но и к его сочувствию тоже примешивалось предостережение. Помощник директора неоднократно был свидетелем того, как Малдер пытался нарушить жесткие правила, принятые в Бюро. Скиннер вообще мало что мог для него сделать, и было очень маловероятно, что он сумеет помочь Малдеру непосредственно в эту минуту.
Но попытка не пытка. Малдер показал на папку, лежащую на столе перед Джаной Кассиди, и, стараясь не терять спокойствия, сказал: