Боюсь тебя убить...Часть 1
Шрифт:
И только потом до меня дошел смысл сказанного, когда я взглянула на Аньку. Та побелела и закусила губу так, что мне почудилась капелька крови. Я же имела в виду, что мы снова решили быть вместе и Ники надел мне колечко. Я машинально покрутила украшение на пальце, решая, сказать ли о помолвке, или пусть так и думает, что я провела ночь в постели с Ники.
– Вот гад! Даже моё кольцо тебе отдал! А ведь мне его выбирали, мерили на мой пальчик...
– девка уткнулась в свои ладони и стала всхлипывать.
Я посмотрела на
– Юленька... к нам кто-то пришел?
Аня отлепилась от стены и встрепенулась.
– Это я, Елена Андреевна! Я к Вам, поговорить...
– О чем нам разговаривать?
– неожиданно грубо спросила бледная женщина, кутаясь в белый пуховый платок.
– А впрочем, проходи в квартиру, нечего соседям представление устраивать. Зная тебя, ты этого и будешь добиваться.
Ну и славно. Вот пусть сами и разбираются. Я не стала мешать и ушла в кухню, чтобы поискать чего-нибудь на завтрак Елене Андреевне. Зарождающееся чувство обиды к Ники, подавила в зародыше. Понятно же, что он связался с этой девкой оттого, что я написала то письмо. Получается, что своими же руками толкнула его к ней. Так и чего обижаться?
Нарезала батон, подошла к холодильнику за сыром и колбасой, раздумывая о предпочтениях больной женщины. Может, лучше кашку сварить ей. Прислушалась, из гостиной не доносилось ни звука. Мне стало любопытно, вышла в прихожую. Девка рыдает, а Елена Андреевна выговаривает ей что-то. Подошла еще ближе. Подслушивать нехорошо, но ведь я могла и вовсе не уходить.
– Я тебе не верю Аня! У тебя ничего не было с Никитой. Иначе бы я знала.
– Он же не всё вам говорит. У всех есть секреты! – голос Ани принял визгливые нотки.
– Да, он мог и не сказать. Только я знаю своего сына. Он только о своей девочке горевал, о Юле. Собирался искать ее, деньги копил. И ты мне доказываешь теперь, что ребёнок, которого ты носишь, имеет отношение к моему сыну?! Может, ты лучше поищешь его отца среди друзей Никиты? Я знаю о твоей интрижке с Алексеем. Да и с Ильёй тебя видела, вы целовались. Уходи, не позорься, девочка, - поставила точку мать Никиты.
Я услышала хриплое тяжелое дыхание, поэтому зашла в комнату. Елена Андреевна стояла у окна и куталась в пуховый платок, дыша с присвистом.
– Ань уходи, а? – сказала я девке и кивнула на дверь. Та, злобно затрясла головой и засверкала глазищами.
– Я уйду! Не пожалейте потом! – прошла мимо меня, двинув плечом в отместку.
– Стой! – вдруг повернулась к нам бледная женщина.
– Родишь, я сделаю тест на отцовство. Если окажется, что ребенок
– Да пошли вы! – выкрикнула она и кинулась к двери, сунув деньги в карман.
Я проводила незваную гостью до двери. В прихожей она прижала меня к шкафу и зашипела в лицо:
– Если не отцепишься от Никиты, я сделаю аборт. Ты будешь виновата в том, что его ребёнок не увидит свет.
Меня передёрнуло от омерзения. Шантаж ребёнком? Здорово придумано. Я сняла кольцо с пальца и вложила его в холодную ладонь шантажистки. Не хочу быть виноватой, в чьей либо смерти. Лучше в сторону отойду.
– Бери. Обещаю, с… Ники больше не увижусь. Но Елену Андреевну не могу бросить. Я слово Стасу дала, что побуду с ней, пока родственница не приедет.
Господи! Каждое слово, будто калёным железом по сердцу. Но я постаралась, чтобы на лице ничего не отразилось, потому что Аня всматривалась в него. Наверное, хотелось позлорадствовать, поняв, как мне больно.
– Не забудь о своём обещании, - с победной улыбкой пропела она и исчезла за дверью.
Постояла с минуту, приходя в себя. Нацепила улыбку и поспешила к больной женщине.
– Елена Андреевна, что на завтрак хотите? Я сварю кашу, только скажите…
– Ничего не хочу. Позавтракай сама. И не слушай эту девицу, ничего у нее с Никитой не было, - схватила меня за руку и утянула на диван, прижала к тощей груди. Мама… - Юленька, мой сын тебя всю жизнь любить будет… я точно знаю. И дети у него только с тобой будут. Я вижу это!
Я посмотрела в воспалённые ореховые глаза женщины. Они горели лихорадочным огнём, словно у безумной. Но мне так хотелось поверить ей. Улыбнулась и сжала ее тонкую полупрозрачную кисть в своей руке.
32.
В славном городе Уфа я задержалась до самого Нового года. Родственница Елены Андреевны приехать смогла только тридцатого декабря. В этот же день мы попрощались, я пообещала приехать еще, будущим летом.
В столичном аэропорту меня встретил Тёма, сразу отвез в клинику. Нужно было срочно провести пропущенные процедуры. Эстель осталась довольна, восстановление лица шло быстро, шрамы сглаживались и бледнели, отечность на губе спала. Я равнодушно слушала ее похвалы и думала, что лучше бы не обращалась к врачам. Зря. Все зря... Не быть мне с любимым, и лицо мне не нужно. Пусть бы оставалась уродливой, пусть бы от меня все шарахались. Потому что, кроме Ники мне никто не нужен. И у меня огромные проблемы с психикой после нападения, раз даже любимый Ники вызвал своими прикосновениями желание защищаться. Я понимаю, что подсознательно снова могу нанести вред, даже любимому и родному человеку. Я снова могу... убить. И мне страшно.