Ботан
Шрифт:
— Все в порядке, — ответила Литтанна, — без сознания или спят.
— А как мы здесь очутились? Я, так понимаю, находимся на соседнем материке? — задал ей вопрос и принялся гладить Малышку, которая подставила для этого свое пузико.
— Ага, я эти места хорошо изучила, и лес точь в точь, как у нас. А насчет того, как мы здесь очутились — спрашивай себя.
Я начал вспоминать подробности. Вот нас накрыло тьмой, вот Литтанна не смогла ее сдерживать, вот я применяю артефакт, наваливается тяжесть, из меня снова с болью вырывается мощный поток энергии, какая-то темная вспышка и я теряю сознание. Точнее, на меня накатилась тьма, и я еще успел подумать, что хорошо бы от нее сбежать в безопасное место. Это перед самой потерей. Получается, что этот
— М-м-м, — застонала гнома.
И тут же ей вторила Тая с точно таким же стоном. Я быстро сел рядом с ней и погладил по лицу. Глаза открыли они вместе и в один голос спросили:
— Где я?
За объяснение взялась демонесса, подробно все рассказав. В процессе разговора познакомились с гномой, а после объяснения Литтанна, при одобрительном взгляде Таи, потребовала рассказать подробно о себе. Кларисса, как звали новую девушку, принялась посвящать нас в тайны своей жизни. Мне показалось, что девушка вообще ничего не скрывала, особенно свои видения, которые очень сильно заинтересовали девушек. Я только обратил внимание, что самой девушке тоже не нравятся многие позиции ее матери, от которых та не намерена отступать. Остальное слушал так, вполуха.
Меня же сейчас больше интересовала Тая, а точнее, ее отношение к Малышке. Удивительно, но после прошлой встречи с пантром у нее пропал тот страх, который девушка испытывала ранее, когда старалась отойти от него подальше, или вжаться в меня, если находилась рядом. Не успела гнома рассказать все свои приключения, как пришли взрослые хищники. Одна самка принесла что-то рогатое и травоядное, а самец подошел ко мне и кивнул. Я понял, что он хочет, поэтому поднялся на ноги и коснулся его головы своей.
И тут же в меня понесся поток мыслей, а я от изумления разорвал контакт, уставившись на него. Он рыкнул, и я откуда-то понял, что это он смеется. Огляделся на самок и… протер глаза, поскольку выражение у них было что-то вроде: «котенок научился общаться». Я снова коснулся лбом головы хищника, и начал впитывать в себя информацию.
Мы с девчонками появились на их поляне внезапно и сразу все вместе. Там как раз находилась Малышка с одной из самок, поэтому все видели своими глазами. Черная вспышка, и мы здесь. Девушки уже лежали, а я падал. И только сейчас я сообразил, что потерял артефакт. Быстро разорвав контакт, я оглянулся, и, найдя место нашего появления, направился туда. Мой «прут» так и лежал в траве — подняв его, я вернулся к разговору. Оставалось, правда, немного — нас перенесли под дерево и стали дожидаться пробуждения, а Малышка меня периодически вылизывала.
Я хотел уже оторваться и рассказать все девушкам, как мой собеседник меня ошарашил.
— Ты когда научишься становиться одним из нас?
Я несколько раз переспросил его, правильно ли я его понял, что могу превращаться в них, но он ответил, что я должен научиться не превращаться в пантра, а принимать боевую форму. Я долго расспрашивал его, несмотря на то, что понимать мысли и образи хищника начал очень хорошо. Оказывается, мой организм стал такой же, как у них. Они просто-напросто чувствуют это. При первой нашей встрече я лишь начинал превращение, поэтому он сразу не учуял этого, и пришлось принюхиваться. А сейчас почти полноценная особь, и меня любой пантр учует за километры. Точного расстояния я не знал, но «бежать на полной скорости надо было бы триста ударов сердца». Сердце у них, конечно, стучит часто, но и скорость такая, что мама не горюй.
Ментально я научился общаться, пусть и на очень близком расстоянии пока, теперь надо учиться принимать боевую форму. И показал какую.
