Боюсь тебя убить...Часть 1

Сурина Лилия

Договорив, я откинулась на спину и закрыла глаза, представив любимое лицо. На мой живот опустилась тяжелая мужская рука, сделала пару круговых движений и успокоилась на том месте, где явно чувствовалась выпуклость. У меня чувство, что это и правда, рука Ники. Так хорошо! Вздохнула и положила свою руку поверх мужской, наслаждаясь прикосновением.

На следующий день мы с Артемом уехали к морю, на целых десять дней. Я и сама с удовольствием купалась и отдыхала, загорая на солнце. По вечерам ходили на танцы или в кино. Беззаботность окутала

меня, и я была благодарна другу, что вытащил меня, проветрилась хоть немного. А на выходные к нам приехала Анечка. Ей стало скучно одной дома. Лучше бы она и дальше скучала дома…

42.

Безмятежный отпуск подходил к концу, и вот к нам в гости вдруг заявилась Анечка. Я удивилась, когда очнувшись от полуденного сна, нашла в своей гостиной воркующую парочку. Аня с Тёмой сидели на диване и говорили шепотом, держась за руки. Меня неприятно удивило увиденное, но я лишь поздоровалась с гостьей и прошлепала в кухню. Артём снял небольшой домик на берегу моря, маленький, но уютный. И у меня была собственная спальня, он спал на диване в гостиной.

Поставив чайник на электрическую панель, я стала рыться в холодильнике, пытаясь сообразить бутерброд. Настроение паршивое стало, даже есть захотелось.

– Что такое? Плохой сон? – насмешливый голос разозлил еще больше. Повернулась к довольному другу и, посмотрев на него поверх дверцы холодильника, усмехнулась.

– Ты – мой плохой сон. Я никогда не привыкну, что ты бабник. Пару минут и все у твоих ног валяются.

– Не все. Ты не в их числе, - на мой резкий выпад парень отвечает улыбкой. Похоже, ему понравилась моя злость. Неужели думает, что я ревную?

Хватаю батон колбасы с полки холодильника, замечаю еще сыр и свежий огурец. Забираю все и тащу на стол. Аня стоит в дверном проеме и слушает мои вопли. И ей неловко. Да пофиг, пусть знает, как я к такому отношусь.

– Юль, мы взрослые люди и…

– И? – обрываю друга на полуслове, - будем трахать всё, что движется? Потому что мы взрослые. А ничего, что у нее муж и ребенок?

– Юль, ты не так всё поняла… - начинает Анечка, потом смотрит на Артёма и замолкает. Потому что я всё правильно поняла.

– Нет, я просто знаю Тёму. Но вот от тебя не ожидала такого. Примчалась, шепчитесь, ручки мнете друг другу. Если бы я вышла на полчаса позже, то увидела бы то, что не так бы поняла, как ты говоришь.

Аппетит улетучился, как и желание читать нравоучения. Действительно, не мое дело. Пойду, позагораю, раз такое дело.

– Я ухожу. До вечера. Делайте что хотите, - бросаю через плечо и иду в свою комнату переодеваться. Тёма идет за мной, что-то бурча про сухой паек. Когда до меня доходит, я резко разворачиваюсь к нему.

– Я же сказала, делайте… И извини, что из-за меня ты тут на сухом пайке. Я завтра домой поеду. Тогда сможешь без зазрения совести развлечься. И вообще, зачем ты меня взял в свой отпуск? – смотрю в хитрые шоколадные глаза и вижу в них желание и похоть.

Что? Он хочет меня. Я

вижу, как его взгляд раздевает меня, как ласкает изгибы моего тела. Меня бросает в жар от осознания, что его не отпугивает даже моя беременность и любовь к Ники. Бедный Тёма, мучается уже неделю по ночам, когда я за стенкой сплю спокойно. Но мне не нужно его такое внимание. Поэтому пусть спустит пар с Анечкой. Тем более она очень даже «за». Даже не пошла за мной. И даже не пытается скрывать, для чего приехала сюда.

– Юль, ты и правда, не то подумала. Аню муж избил, она приехала к тебе, а ты отдыхала. Вот я ее и успокаивал, пока ты не проснулась.

Мне стало неловко. Аня приехала искать сочувствия у меня, а я наорала и показала себя дурой. Надо срочно извиниться. Я поворачиваюсь к двери, но парень мягко обнимает меня за плечи и прижимает к себе.

– Не убегай...
– его шепот опаляет мое ухо, а по рукам пробегает морось.
– Одно слово... твое слово и я сделаю все для тебя. Скажи...

Я застыла. Какое слово он просит у меня? Он так прижимает меня, что я чувствую его эрекцию своей задницей. Попала...

– Тём... ты же знаешь... у меня Никита. И его ребенок.

– И где он?
– голос парня такой волнующий, просто в дрожь бросает от зарождающегося желания.
– Мне иногда кажется, что ты его выдумала.

– Выдумала? А ребенка тоже выдумала? Ники пока не выходит на связь, но я надеюсь, что скоро он напишет или позвонит мне.

– А если нет? Я воспитаю твоего ребенка, - он осторожно задирает мой коротенький халатик и кладет горячую руку на мой голый живот. Я вздрагиваю от неожиданного ощущения. Но не выворачиваюсь, не отталкиваю наглеца. Мне давно этого хотелось, почувствовать большую мужскую ладонь на животе, ласковые объятия.

Закрываю глаза и отдаюсь своим самым сокровенным фантазиям. Мне кажется, что это Ники стоит позади меня и гладит чуть подросший животик, знакомится со своим малышом, радуется ему. Откидываю голову на плечо парня и испускаю невольный стон, когда другая его рука поднимается к груди и начинает ласкать ее через ткань купальника. Меня уносит от нежности, забываю, кто я и где, лишь бы это волшебное ощущение не прерывалось. Возле уха хрипловатый шепот, ласкающий мой слух, губы накрывает поцелуй. Рука настойчиво пробирается под чашечку купальника и сжимает нежное полушарие. Пальцы ловят упругий сосок, мягко стискивают его, без нажима, ласкают.

– Видишь, как тебе хорошо со мной? Соглашайся, - вдруг громко звучит знакомый голос. И это не мой Ники.

Я отскакиваю как ошпаренная, поправляю халат и заливаюсь краской. Кошмар какой! Конечно, Артём будет надеяться, раз я позволяю себе такое.

– С ума сошел? Я … я …

– Да ладно тебе, - смеется парень, - но предупреждаю, если твой мифический Ники не поторопится, я тебя окончательно соблазню.

Он, насвистывая что-то веселое, проходит мимо меня к выходу. Вдруг склоняется в мою сторону: