Бой вечен
Шрифт:
Вот только… и за неприкосновенность итальянского неба тоже можно было быть спокойным, верно? А как так получилось, что в нескольких километрах от Рима совершенно безнаказанно приземлялся германский военный самолет, а?
Во дворец – дворцовый генерал Кутьери [40] от отчаяния вырвал остаток своих волос, узнав о том, что парад не готов, половина подразделений, которые должны были участвовать в параде, не прибыли. Костеря офицерский состав последними словами, он сбежал вниз, к машине, названивая кому-то по телефону. Раздраженно ткнул кнопку отбоя, садясь в машину.
40
Должность
– Ни до кого сегодня не дозвониться нормально. Поехали! – рявкнул он на рядового за рулем машины, немало струхнувшего.
Рядовой включил мотор, и со щелчком включилось радио, настроенное на короткую волну – армия закупала самые дешевые модели автомобилей…
Над всей Италией безоблачное небо… По всей Италии зеленая весна… Поляна красных маков у дороги, Земля очнулась ото сна [41] …41
Одна из песен «с намеком», появившихся после 80-го года. Поляна красных маков – толстый намек…
– Выключите это дерьмо, рядовой… – приказал главный маршал, берясь за телефон, – немедленно.
Песня оборвалась на полуслове.
Телефон Гримальди тоже не отвечал. Машину потряхивало на старой брусчатке центра Рима.
– Как чувствовал… – в сердцах сказал Скотти.
– Их Величество будет весьма недоволен…
В таком случае, сделай что-нибудь, козел!
Выезд на Виа дель Умитта перекрывали машины карабинеров, сирены были выключены, но мигалки вращались, разбрасывая синие всполохи. Они притормозили рядом.
– Все в порядке? – спросил Скотти.
– Так точно, – козырнул лейтенант, – только…
– Что – только?
– Неспокойно что-то…
Тебе бы мои проблемы…
– Сохраняйте бдительность. Парад состоится.
– Есть!
Тронулись, поехали дальше. Только бы студенты ничего не учинили… ко всему не хватает еще и этого. Вредное племя!
– Так… – зловеще проговорил Скотти, когда они выехали на площадь.
Никто и не думал отрабатывать маршировку. Солдаты – сгрудились непонятно около чего, офицеров видно не было.
Главный маршал Скотти вышел из машины. Чеканя шаг, он надел специальные, подкованные сапоги, через всю площадь он прошагал к солдатам.
– Так… смирно, сукины дети! Где ваши командиры!
– Здесь! Офицеру плохо…
– Что?
Скотти шагнул вперед… там стоял фургончик с высокой крышей и надписью «Свежий хлеб» на борту. Человек двадцать сноровисто и ловко снаряжали боевыми патронами магазины из обойм, передавали их дальше, посылали по рукам обоймы с патронами.
– Что здесь…
Один из офицеров прижал к боку Главного маршала пистолет с глушителем, трижды выстрелил. Скотти, отдавший этой стране сорок лет, попытался повернуться, чтобы увидеть убийцу, но не смог. Лица сливались в безликую, темную массу.
– Пре… предательство… – выдавил он из себя.
Следующий выстрел окончательно выбил из него дух.
– Давай его в кузов! Быстро!
– Да не мешайся…
– Этот! Еще один!
– Давай и его!
– Сбегай, скажи, маршалу плохо, его зовет.
– Ага…
– Пять минут! Делай тихо!
Примерно в это же самое время – из двух туристических автобусов
Палата депутатов собралась на свое утреннее заседание – единственным вопросом повестки дня было принятие приветственного послания Королю, после чего расходились по домам, праздновать. Летняя сессия была в самом разгаре…
Пост карабинеров на входе смяли без стрельбы. Всего шестьдесят горных стрелков разбежались по зданию, занимая стратегически важные посты. В одном из окон поставили пулемет, его ствол смотрел на площадь. Завалили мебелью главный вход.
Кто-то успел позвонить от входа – и депутат от Трудовой партии – запрещенная Коммунистическая партия Италии – по имени Марио Травистано попытался предупредить остальных. Пробившись к микрофону, он бешено зажестикулировал – но микрофоны вдруг отключились, причем все – как потом оказалось, по нажатию кнопки вице-спикером от Христианско-демократической партии. Тогда он встал на свободное сиденье и крикнул, что было сил, что в здании вооруженные люди – но было уже поздно. Одновременно открылись двери, в зал ворвались горнострелки.
Сразу начался водоворот, пресеченный длинной автоматной очередью поверх голов. Посыпалась штукатурка, осколки светильников…
В это же время двое депутатов – один христианский демократ и один от НФП, национальной фашистской партии, партии Муссолини – выставили у трибуны большой штандарт, на котором были буквы SPQR [42] в обрамлении лаврового венка победителя. Стало понятно, что происходит государственный переворот.
Другие почти открыто брали из большого мешка пистолеты. В Палате депутатов по пятьдесят мест отводилось представителям Сомали и Триполитании – и практически все они были заняты радикальными националистами, выступающими резко против политики умиротворения [43] и ненавидящим Короля. Ради того чтобы сохранить свои земли и статус-кво, они готовы были на все, в том числе на государственный переворот. Дичайшая ситуация – часть депутатов в одно мгновение переходят на сторону захватчиков палаты депутатов и сами становятся захватчиками. Левые на своих местах постепенно отходят от шока, кто-то даже начинает петь Интернационал – старый марш времен французской народной революции, публичное исполнение которого в Священной Римской Империи карается концлагерем, а в Российской Империи – пятьюдесятью ударами плетью.
42
Сенат и свободные граждане Рима – Senatus Populusque Quiritium Romanus.
43
Политика умиротворения – политика Виктора Эммануила Пятого, заключающаяся в замирении колоний Италии за счет предоставления менее радикальным местным жителям больших политических прав.
Примерно в десять часов по местному времени группа левых депутатов пытается прорваться к трибуне, ей преграждают дорогу правые. Итальянский парламент известен своим непристойным поведением, там часты блокирование трибун, обструкции и даже драки. Но сейчас – драка перерастает в нечто большее: гремят выстрелы. Как потом показывают съемки с камер – ни один из десантников и близко не был к месту свалки депутатов, они больше следят за входами-выходами. В драке кому-то из левых удается завладеть пистолетом, он начинает стрелять. Убит депутат от Триполитании, довольно известный там землевладелец Люцио Бонани, ранен депутат от Калабрии Дино Валтано. Ответными выстрелами убиты пятеро левых депутатов, больше десятка ранены. Крики, ругань, кровь. Двое депутатов с оружием встают у нового штандарта и кричат, что убьют любого, кто приблизится. Непонятно, что делать дальше, но все чего-то ждут.