Боярин
Шрифт:
— Ты когда-нибудь остановишься вовремя? — спросила Калинина, на этот раз она даже не поднялась со своего места.
— Ага, — кивнул Воронцов, — как только, так сразу. Я не виноват, что большие сферы хреначат, как пять, а то и больше маленьких. Вот и приходится терпеть.
Он, не поднимаясь с камня, открыл древо умений. Да уж, сияющих звездочек прибавилось, а вот на «теневой фантом», который требовал аж десяти сфер, не хватило даже с учетом того, что зарядил накануне. Сейчас примерно не хватало двух-трех сфер. Вздохнув, Константин извлек второй большой шарик от проклятого.
— Ты
— Послушай ее, — раздался в голове голос Стража, — не шути с тьмой.
Константин вздохнул и убрал сферу обратно в поясную сумку.
— Ты права, едва глупость не сделал. Ладно, на сегодня хватит, завтра еще заскачу, тогда и добью до фантома. Уж больно он мне приглянулся.
— Зря ты на этой уникальной веде сосредоточился, — наставительно произнесла боярышня, — в твоем древе есть очень много полезных умений, которые очень пригодятся дальше. Эта тень заточена на твое выживание, а тебе нужно думать о предстоящей войне.
На это Воронцов только хмыкнул.
— Эта война пока где-то там, а меня ежедневно пытаются убить где-то здесь. И чтобы дожить до светлого будущего, мне нужно усилить себя настолько, чтобы не сдохнуть прямо сейчас. Лада, подъем, — позвал он, — пошли, на сегодня хватит. Хотя, если силы есть, можем тебе пару маленьких сфер залить.
Калинина покачала головой и взяла Воронцова за руку.
— Домой, устала я сегодня.
— Ну, домой, так домой, — и Константин перенес ее на первый план.
Погода окончательно испортилась, и явь встретила их проливным дождем. Пришлось снова посылать Беляша за машиной, не тащится же полсотни метров под потоками воды, обрушившимися на Тверд с неба.
— Как прошло? — поинтересовался Горд, когда они перебежкой добрались до машины.
— Нормально. Но не сказать, что особо продуктивно, — ответил Воронцов. — Умения требуют все больше энергии, мне не хватило сил на то, чтобы прокачать очередную тень, так что, придется еще раз завтра ночью заглянуть.
— С каждым разом будет все труднее. Это вам, Ваше сиятельство, еще повезло, что вы трофейщик, а некоторые ведуны годами копят энергию, чтобы изучить особо сильное умение, требующее больших затрат.
— Да уж, — согласилась Лада, — чтобы изучить все умения, нужно грести под себя огромное количество сфер десятки лет.
— Точно, — согласился наемник и погнал машину к дому, слабые фары разгоняли от силы метров десять, так что, вел он едва ли не ощупь. — Вот боярам повезло.
— Ты о чем? — не понял Воронцов.
— Как о чем? — удивился Подземник. — О передаче наследственных навыков. Отсюда у боярских родов сильные ведуны?
Константин переглянулся с Ладой, которая так же недоуменно пожала плечами.
— Впервые слышу, — сообщила она с заднего сидения.
— Все время забываю, что вы тут чужаки, — хмыкнул Горд, — и не знаете то, что известно даже детям. Итак, у боярских родов имеется особое умение — память рода. Его прокачивают, как вы, инопланетники, говорите, в первую очередь. Оно не улучшается, всего
Константин припомнил свое древо, он видел нечто такое.
— Итак, когда кто-то в роду умирает, — продолжил Подзнемник, — оно просыпается. Как происходит отбор передающихся навыков, неизвестно, но оно распределяется равномерно между всех членов семьи, которые состоят в герольдии. Именно поэтому бояре — сильнейшие ведуны старой империи. В отличие от остальных аристократов, лишенных возможности усиливаться, и им приходится начинать все заново.
— Все верно, — подтвердила Юлия. — Кроме одного — иногда рода мухлюют, они могут принять в род, как младшую ветвь, старого аристократа и его наследника, такие ветви называют жертвенными. В обмен на умения, которые перейдут в род, наследник аристократа получает титул, несколько умений в наследство и членство в младшем роду.
— Да уж, — глядя сквозь пелену дождя, произнес вслух Воронцов, — это очень интересно, везде мухлеж. Надо тоже себе такое умение приобрести. Вот только сомнительно, что мне что-то передадут, ведь тот Воронцов, чье место я занял, давным-давно мертв, и род был признан прервавшимся, а значит, накопленная поколениями энергия ушла из него. Надо книги почитать на эту тему.
— Тут все очень сложно, — выслушав размышления, влезла в разговор Юлия. — Раньше такого не бывало, чтобы род возрождался таким способом, и неизвестно, вернется ли к тебе энергия. Но одна сфера, чтобы проверить все на практике, для тебя не цена.
— Верно, надо проверять, — согласился Воронцов, возвращаясь из мысленного диалога с боярышней в машину.
Калинина как раз заканчивала фразу, начало которой Константин пропустил.
— … а кому тебе передавать? — резонно заметила Лада. — Я изучала местное законодательство, боярами смогут быть только твои прямые потомки. Естественно от женщины боярского рода. Никакое усыновление не поможет. Хотя, есть право — право Павла.
Константин поморщил лоб, вспоминая, что нечто такое он читал. Закон четырехсотлетней давности, который, в принципе, никто не отменял, хотя его не использовали его уже лет двести. Надо сказать, приятный закон. Последнему мужчине в боярском роду можно взять до пяти жен, которые обеспечат его наследниками, ведь для империи потеря одного рода — трагедия. Но чаще всего это рождало множество проблем. Род восстанавливал численность, но внутри его начиналась грызня за наследство. Интриги, скандалы убийства. Но так было сохранено несколько важных родов.
— Я знаю, о чем ты подумал, — тут же проник в его голову голос Юлии, — для тебя это выход, и я не против второй или даже третьей жены. Но в этом есть и минусы, большие минусы, слишком много обязательств ляжет на одного человека, ведь придется заключать договор с несколькими родами, а потребуют они за подобный союз много, очень много.
— Об этом будем думать потом, — хмыкнул в ответ Константин, — хотя идея из гарема довольно заманчива.
— Еще бы мужику подобное не было заманчивым, — весело заметила боярышня. — Ладно, потом обсудим возрождение рода Воронцовых, так как приехали.