Борт № 1
Шрифт:
– Отрядом командую я, – сказал Карим аль-Джабар. – И именно я здесь принимаю решения, кому жить, а кому умирать.
Он выждал какое-то время. Убедившись, что Малик не собирается возражать ему, что он не ставит под сомнение его власть и старшинство, Карим – уже мягче – заметил:
– Но ведь ее не расстреляли? Она жива и находится сейчас вместе с другими заложниками в подвале дома паломников.
– Могу я ее увидеть?
– Конечно. – Карим пожал плечами. – Это ты ее сюда привел… Она твоя добыча.
– Ты меня не так понял… – Малик поморщился. – Завтра нас ждет нелегкий день. И я хочу,
Амир негромко позвал:
– Умар! Подойди к нам!
Со стороны храма показался темный силуэт.
– Я здесь, амир.
– Распорядись, чтобы эту женщину… Лауру Мартенс, привели к Малику в пещеру.
Умар, а за ним и Малик покинули двор монастырской трапезной. Карим неодобрительно покачал головой. К нему с докладом подошел один из связистов отряда; негромко переговариваясь на ходу, они направились в штабное помещение.
Глава 23
Бейрут, Ливан.
В пятницу, в десять утра, на полосу номер 16/34 международного аэропорта Бейрут Рафик Харири приземлился серебристый самолетик Cessna 525 CitationJet/CJ. Перелет из Ларнаки занял чуть менее часа.
При планировании маршрута и составлении временного графика «бастионовцами» учитывалась вся собранная ими в последние дни информация. «Сессна» поднялась в воздух из главного аэропорта Кипра практически в одно время с другим самолетом, который с «командой Джи» на борту в девять утра вылетел из аэродрома Эрджан в направлении турецкой военной авиабазы Инджирлик. В Бейрут, если не случится ничего экстраординарного, Питер и его люди прилетят не раньше шести вечера.
Таким образом, «бастионовцы» имеют некоторый запас по времени.
Легкий двухмоторный самолет, доставивший в столицу Ливана трех пассажиров, если считать и пилота («джетом» управлял Ветров), вырулив со второй основной ВПП, уже вскоре припарковался на одной из стоянок близ здания пассажирского терминала.
Еще спустя несколько минут через отдельный вход для пассажиров, прибывающих в столицу Ливана на самолетах деловой авиации, в сопровождении встречавшего их в зоне прибытия менеджера ВИП-зала вошли двое мужчин и молодая женщина. У мужчины, управлявшего самолетом, паспорт гражданина Чешской Республики. У женщины эстонский паспорт. Третий в их компании, судя по предъявленным документам, австриец.
Пятиместный самолет, на котором они прилетели, принадлежит небольшой швейцарской авиакомпании, которая сдала его в аренду другой фирме, находящейся в юрисдикции Республики Кипр. Аренда воздушного судна оплачена за десять дней; до истечения контракта, по которому полностью внесена оплата, осталось еще четверо суток. В этом же контракте указан список аэропортов, из которых без дополнительной оплаты субарендатор, то есть кипрская компания, может по истечении срока действия аренды забрать «Сессну». В этот список входят все крупные аэропорты восточного Средиземноморья, включая бейрутский Рафик-Харири, в котором они только что приземлились.
Оформление в ВИП-зоне аэропорта не отняло много времени. Из вещей у прибывших на «Сессне» молодых людей имеются
Получив штампы в паспорта, они направились к стойке фирмы по прокату авто. Павел еще вчера оформил через Интернет заказ на аренду двух автомобилей в аэропорту Бейрута. Австриец и чех получили от менеджера прокатной компании ключи и документы на транспорт. Выбор был остановлен на двух машинах – внедорожник «Тойота РАВ4» и «Опель Астра». Обе машины не новые, но в хорошем техническом состоянии. Это подтвердил и менеджер прокатной фирмы. Машины ожидают арендаторов на стоянке близ выхода из ВИП-зала.
«Бастионовцы» выбрались из терминала. На часах двадцать минут одиннадцатого. «Команда Джи», по всем прикидкам, находится сейчас в Инджирлике, на военной авиабазе – там им выдадут новые комплекты документов, с которыми они транзитом через Измир отправятся в Бейрут.
На табло аэропорта под фактическим временем указана температура воздуха. В Бейруте плюс тридцать два градуса по Цельсию… Даже здесь, недалеко от морского побережья, и даже сейчас, когда солнце еще не поднялось в зенит, жарко и душно.
Аэропорт находится в южном пригороде Бейрута, до него отсюда немногим более десяти километров. До Анжара, городка, расположенного в долине Бекаа близ границы, около шестидесяти километров. До Дамаска – восемьдесят шесть. У «бастионовцев» имеется в запасе всего несколько часов на подготовку мероприятия, приказ об осуществлении которого они получили нынешним утром, в самый канун вылета из Ларнаки.
Алиса забралась в «Опель». Пышная золотистая копна волос повязана полупрозрачной косынкой. Павел временами бросал на нее косые взгляды. Можно было подумать, что напарница специально перелицевалась в блондинку, чтобы потроллить Крякера. Но это не так: на фото в том загранпаспорте, которым она воспользовалась, она была запечатлена именно в таком виде – в образе блондинки.
Ветров уселся за руль джипа. Крякер тоже сел в «Тойоту», но на заднее сиденье. На включенном им планшетнике появился соответствующий значок – они находятся в зоне работы WiFi.
– Прислали адрес для размещения, а также контактный телефон и имя хостера, – негромко сказал Павел. – Сейчас посмотрю на карте города.
Он вбил присланный им адрес в поисковик.
– Район Хаджмие… это восточный пригород, рядом с армянским кварталом.
Джип выехал со стоянки. Через центр решено было не ехать. Ветров свернул на шоссе, по которому в объезд южных районов Бейрута – там находятся лагеря беженцев – можно проехать в нужный им квартал, расположенный в восточной, христианской, части столицы Ливана.
Павел достал из чехла смартфон. В каждой стране этого региона имеется своя специфика. Иностранцам в Бейруте надо регистрировать свои мобильные телефоны; следует их «привязывать» к местному оператору, покупать SIM-карты. Но перед ними такая задача не стоит. Крякер еще до их прибытия в Левант позаботился о том, чтобы у всех троих не было здесь проблем с мобильной связью. Их мобильники не только обеспечены роумингом, но и заблаговременно заведены на местного оператора сотовой связи.
Лобанов набрал тот номер хостера, который им прислали.