Я впервые так близко видел, как его шерсть превращается в гибкий вороненый металл. Оглянулся на девушек и широко улыбнулся от выражений их лиц. Три изумленные мордашки смотрели на принявшего боевую форму хищника. Я попробовал рукой — теплый гладкий металл. Он сказал, что девушки могут попробовать ударить его мечом
Девушки за какие-то пару мгновений задали мне больше десятка вопросов, но я, отмахнувшись от них, продолжил разговор. Попытался узнать, как это могло произойти, но он не знал, да и выяснять не имел никакого желания. Это есть — значит, я пантр. А мне внезапно вспомнился случай, когда я раненую хищнцу притащил к источнику с живой водой. Она тогда впилась когтями мне в плечи и наша кровь смешалась. Вот тогда-то и специальные бионаночастицы попали в мой организм. Или как правильно назвать то, что попало. Тогда все сходиться — во время первой встречи их было у меня очень мало, но они сами воспроизводятся и по каким-то заложенным в них алгоритмам принялись перестраивать мой организм. Отсюда у меня и ночное зрение, и умение мягкого передвижения, и, наверняка, появится все остальное. Честно говоря, я бы не отказался ни от специальной брони, ни от когтей, разрушающих заклинания. Когда я ему сказал об этом, то тот заявил, что постарается мне помочь.
А спустя пару минут, на меня насели три девушки, любопытство которых к этому моменту было выше Эвереста. Я им рассказал о разговоре, так они все без исключения заговорили о том, что и им необходима такая же броня. И по новой насели на меня с вопросом: «Где я ее получил и надо бы туда вновь наведаться». Но, если Литтанне и Тае я доверял полностью и рассказал бы реальную историю моего появления здесь, то к гноме такого доверия не было. Поэтому отделался условием, что как только у меня появиться возможность брони, так сразу и сообщу им. Тем более что у меня присутствовала уверенность, что без источника живой воды в этом случае не обойтись.
Затем девушки принялись за готовку, а меня взял в оборот отец семейства. Он снова потребовал контакта, а потом в меня полилась информация по его ощущениям, когда пантр переходил в боевой режим. Я так понимаю, что это должно мне помочь освоиться с новыми возможностями. Признаюсь честно — я сразу же попытался вызвать у себя похожие ощущения, и у меня, естественно, ничего не получилось. После этого он передал охотничьи навыки.
Три дня мы приходили в себя, а на четвертый двинулись в сторону города гномов. За эти дни я хотел договориться с артефактом, но, кроме как теплоты, ничего добиться путного не сумел. Точнее, он преодолевал защиту всех девушек, когда я как бы атаковал их, но чего-то вроде купола защиты, я так и не сумел вызвать, не говоря уже о портале.
До Дортуунга мы добрались без происшествий. Еще бы! Ведь почти весь путь с нами шла пантр, заставляя всех встречных хищников, и не только их, разбегаться. Охотилась тоже исключительно она. А когда прощались, она сказала только одну фразу: «Береги свой прайд», и скрылась. Девушки заметили мое ошеломление, а когда сообщил им все, так расхохотались, а затем еще всю оставшуюся дорогу до города подкалывали.
Когда проходили ворота, демонесса рассказал, как здесь все выглядело после прорыва Хаоса, а сейчас вообще ничего не говорило о том событии. Направились прямо к гавани, дорогу к которой она знала очень хорошо. А вот там нас ожидало разочарование — только через четыре дня будет идти судно. Пришлось поселиться в гостинице недалеко от пристани. Сейчас Кларисса пришла в наш номер и девчонки принялись обсуждать вопрос, следует ли возвращаться в эльфийскую академию? Гнома, так с содроганием говорила, что не хочет, Литтанна также придерживалась этой позиции, хотя и утверждала, что, если эльфы потратятся на серьезную защиту, то такого больше не произойдет. Также демонесса нам сообщила, что в месте прорыва Хаос оставляет нечто вроде метки, и позже часто происходит прорыв именно там. Кто-то утверждает, что это не просто метка, а своеобразный прокол или трещина, поэтому и легче здесь сделать разлом. А этот город гномы укрепили при помощи своих рун.