Борьба за трон

Эйнсворт Уильям Гаррисон

Принц принял обиженный вид, но король остался тверд и настоял на своем.

Через час все было готово к отъезду.

Простившись с королевой, Беатриса стала собираться в дорогу и надела свое платье для верховой езды. Все туалеты, которые она брала с собой, уложились в один чемодан, отданный на попечение служанки.

По приказанию короля для Беатрисы и ее спутников были поданы превосходные лошади. Полдюжине конных слуг приказано было проводить их до Диеппа. Иаков взял с собою только двух слуг и всю дорогу беседовал исключительно с отцом Джонсоном.

Оглянувшись на замок, в котором она была

так счастлива, и вспоминая любезный прием, который ей оказала королева, Беатриса не могла подавить свое волнение и успела овладеть собою только когда кавалькада подъезжала уже к Манту.

Милостиво попрощавшись с отъезжающими, Иаков выразил надежду, что Беатриса застанет своего отца в живых, и дал ей поручение к полковнику Тильдеслею. Затем он повернул обратно в Сен-Жермен, а Беатриса с провожатыми двинулась дальше к Руану, куда и прибыла за час до полуночи.

Луна ярко сияла на небе, и башни и живописные здания этого красивого города, прорезанного величавой рекой, четко выделялись на темном фоне.

Путники остановились в большой гостинице, недалеко от собора, на рыночной площади. Утомившись после дороги, Беатриса сейчас же удалилась на покой.

На другой день рано утром путники отстояли обедню в великолепном соборе. Беатриса горячо молилась о здоровье отца.

Но надежда найти его в живых была очень слаба, и она приготовилась ко всему худшему. Тревога не давала ей возможности насладиться всеми красотами собора и заставляла ее рваться дальше.

Было еще довольно рано, когда путники пустились в дальнейший путь в Диепп. Оглянувшись на красивый город, лежавший за ними, Беатриса не могла не вздохнуть.

Местность вдоль реки Сены, по которой они теперь проезжали, представляла полную противоположность с чудными долинами, но Беатриса не замечала этой перемены: ее единственным желанием, казалось, было достичь скорее места назначения.

Отъехав от Диеппа мили две, путники нагнали партию каторжан. Эти несчастные имели самый жалкий вид: в лохмотьях, с непокрытой головой, они шли босые, с тяжелыми цепями на шее.

Вальтеру показалось, что он узнал одного из них. Конный стражник, ехавший возле него, подтвердил его наблюдение, назвав его Вандааленом. Это был тот самый голландец, который покушался убить короля Иакова.

Заметив, что разговор шел о нем, Вандаален крикнул Вальтеру:

– Король Иаков обещал мне прощение. Вот как он держит свое королевское слово!

– Молчи! – крикнул конвойный. – Или я прикажу дать тебе плетей. Я веду их в Диепп, где для них заготовлены три галеры, – прибавил он, обращаясь к Вальтеру.

Кавалькада двинулась дальше и, обогнув слева прелестный замок д'Арк, скоро достигла этого приморского городка, раскинувшегося под охраной замка, расположенного на высокой скале к западу от гавани.

В эпоху, к которой относится наш рассказ, Диепп представлял собой небольшой, но зажиточный приморский городок с деревянными домиками, теснившимися в чрезвычайно узких улицах. Это обстоятельство и погубило его, как сейчас увидим.

В тот же самый год, месяца два спустя, адмирал Россель и сэр Джордж Берклей решили после неудачной осады Бреста, который доблестно защищался под начальством знаменитого Вобана, сделать высадку на берегу Нормандии и бомбардировать Диепп.

Обитатели городка

приготовились всеми силами защищаться и загородили вход в гавань, затопив несколько кораблей, нагруженных камнем. Но это средство не помогло.

Осыпая город бомбами и гранатами, английский адмирал зажег его в разных местах и спалил дотла. От всего города остались только замок и несколько домиков около форта Палэ.

Когда наши путники прибыли в Диепп, в его гавани стояло несколько судов, в том числе и три галеры для каторжан. То были некрасивые, странной формы суда, длиною в сто пятьдесят и шириною в пятьдесят футов, с огромными веслами, которые торчали по бокам. На каждой галере было пятьдесят скамеек, по двадцати пяти на каждой стороне, к которым приковывались каторжане. Каждому из них давалось весло в пятьдесят футов длиною, с тяжелою ручкой, уравновешивавшей его тяжесть.

Такова была страшная работа, к которой был приговорен несчастный Вандаален. За малейшую провинность начальник галеры мог безнаказанно засечь его до смерти.

Беатриса несколько успокоилась, узнав, что небольшое судно, нанятое отцом Джонсоном, ждет их в гавани.

Капитан заявил, что он будет готов к отплытию через три часа, когда начнется прилив. Было условлено, что он доставит пассажиров прямо к берегам Суссекса.

Разузнав обо всем, Беатриса сошла с лошади и вместе со священником отправилась помолиться о здоровье отца в старинную церковь св. Якова. Когда она опустилась на колени, у ней явилось какое-то предчувствие, что ее отца уже нет в живых. Из церкви она явилась прямо на корабль. Жена капитана, красивая женщина средних лет, отвела ее в лучшую каюту и не покидала во все время переезда.

Слуги, посланные с нею королем Иаковом, остались в гостинице. Они должны были хорошенько дать отдохнуть лошадям, так что в обратный путь им можно было двинуться только на другой день.

Имея два часа свободного времени, Вальтер решился осмотреть город. Ему очень понравились маленькие деревянные домики, но ему и в голову не приходило, что скоро они будут уничтожены его земляками.

Когда он возвращался в гавань, партия каторжан вступила в город. Встреча, которую им устроили добрые обитатели Диеппа, крайне удивила его. Вместо того, чтобы пожалеть этих несчастных, жители осыпали их проклятиями, так что им пришлось скорее спасаться на своих галерах. Начальник конвоя пригласил Вальтера посмотреть, как они будут спускаться в трюм и усаживаться по своим местам, но тот отказался и пошел дальше.

Экипаж «Святой Луции» – так назывался корабль, нанятый для Беатрисы, – состоял из трех человек и мальчика. Для небольшого судна этого было совершенно достаточно. Сам капитан Пьер Шабо был человек расторопный и опытный.

В назначенное время все было готово к отплытию. Маленький корабль был выведен на буксир из гавани, поднял паруса и, благодаря попутному ветру, скоро скрылся с глаз.

В течение суток не попалось навстречу ни одного враждебного судна. Только в отдалении, то там, то сям мелькали иногда паруса. Ночью за ними гнался английский бриг, сделавший по ним три или четыре выстрела. Пользуясь темнотой, им удалось скрыться невредимыми. За исключением этого случая переезд во всех отношениях совершился спокойно, а путники прибыли в Ньюгавен на следующее утро.