Борьба
Шрифт:
За ними последовали мои джинсы, щелканье молнии смешивалось с моим прерывистым дыханием. Они и боксеры упали на пол, я сжал в кулаке свой ноющий член и несколько раз сильно надавил на него.
В другую ночь я собирался овладеть Ларк точно так же, как сейчас, и вместо того, чтобы кончить в ее тугое лоно, извергнуться на ее кожу.
Она пошевелилась, перекатываясь на бок, но я покачал головой и подался вперед, так что она снова легла на живот.
Мой член уперся в ее ягодицу. Еще одна ночь.
Опершись
— Сегодня без подушки, — пробормотал я. — Я хочу услышать, как ты кончишь.
— Да. — Она зашипела, когда я ущипнул ее за сосок. Она приподняла попку, прижимаясь к моему возбужденному члену.
— Если ты будешь продолжать в том же духе, у тебя будут неприятности.
Она оглянулась, и я увидел ухмылку на ее губах. Затем она еще раз качнула бедрами.
Я потянул ее за сосок, отпуская его. Затем я вернулся к ее голой заднице и шлепнул по ней так сильно, что звук заполнил комнату вместе с ее стонами. Я помассировал место, куда попал, и лизнул ее пульс.
— Тебе нравится это?
Она что-то промурлыкала.
— Позже, — пообещал я. — Мы поиграем позже.
Ларк выгнулась подо мной, затем изогнулась, достаточно быстро, чтобы я не смог помешать ей крутануться подо мной. Достаточно быстро, чтобы напомнить мне, что, когда я толкнул ее, она тут же толкала в ответ.
Я просунул руку ей между ног.
— Мокрая.
— Из-за тебя. — Ее руки зарылись в мои волосы, притягивая мой рот к своему.
Ее язык скользнул по моему, горячий и медленный. Ее губы двигались, убаюкивая меня своими чарами. И пока я играл с ее щелкой, она повторяла движения моего пальца своим языком.
Мы двигались в тандеме, как старые любовники, пока мой член не запульсировал.
Я оторвался от нее, встретившись взглядом с ее темными глазами. Мы уставились друг на друга, и миллион невысказанных слов повис в воздухе. У нас было время. У нас было огромное количество времени в мире, чтобы сказать все это. Что бы ни случилось. Что бы ни происходило между нами.
Мы усложним нашу жизнь до чертиков и посмотрим, насколько это может быть весело.
Я устроился в колыбели ее бедер и, не отрывая от нее взгляда, скользнул внутрь.
Ее веки медленно закрылись. Она запрокинула голову, ее шея выгнулась, когда ее тело приспособилось к моим размерам. Ее ногти впились в мои плечи.
— Черт, Ларк. — Я стиснул зубы, пытаясь взять себя в руки. Быть внутри нее было словно мечта.
Я высвободился и снова глубоко вошел в нее, ее тело расслабилось вокруг моего.
— Ронан. — Она застонала, когда я начал ласкать ее клитор.
Наши дыхания смешались, когда я снова и снова сводил нас воедино. Мир вокруг
С каждым толчком я погружался все глубже и глубже, пока эта женщина не стала воздухом в моих легких. Мои пальцы запутались в ее волосах. Мое сердце бешено колотилось в такт с ее собственному. Я задвигался быстрее, приближая нас обоих к краю.
Когда мы упали за край, я захотел быть с ней.
— Не останавливайся. — Внутренние стенки Ларк трепетали вокруг меня.
— Никогда.
— Еще.
Я зажал сосок между зубами. Она взорвалась, все ее тело задрожало. Она сжалась, толчок за толчком, и из ее горла вырвался поток бессвязных криков.
В основании моего позвоночника возникло напряжение. Мое тело напряглось. И когда она взорвалась, ее оргазм спровоцировал мой собственный.
— Черт, Ларк. — Взревев, я излился в нее. Мой разум затуманился, не испытывая ничего, кроме удовольствия. Затем я поплыл, реальность подкралась ко мне, когда я спустился с облаков.
— О, боже мой, — выдохнула она, обхватывая меня руками и ногами.
— Да. — Я рухнул, пытаясь отдышаться. Без сомнения, это был самый интимный, самый волнующий секс в моей чертовой жизни.
Я крепко обнял ее, наша кожа была липкой от пота, когда я перевернулся на спину, увлекая ее за собой.
— Черт.
Ларк прижалась к моей груди.
— Это…
— Я знаю.
Это изменило нашу жизнь. Что именно, ну… мы выясним позже. Вместе.
Я выскользнул из нее, наклонившись, чтобы подхватить одеяло. И, держа Ларк на руках, я уткнулся в подушку. Впервые за неделю я заснул с улыбкой на лице.
Мои руки были пусты. С этой мыслью я проснулся в темной спальне. Единственным источником света были лунные лучи, проникавшие через окна Ларк. Я сел, оглядывая комнату и пустое пространство рядом со мной.
Я сбросил одеяло с ног и встал с кровати. В ванной было темно. В коридоре не было света.
Подобрав с пола свои боксеры, я натянул их, затем вышел из комнаты, сначала проверив гостиную. Там было так же пусто, как и на кухне.
— Ларк, — я понизил голос, ожидая ответа. Но в доме было тихо. Сонно.
Так где же, черт возьми, была моя женщина и когда она успела встать с постели?
Я прошел по коридору мимо ее спальни к закрытой двери за гостевой ванной. Осторожно повернув ручку, я заглянул в комнату Рен.
Звезды и луна плясали на стенах и потолке в свете лампочки на комоде. Из звукового аппарата доносился плеск океанских волн. В кроватке спала прелестная девочка.
А на полу, свернувшись калачиком под розовым одеяльцем, лежала ее мама.
Ларк крепко спал на ковре.