Брак

Хабарова Леока

– Другого имени у меня нет, – угрюмо выцедила девушка. – И никогда не будет.

***

Ким приловчился считать дни. Каждый новый день начинался, когда хмурая немногословная сиделка отдёргивала выцветшую занавеску, отделявшую его скромное лежбище от остальной каморки, а заканчивался обязательной процедурой измерения температуры и сменой бинтов.

Гориллоподобный доктор захаживал регулярно, но на второй неделе пребывания Кима в "надежном месте" визиты эскулапа стали заметно реже и короче. Порой он заглядывал

всего на пару минут, чтобы дать Шестьсот сороковой очередные указания, а Ларго удостаивал горсткой дежурных фраз и беглым осмотром.

Однако сегодня всё было не так. Сегодня врач никуда не торопился. Он принёс с собой таинственный свёрток и торжественно водрузил его на перевёрнутый ящик, служивший прикроватной тумбой.

– Вот, – изрёк Доктор, поправляя очки. – Пришло время ответов.

– Что это? – Ким сел на постели и уставился на гостинец.

– Одежда, – отозвался эскулап и растянул губы в улыбке. – Глава Сопротивления желает встретиться с вами, детектив. Сомневаюсь, что вы отправитесь на это рандеву обнажённым. У вас ведь шестой размер, не так ли?

Ларго понятия не имел, какой у него размер, но серые брюки и чёрная футболка пришлись как раз впору. А вот тяжёлые высокие ботинки оказались чуть велики.

"Меня ждёт глава Сопротивления...", – размышлял он, воюя со шнурками. – "Стало быть, старина Реваж сумел-таки выбраться из проклятущего ада".

Интересно, удалось ли Старому Борову вытащить Магу из Лаборатории?

Скоро я получу ответы. Все ответы.

***

Ноги подняли бунт после первого же шага, и Ким непременно упал бы, если бы Доктор и Шестьсот сороковая не подхватили его.

– Вот ведь чёрт! – Ларго скрипнул зубами. Конечности словно одеревенели.

– Атрофия мышц непременный побочный эффект оскопления сознания. – Эскулап ловко нырнул под его руку, и Ким опёрся о мясистое плечо. – Скоро пройдёт.

– Но ведь там, в подземелье я...

– Полностью владел своим телом? – предвосхитил врач его вопрос и поволок прочь из каморки. Шестьсот сороковая молчаливой тенью двинулась следом. – Атрофия проявляется не сразу. Не сразу и не у всех. У вас, например, лёгкая форма. А вот наша общая подруга, – эскулап кивнул на смуглянку, – месяц парализованная валялась. Даже ложки до рта донести не могла.

– Почему у неё нет имени? – шепнул Ким в волосатое ухо лысого Доктора, а Шестьсот сороковая сердито зыркнула на них.

– А вас это беспокоит? – ухмыльнулся эскулап. – Не распыляйте силы, Ларго. Вас ждёт серьёзный разговор.

Коридор представлял собой бесконечно длинную металлическую кишку. В самый раз для космической станции. Может, они и в самом деле на одной из орбитальных стыковок? Не исключено. Где ещё спрятать базу Сопротивления, как не в космосе?

Под землёй?

Ким

ковылял, повиснув на Докторе, и озирался по сторонам. Редкие ответвления, свинцовые переборки, вентили, поручни... Под низким потолком – датчики.

Сигнализация?

Да что это, чёрт побери, за место?

"Мне обещали ответы", – сказал себе Ларго и сжал кулаки. – "И я их получу".

– Пришли, – скомандовал врач и остановился перед вертикальной дверью.

Дверью, правда, назвать сию конструкцию язык не поворачивался: абсолютно гладкий лист титана без каких-либо сенсорных экранов, ручек, замков или дисплеев.

Ничего.

Шестьсот сороковая подошла вплотную, и зелёные лучи скользнули по её лицу и рукам. С тихим стуком дверь поднялась, открывая взору круглую, лишенную окон комнату под куполом из стали и огнеупорного стекла.

Ким шагнул внутрь и понял, что его вот-вот парализует, как когда-то Шестьсот сороковую...

За овальным столом, сложив домиком длинные узловатые пальцы, восседал похожий на исполинского коршуна Рольф Этингер. Мутные очи главы Кибериума пялились в пустоту безо всякого выражения.

За плечом Кукловода безмолвно стояло изделие...

Невероятно странная кукла. Не молодая с высокой грудью и упругой аппетитной попкой, как было принято в Агломерации, а заметно в возрасте. Седовласая, с дряблой, покрытой старческими пятнами, кожей и сетью морщин вокруг блёклых глаз.

– Рада встрече, детектив, – приветствовала кукла и улыбнулась. – Это, кажется, принадлежит вам?

Она протянула ему потрёпанный блокнот с обугленной обложкой.

Глава сороковая

Ким задумчиво листал истёртые страницы. Сколько мыслей. Сколько вопросов. Предположений, догадок, нитей… и всё впустую. Всё…

Он мнил себя гениальным сыщиком, а в итоге оказался на каторге и чуть не стал очередным сосудом для сознания Сайруса Вика. И вот теперь он неведомо где, в каком-то загадочном Сопротивлении, еле живой, изломанный, слабый, точно слепой щенок. Однако сдаваться Ларго не собирался. Рано сдаваться – слишком уж близка развязка клубка этого дремучего обмана.

– Кто вы? – Он оторвался от блокнота и встретился взглядом с женщиной. Да-да, именно с женщиной. В том, что его седовласая собеседница, облачённая в скромный, но элегантный костюм цвета мяты, – живая, он не сомневался ни секунды. – Кто вы и что сотворили с Этингером?

– Меня зовут Персефона, – последовал ответ. – И я – глава Сопротивления. В том, что случилось с Рольфом, моей вины нет.

Персефона…

Ким определённо знал это имя, только вот откуда? Кажется, так звали какую-то богиню в древних мифах. Богиню подземного мира…